АссистентНовый вопросИсторияОбласти знаний
Партнёрские проектыСпецпроектыСтать автором
Сменить язык
О РУВИКИ

Интерполяция (текстология)

Интерполя́ция (от лат. interpolatio — «изменение», «искажение», «переделка»[1]) — в палеографии, филологии и текстологии разновидность порчи текста: вставка в произведение или документ слова, фразы, стиха либо более крупного фрагмента, не принадлежащего первоначальному автору и отсутствовавшего в исходном тексте[2]. В отличие от глоссы — пометы на полях или между строк рукописи, — интерполяция вписывается непосредственно в строку, графически сливаясь с основным текстом и теряя видимые признаки вставки[3]. Понятие принадлежит к числу основных в текстологической критике (лат. critica textus) и применяется при изучении классических, библейских, средневековых и новоевропейских рукописных традиций.

Общие сведения
Интерполяция
лат. interpolatio
Область использования текстология, филология, палеография, правоведение
Дата появления III—I века до н. э. (александрийская филология)
Место появления Александрия
Автор понятия александрийская филологическая школа

Этимология

Латинское лат. interpolatio — производное от глагола лат. interpolare («подновлять», «придавать новый вид», а в переносном значении, как у Цицерона в трактате «Об ораторе», — «искажать», «вставлять чуждое»), который восходит к лат. polire («полировать», «отделывать»). Уже в латыни в семантике слова сосуществовали значения «улучшение» и «порча»: вставка могла вноситься как с целью пояснить или уточнить текст, так и для его сознательной фальсификации — двойственность, точно отражающая природу самого явления[4]. В русский язык термин вошёл не позднее XIX века, когда отечественная филология усваивала западноевропейские методы текстологии. Слово многозначно: помимо текстологического значения, оно используется в математике (нахождение промежуточных значений функции) и в правоведении (изменения, внесённые при кодификации римского права при Юстиниане).

undefined

Определения

Д. С. Лихачёв в труде «Текстология. На материале русской литературы X—XVII вв.» (1962) перечисляет различные причины появления вставок: стремление придать тексту бо́льшую полноту (в том числе за счёт заимствований из других сочинений на ту же тему), пояснение трудных мест, приближение текста к интересам нового читателя или новой эпохи, устранение противоречий с другими источниками и, наконец, сознательную фальсификацию[2]. Принципиальным он считал разграничение глоссы и интерполяции: глосса «с текстом не сливается», оставаясь на полях или в надстрочнике, тогда как интерполяция «вписывается в строку»[3]. Именно проникновение глоссы в основной текст при очередной переписке рукописи служит одним из главных источников непреднамеренных интерполяций.

В «Словаре античности» интерполяция определяется как сознательное изменение отдельных мест текста путём вставки слова, предложения или целого абзаца, причём мотивом может быть как мнимое улучшение непонятного места, так и сознательная фальсификация[5]. Латинист Ричард Таррант, рассматривая методику выявления вставок в латинской словесности, подчёркивает, что определяющим признаком интерполяции является именно неавторское происхождение фрагмента, а не намерение того, кто его внёс[6]. Исследователь текстологии Ветхого Завета Эмануэль Тов разграничивает несколько типов добавлений переписчиков и отмечает, что интерполяция, в отличие от глоссы, изначально предназначалась переписчиком быть частью основного текста[7].

Место в системе текстологических понятий

Интерполяция относится к явлениям порчи текста (лат. corruptela), однако занимает среди них особое место: в отличие от механических ошибок переписчика — гаплографии (пропуска повторяющегося элемента) и диттографии (ошибочного удвоения), — она представляет собой добавление, а не искажение или утрату. От интерполяции отграничивают ряд смежных понятий. Глосса и схолия — соответственно краткая и развёрнутая пометы на полях или между строк, поясняющие трудное место; пока они не попадают в строку при переписке, интерполяцией они не становятся. Конъектура — исправление испорченного места по учёной догадке, которое, в отличие от интерполяции, вносится самим текстологом, а не переписчиком или фальсификатором; более общим термином для любого исправления служит эмендация. Контаминация — слияние чтений из двух и более рукописных традиций, нередко порождающее интерполированные тексты. Крайним случаем, когда чужое авторство распространяется на всё произведение, являются апокрифы и псевдоэпиграфы. Сходное явление в исламской текстуальной науке — вставка слов передатчика в текст хадиса (араб. араб. إدراج‎, idrāj), нарушающая нормы его передачи.

