Разрушение семи городов
Разрушение семи городов (исп. Destrucción de las siete ciudades) — разрушение или опустение семи крупных испанских форпостов на юге Чили около 1600 года, вызванное восстанием мапуче и уильче в 1598 году. Разрушение семи городов в традиционной историографии знаменует конец периода завоевания и начало собственно колониального периода[1][2].
Разрушение семи городов оказало долгосрочное влияние на историю мапуче и историю Чили, определив форму будущих колониальных отношений между Испанией и мапуче, например, вызвав определение границы между Испанской империей и территорией мапуче[2].
Что важно знать
| Разрушение семи городов | |||
|---|---|---|---|
| Основной конфликт: Испанское завоевание Чили | |||
| Дата | ок. 1600 гг. | ||
| Место |
 Чили |
||
| Противники | |||
|
|
|||
|
|
|||
Ход событий
За несколько десятилетий до этих событий некоторые конкистадоры и поселенцы осознали хрупкость испанского правления в южной части Чили. В 1576 году Мельхиор Кальдерон написал королю Испании письмо, в котором он выступал за сокращение числа городов в южной части Чили путём их слияния, предлагая объединить Консепсьон, Анголь и Тукапель в один город, а Ла-Империаль и Вильяррику — в другой[3]. Восстание было вызвано новостью о битве при Куралабе 23 декабря 1598 года, где вице-токи Пелантару и его лейтенанты Анганамон и Гуайкимилья с тремя сотнями человек устроили засаду и убили испанского губернатора Мартина Гарсия Оньеса де Лойолу и почти всех его спутников[4][5].
В течение следующих нескольких лет мапуче смогли разрушить или вынудить покинуть многие города и небольшие поселения, в том числе все семь испанских городов на территории мапуче к югу от реки Био-Био: Санта-Крус-де-Койя (1599), Санта-Мария-ла-Бланка-де-Вальдивия (1599, вновь занята в 1602 году и снова покинута в 1604 году), Сан-Андрес-де-Лос-Инфантес (1599), Ла-Империаль (1600), Санта-Мария-Магдалена-де-Вилья-Рика (1602), Сан-Матео-де-Осорно (1603) и Сан-Фелипе-де-Араукан (1604)[6].
Число погибших и судьба пленников
Летописец-современник событий Алонсо Гонсалес де Нахера писал, что мапуче убили более 3000 испанцев и взяли в плен более 500 женщин. Были также захвачены многие дети и испанские священнослужители. Мапуче, как правило, щадили опытных ремесленников, отступников из числа испанцев и женщин[7]. В случае с женщинами, по словам Гонсалеса де Нахера, это было сделано, чтобы «воспользоваться ими» (исп. aprovecharse de ellas)[7].
Некоторые испанские женщины были освобождены в ходе испанских рейдов, другие были освобождены только в результате соглашений, заключённых после парламента в Киллине в 1641 году[7]. Некоторые испанские женщины привыкли к жизни мапуче и остались среди них по собственному желанию[7]. Испанцы объясняли это явление либо слабым характером женщин, либо их стыдом за то, что они подверглись насилию. Женщины в плену родили большое количество метисов, которые были отвергнуты испанцами, но приняты мапуче. Дети этих женщин, предположительно, оказали значительное демографическое влияние на общество мапуче, которое было разорено войнами и эпидемиями[7].
Пленение женщин во время разрушения семи городов положило начало традиции похищений испанских женщин народом мапуче в XVII веке[7].
Последствия
Падение испанских городов на юге после битвы при Куралабе (1598) означало для испанцев потерю основных источников золота и рабочей силы коренного населения[8]. После этих драматических лет колония Чили сосредоточилась в Центральном Чили, которое становилось все более заселённым, исследованным и экономически эксплуатируемым[9]. В этот период большая часть земель в Центральном Чили была расчищена огнём[10]. Напротив, открытые поля на юге Чили заросли, поскольку коренное население сократилось из-за болезней, завезённых испанцами, и периодических войн[11]. Потеря городов означала, что испанские поселения в Чили становились все более деревенскими[12], а асьенды приобретали большее экономическое и социальное значение[13].
Установление границы между испанцами и мапуче на юге привело к тому, что Консепсьон взял на себя роль «военной столицы» Чили[14]. Эта неформальная роль была присвоена в результате создания в городе испанской армии Арауко, которая финансировалась за счёт выплат серебром из Потоси, называемых Real Situado. Сантьяго, расположенный на некотором расстоянии от зоны военных действий, оставался политической столицей с 1578 года[14].
