Кантеров, Игорь Яковлевич

В 1961 году окончил юридический факультет МГУ^[8]. По другим данным, в 1962 году окончил юридический факультет Казанского государственного университета имени В. И. Ульянова-Ленина с квалификацией «юрист».^[9] В 1966 году окончил аспирантуру философского факультета МГУ^[8]. В 1967 году защитил диссертацию на соискание учёной степени кандидата философских наук по теме «Критика католической концепции социального процесса»^[10] и получил учёное звание доцента по кафедре философии Московского областного педагогического института им. Н. К. Крупской. В 1987 году защитил диссертацию на соискание учёной степени доктора философских наук по теме «Критический анализ философско-теологических интерпретаций научного атеизма: (На материалах современного католицизма)» (специальность 09.00.06 — научный атеизм)^[11].

По утверждению Кантерова, в советское время в Институте информации он написал «около 50 закрытых анализов по религиозной тематике», заказы на которые часто поступали из аппарата ЦК КПСС^[12].

С 1980 по 2006 год являлся сотрудником отделения религиоведения, кафедры философии религии и религиоведения философского факультета МГУ. В этот период являлся лектором курсов на историческом и химическом факультетах, специальных курсов на философском факультете^[13].

13 декабря 1990 года получил учёное звание профессора по кафедре философии Института переподготовки и повышения квалификации преподавателей гуманитарных и социальных наук МГУ имени М. В. Ломоносова (ИППК МГУ).^[14][15] Был профессором кафедры до 2013 года^[2]. Также занимал должность заместителя заведующего кафедрой по науке.

В 1998—2007 годах занимал должность заместителя председателя Экспертного совета для проведения государственной религиоведческой экспертизы при Министерстве юстиции РФ,^[15][16][17] а в 2007—2009 годах был заместителем председателя Экспертного совета для проведения государственной религиоведческой экспертизы при Федеральной регистрационной службе.^[15][18]

С 24 июня 2013 года — профессор кафедры истории и теории политики факультета политологии МГУ имени М. В. Ломоносова.^[19]

С 2017 года — член по Центральному федеральному округу Экспертного совета исследователей религии при кафедре государственно-конфессиональных отношений РАНХиГС ^[20].

Умер 1 декабря 2018 года^[2].

В советское время занимался пропагандой научного атеизма, написал ряд монографий и статей на эту тему.^{[21][22][23][24]} Читает в ИППК МГУ специальные курсы — «Современные нетрадиционные религиозные движения и культы» и «Нетрадиционные религиозные движения и современная молодёжь в России») и одним из крупнейших современных специалистов по католицизму и деятельности Ватикана. Автор более 60 работ^[25], в том числе монографий «Ватикан под натиском атеизма» (1972), «Факты против вымыслов: критический анализ „новейших“ фальсификаций научного атеизма» (1979), «Критический анализ клерикальных фальсификаций научного атеизма» (1983), «Клерикализм — идеология духовного насилия» (1986), «Клерикализм сегодня» (1988), «Новые религиозные движения в России. Религиоведческий анализ» (2006), «Новые религиозные движения: (введение в основные концепции и термины)» (2006), «Религиозные объединения России перед лицом финансово-экономического кризиса» (2009) и др.^[25] Автор ряда статей в «Атеистическом словаре» (1983, 1986), «Религии народов современной России» (1999, 2002), «Религиоведение. Энциклопедический словарь» (2006) и «Энциклопедии религий» (2008).

В 1994 году принял участие в организованном А. Л. Дворкиным в Российской академии управления международном христианском семинаре «Тоталитарные секты в России», где рассказал много важных сведений о сектантской деятельности в России.^[26]

В 2007 году совместно с экспертом по психологии влияния и манипулированию Е. Н. Волковым принимал участие в качестве приглашённого представителя светской науки в семинаре «Светская наука и сектоведение» проходившем в Нижегородской духовной семинарии.^[27]

Выступает против использования понятия «секта» в религиоведении по отношению к новым религиозным движениям.^[28][29] В своих публикациях советского периода использовал это понятие.^[30]

Область научных интересов: история религии и атеизма, религиоведение, католицизм, новые религиозные движения в России.