Методология Карла Лахмана, разработавшего в первой половине XIX века приёмы реконструкции архетипа на основе классификации общих ошибок, дала инструмент для выявления вставок через анализ родства рукописей: чтение, отсутствующее в одной ветви предания и присутствующее в другой, с большой вероятностью вторично[8]. Ориентирами — но не безусловными правилами — при отделении первоначального текста от вставок служат принципы лат. lectio brevior potior («предпочтительнее более краткое чтение») и лат. lectio difficilior potior («предпочтительнее более трудное чтение»)[8].

История изучения

Античность и Средние века

Практика выявления вставных мест восходит к александрийским грамматикам эпохи эллинизма: при редактировании Гомера они помечали строки, признанные неподлинными, особым критическим знаком — обелом (†)[8]. Зенодот Эфесский, Аристофан Византийский и Аристарх Самофракийский обсуждали подлинность отдельных стихов и песен «Илиады» и «Одиссеи». В позднеантичной и средневековой рукописной практике граница между основным текстом и пометами на полях оставалась подвижной, что умножало число непреднамеренных интерполяций[4].

Возрождение и Новое время

Систематические приёмы разграничения первичного и вторичного текста сложились в период от итальянского гуманизма до Просвещения. Лоренцо Валла в 1440 году доказал подложность «Константинова дара» с помощью историко-лингвистического анализа, а Эразм Роттердамский в критическом издании Нового Завета (1516—1522) признал позднейшей вставкой так называемую Иоаннову вставку (1 Ин 5:7—8), хотя под давлением включил её в одно из последующих изданий[8].

XIX—XX века

«Охота на интерполяции» получила особый размах в XIX — первой половине XX века. Ричард Бентли и Карл Лахман развили стемматические методы, позволяющие локализовать вставки по общим ошибкам в семьях рукописей. В новозаветной текстологии Брюс Мецгер систематизировал доводы против подлинности ряда мест[9]; в классической латинской филологии высокие требования к стилистическому анализу задал Альфред Эдвард Хаусман, много лет работавший над изданием Манилия, — хотя его подход и упрекали в субъективизме[4]. Итальянский филолог Себастьяно Тимпанаро отстаивал строгий аналитический метод и предостерегал от чрезмерного увлечения атрибуцией мест как интерполяций[4]. В русской науке фундаментальный вклад внёс Д. С. Лихачёв: его «Текстология» содержит систематический разбор глосс и вставок в древнерусских памятниках[2]; понятие закреплено также в «Краткой литературной энциклопедии» и «Литературном энциклопедическом словаре».

undefined

Классификация

В текстологии вставки классифицируют по нескольким основаниям. По объёму различают лексическую интерполяцию (вставку слова или словосочетания), фразовую (предложение или несколько предложений) и пассажную (абзац, стих, главу или более крупный фрагмент). По характеру и мотивации выделяют объяснительную, или экзегетическую, вставку — пояснение трудного либо устаревшего места, самый распространённый тип непреднамеренных интерполяций, возникающих из маргинальных глосс[7], — гармонизирующую (согласование параллельных текстов, например в синоптических евангелиях), идеологическую, или доктринальную (продиктованную религиозными, политическими или полемическими соображениями), литературную (переработку с эстетическими целями) и фальсификационную (намеренное искажение ради придания авторитета определённой позиции). По отношению к воле переписчика интерполяции делят на непреднамеренные и преднамеренные.

Известные примеры

Античная и средневековая словесность

Споры об интерполяциях в «Илиаде» и «Одиссее» не прекращаются со времён александрийских учёных; Мартин Уэст в работе о сложении «Илиады» выделял строки, лексика и метрика которых противоречат гомеровской норме и указывают на позднейшее дополнение[10]. В «Энеиде» Вергилия предметом обсуждения остаётся так называемый «эпизод с Еленой» (2.567—588), сохранившийся лишь в поздних рукописях и в комментарии Сервия: стилистические неровности побудили большинство издателей считать его вставкой[6][4]. К числу предполагаемых интерполяций относят и восемь начальных строк десятой сатиры первой книги Горация, отсутствующих у позднеантичных комментаторов[4]. По наблюдению авторов XIX века, вставные, не принадлежащие авторам стихи отмечались также у Лукреция и других часто переписывавшихся поэтов; нередко дополнялись начала и концы книг — таково, например, предисловие к «Характерам» Феофраста, четыре стиха в начале рукописей «Энеиды» и эпилог «Георгик». У греческих ораторов средневековые читатели восполняли недостающие в подлиннике документы и постановления, а в сочинения Гиппократа вставляли то, что считали новейшими достижениями науки[11].