Когда Вальдивия и Осорно были разрушены, испанские поселенцы и верные им янакуна (сословие в империи инков) двинулись на юг, уклоняясь от враждебных племён кунко и уильиче. Достигнув пролива Чакао рядом с Чилоэ, беженцы были распределены по двум новым поселениям, Кальбуко и Карелмапу[15]. Янакуна, верные испанцам в эти времена, были вознаграждены освобождением от энкомьенды и сформировали ополчение, получающее жалованье от Real Situado. Таким образом, они стали известны как Indios reyunos, что буквально означает «королевские индейцы»[15]. 300 из первоначальных 600 indios reyunos поселились в Кальбуко[15].
Разрушение семи городов превратило поселения на Чилоэ в эксклав, отрезанный от остальной части испанского Чили. Таким образом, регион развивался как изолированный и крайне периферийный испанский форпост[16].
Заброшенный город Вальдивия стал привлекательным объектом для врагов Испании, поскольку позволял им создать базу в центре испанских владений в Чили[17]. Осознавая эту ситуацию, испанцы пытались в 1630-х годах вновь занять Вальдивию, но были остановлены враждебно настроенными мапуче[17]. Голландцы ненадолго оккупировали Вальдивию в 1643 году[17]. Узнав о планах голландцев вернуться в это место, испанский вице-король Перу в 1644 году отправил 1000 человек на двадцати кораблях (и 2000 человек по суше, которые так и не добрались до места) для переселения в Вальдивию и её укрепления[18][19].
Неустойчивость испанского контроля над Чили в XVII веке вызвала сравнения с Восьмидесятилетней войной, при этом, по мнению Диего де Росалеса, Чили превратилась в «индийскую Фландрию»[20]. Purén indómito, современная литературная хроника (1598—1600), описывающая события, связанные с разрушением семи городов, примечательна своими реалистичными и неприкрашенными комментариями, а также критикой действий как испанцев, так и мапуче[21]. Purén indómito, наряду с военным анализом, представленным в La guerra de Chile (опубликованном в 1647 году), бросает вызов преобладающей в Испании тенденции рассматривать завоевание Чили как «эпическую серию побед»[22].
Примечания
Литература
- Берёзкин Ю. Е. Этническая история Чили // Этнические процессы в странах Южной Америки. — М., 1981. — С. 223-61.
- Боркес Скеуч А., Адрисола Росас А. История и этнография народа мапуче / Пер. с испан. Под ред. Ю. А. Зубрицкого. — М.: Прогресс, 1987. — 264 с.
- Barros Arana, Diego. Historia General de Chile : [исп.]. — 2. — Santiago, Chile : Editorial Universitaria, 2000. — Vol. III. — ISBN 956-11-1535-2.
- Bengoa, José. Historia de los antiguos mapuches del sur : [исп.]. — Santiago : Catalonia, 2003. — ISBN 956-8303-02-2.
- Diego de Rosales, Historia General del Reino de Chile, Flandes Indiano, 3 tomos. Valparaíso 1877—1878.
- Crescente Errázuriz, Seis años de la historia de Chile: 23 de diciembre de 1598- 9 de abril de 1605: memoria histórica, Impr. Nacional, Santiago de Chile, 1881.
- Atlas de Historia de Chile, Editorial Universitaria, ISBN 956-11-1776-2 pg. 48
- Guarda OSB, Gabriel. Historia urbana del reino de Chile : [исп.]. — Editorial Andrés Bello, 1978.
- Salazar, Gabriel; Pinto, Julio (2002). Historia contemporánea de Chile III. La economía: mercados empresarios y trabajadores. LOM Ediciones. ISBN 956-282-172-2.
- Villalobos, Sergio; Silva, Osvaldo; Silva, Fernando; Estelle, Patricio (1974). Historia De Chile (14th ed.). Editorial Universitaria. ISBN 956-11-1163-2.
- Lorenzo, Santiago. Origen de las ciudades chilenas: Las fundaciones del siglo XVIII : [исп.]. — 2nd. — 1986. — P. 158.
- Otero, Luis (2006). La huella del fuego: Historia de los bosques nativos. Poblamiento y cambios en el paisaje del sur de Chile. Pehuén Editores. ISBN 956-16-0409-4.