В 1984 году кандидат исторических наук Элишка Матернова включает Кантерова в список советских учёных, чьи работы в области атеистического воспитания и критики клерикального антикоммунизма «внесли определённый вклад в исследование данной темы»^[31].

В 1984 году религиовед Е. М. Мирошникова включила Кантерова в исследователей, чьи работы были посвящены «критическому анализу отдельных аспектов социально-этических воззрений современного католицизма».^[32]

В 1999 году религиовед А. В. Саввин говоря о том, что «только в последнее время проблема исследования сатанизма в отечественном религиоведении приобрела реальное научное звучание», отмечает, Кантерова среди тех российских учёных, кто обращался «к изучению сект оккультно-мистической и сатанинской направленности».^[33]

В 2000 году религиовед Л. И. Григорьева включает Кантерова в число «известных специалистов», занимавшихся вопросами нетрадиционной религиозности в 90-е годы^[34].

В 2002 году кандидат философских наук Д. Н. Манченко отмечал, что Кантеров является «одним из ведущих исследователей современных нетрадиционных культов»^[35].

В 2004 году социолог Н. А. Митрохин, рассматривая в статье в интернет-издании «Портал-Credo.Ru» Русскую православную церковь и современное государство, отмечал: «На федеральном уровне систематическая научно-информационная и экспертная деятельность по изучению религиозных конфессий, в том числе РПЦ ведется в Экспертном совете (Кантеров)»^[36].

В 2005 году религиовед С. М. Дударенок характеризует Кантерова как «известного российского религиоведа» и включает в список «крупнейших российских исследователей»^[37][38].

В 2006 году религиовед Е. Г. Романова, касаясь вопроса изучения «любых теоретических разработок, касающихся сути феномена и причин развития НРО, их места и роли в истории государств, правового регулирования их взаимоотношений и проекции этих отношений в обществе» включает Кантерова в список авторов написанных в 70—80-х гг. «фундаментальных трудов, остающихся в значительной степени интересными и информативными по настоящее время» по религиоведению, посвящённых «различным аспектам названной проблематики, с известным акцентом на „империалистическую сущность социального протеста“», а также отмечает, что современные работы которых «продолжают развивать интересующую нас тематику уже с новых позиций, свободных от обязательного в советские годы идеологического марксистско-ленинского позиционирования»^[39].

В 2007 году религиовед Е. Н. Васильева характеризует И. Я. Кантерова в качестве «ведущего религиоведа»^[40].

В 2008 году религиовед Р. Н. Лункин в статье в интернет-издании Портал-Credo.Ru отмечал, что статьи Кантерова и Фаликова представляют собой «пример объективистского подхода к теме НРД», а монография Кантерова «Новые религиозные движения в России. Религиоведческий анализ» является «фундаментальной» и «всесторонне анализирует терминологию, касающуюся НРД, социальные ориентации и функции этих движений и их адептов, а также отношение „традиционных“ Церквей к НРД»^[41].

В 2009 году кандидат философских наук Л. А. Февралева включает Кантерова в список «ведущих ученых», которые внесли «значительный вклад в разработку методологии исследования отношений государства с религиозными объединениями» в российском религиоведении^[42].

В 2010 году кандидат социологических наук Ю. А. Яковлева включает Кантерова в список «ведущих специалистов» академического сообщества^[43].

В 2010 году религиовед М. Г. Писманик отмечает, что наряду с другими авторитетными учёными «заметный вклад в развитие отечественного религиоведения внесли научные труды» И. Я. Кантерова^[44].

В 2011 году кандидат философских наук Г. Н. Горбачук включает Кантерова в список «ведущих ученых», которые внесли «значительный вклад в разработку проблемы религиозного становления личности и индивидуальной религиозности» в российском религиоведении^[45].

В 2011 году кандидат философских наук Л. А. Бурова характеризует Кантерова в качестве «известного отечественного религиоведа»^[46].

В 2011 году религиовед А. Н. Лещинский включает Кантерова в число «известных отечественных философов и религиоведов»^[47].

В 2012 году кандидат философских наук Р. А. Быков характеризует Кантерова как «известного философа»^[48].

В 2012 году религиовед и социолог М. Ю. Смирнов говоря о том, что «о терминологической неопределённости в обозначении религиозных новообразований исследователями уже сказано достаточно» отмечает, что «в известном труде профессора И. Я. Кантерова о новых религиозных движениях в России» имеет место «обстоятельное рассмотрение этого вопроса»^[49].

В 2013 году религиовед С. И. Иваненко в статье в интернет-издании «РелигиоПолис» характеризует Кантерова как «известного специалиста по новым религиозным движениям и одного из крупнейших современных специалистов по католицизму и деятельности Ватикана»^[50].

В 2013 году кандидат философских наук Т. В. Томаева включает Кантерова в список авторов, работы которых «заложили основу для дальнейшего объективного, свободного от тенденциозности изучения феномена новой религиозности в России и его роли в современной религиозной жизни общества»^[51].

В 2013 году кандидат философских наук В. Ю. Бирюков включает Кантерова в список религиоведов, изучающих новые религиозные движения «с позиций объективного научного подхода»^[52].

В 2013 году историк и религиовед А. В. Гайдуков в интервью исследовательской службе «Среда» в ответ на вопрос «Кто является для Вас авторитетом в профессиональной среде?» высказал следующее мнение: «Конечно, я должен сказать про своего учителя Николая Семёновича Гордиенко. Когда он ушёл, эпоха ушла. Из старой гвардии — И. Н. Яблоков, И. Я. Кантеров — это классики»^[53].

В 2013 году религиовед В. А. Егоров в интервью исследовательской службе «Среда» в ответ на вопрос «Кто является для Вас авторитетом в профессиональной среде?» высказал следующее мнение: «Также, несомненно, это И. Н. Яблоков и И. Я. Кантеров»^[54].

В 2013 году религиовед Е. И. Аринин, рассматривая проблемы наименований религиозных организаций с точки зрения государства, указывал: «В качестве редкого пока еще примера глубокого анализа такого рода проблем можно привести монографию и учебное пособие И. Я. Кантерова, где именно исследованию терминологии посвящены десятки страниц»^[55].

В 2014 году кандидат философских наук А. Н. Раевский характеризует И. Я. Кантерова в качестве «одного из ведущих специалистов по НРД в России»^[56].

И. Я. Кантеров подвергся критике со стороны представителей Экспертного Совета по проведению государственной религиоведческой экспертизы при Министерстве юстиции РФ. В первую очередь критика касалась его прежней деятельности в советское время по пропаганде научного атеизма и «деятельности в защиту сектантства».

В 2001 году профессор кафедры государственного строительства и права РАГС при Президенте РФ, доктор юридических наук М. Н. Кузнецов в одной из своих публикаций назвал Кантерова «твёрдым марксистом-ленинцем … скандально известным общественности своей неприкрытой поддержкой асоциальных религиозных сект. В частности — организации Свидетели Иеговы».^[21]

В 2009 году председатель Экспертного совета А. Л. Дворкин называет Кантерова «бывшим пропагандистом научного атеизма», который «всю свою жизнь громил религию во имя единой верной коммунистической идеологии». По мнению Дворкина, в поздний период своей карьеры Кантеров оказался не у дел и вынужден был «найти себе новых идеологических заказчиков, готовых оплачивать сектозащитные труды». Согласно Дворкину, Кантеров, «говоря о ненаучности термина „секта“, сбрасывает со счета все научное религиоведение», которое началось с использовавшего этот термин Макса Вебера. Дворкин указывает на то, что Кантеров в советское время сам «активно употреблял термин „секта“, когда во славу КПСС громил сектантство и все религии».^[23]

В 2011 году кандидат исторических наук А. С. Фетисов выделяя два подхода анализа развития религиозной обстановки в России — представителей «самих религиозных организаций (в основном православных), озабоченных судьбой своих конфессий» и вторую группу, в которую входят представители «академической науки, исследователи», ставит Кантерова в один ряд с «типичными авторами первого направления».^[57]

Монографии

Статьи

Материалы мероприятий