В Средние века вставки нередко служили целям подлога. Таковы поддельные тексты, приписываемые Псевдо-Исидору, и письма Игнатия Антиохийского, намеренно расширенные аполлинаристами спустя три века после создания оригинала. В XIII веке прозаическое переложение романа о Тристане было включено в цикл романов о Святом Граале, усложнив повествование о его поисках[12]. Многочисленные вставки пытались внести в текст Евангелий еретики[11].

Библейская текстология

Среди общепризнанных интерполяций Нового Завета — заключительные стихи Евангелия от Марка (16:9—20), отсутствующие в важнейших ранних кодексах (Синайском и Ватиканском); перикопа о женщине, взятой в прелюбодеянии (Ин 7:53—8:11), которая в разных рукописях помещается в разных местах или отсутствует вовсе; и уже упоминавшаяся Иоаннова вставка (1 Ин 5:7—8), проникшая в греческий текст из латинской Вульгаты и распространившаяся через Textus Receptus[9]. Близкий по известности случай — лат. Testimonium Flavianum, фрагмент «Иудейских древностей» Иосифа Флавия (XVIII, 3, 3) с упоминанием Иисуса Христа: большинство исследователей считают исходный текст частично интерполированным христианскими переписчиками[13].

undefined

Древнерусские памятники

В «Текстологии» Лихачёв подробно разбирает вставки в Повести временных лет и в ряде летописных сводов, где позднейшие сводчики включали фрагменты из других сочинений «для придания тексту большей полноты», что осложняет установление первоначального состава памятника[14]. Той же переработкой текста объясняется существование одних и тех же произведений в пространной и краткой редакциях, как в случае «Слова Даниила Заточника»; сходным образом, по мнению учёных XIX века, перерабатывались песни Гомера у афинян и древние шотландские песни в обработке Джеймса Макферсона, издателя Оссиана[11].

Римское право

В правоведении интерполяцией называют изменения, внесённые при кодификации римского права в Дигесты Юстиниана: компиляторы VI века перерабатывали тексты классических юристов, приводя их в соответствие с действующим правом. Критическое изучение этих вставок особенно активно велось в XVIII—XIX веках[5].

Дискуссии в науке

Исследователей разделяет вопрос о допустимой мере вмешательства в переданный текст. «Консерваторы» настаивают на том, что текст следует принимать в дошедшем виде и искать новые истолкования трудных мест, тогда как сторонники активной конъектурной критики охотно исправляют рукописное чтение. Особую, «третью» позицию занимает «охота на интерполяции»: такой исследователь принимает текст рукописи без эмендации, но отрицает авторскую принадлежность проблематичных мест, возлагая ответственность на интерполятора[4].

В XX веке ряд учёных предостерегал от злоупотребления понятием. Жозеф Бедье критиковал чрезмерно разветвлённые генеалогические деревья рукописей, порождавшие сомнения в подлинности значительной части текста[8]; Себастьяно Тимпанаро призывал к историческому правдоподобию текстологических гипотез и к сдержанности в признании мест вставными[4].

В библеистике Барт Эрман возродил дискуссию о намеренной «богословской порче» новозаветного текста[15]; его оппоненты, в частности Майкл Холмс, возражали, что большинство добавлений объясняется рутинными привычками переписчиков — гармонизацией параллельных мест и экзегетическим пояснением, а не идеологической фальсификацией. Развитие цифровых методов коллации сместило внимание исследователей от поиска единственного архетипа к описанию сложных сетей, по которым вставки постепенно входили в живую рукописную традицию[4].

Примечания

  1. ↑ interpolatio. Большой латинско-русский словарь И. Х. Дворецкого. Архивировано 12 октября 2020 года.
  2. ↑ 1 2 3 Лихачёв Д. С. Текстология. На материале русской литературы X—XVII вв.. — М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1962. — С. 93—97.
  3. ↑ 1 2 Лихачёв Д. С. Текстология. Краткий очерк. — М.; Л.: Наука, 1964. — С. 46.
  4. ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Rota G. Classics in Slices: Scattered Thoughts on Interpolation-Criticism // Antigone. — 2022.
  5. ↑ 1 2 Словарь античности / пер. с нем.. — М.: Прогресс, 1989. — С. 225.
  6. ↑ 1 2 Tarrant R. Texts, Editors, and Readers: Methods and Problems in Latin Textual Criticism. — Cambridge: Cambridge University Press, 2016. — С. 85—104.
  7. ↑ 1 2 Tov E. Glosses, Interpolations, and Other Types of Scribal Additions in the Text of the Hebrew Bible // Oxford University Press. — 1999.
  8. ↑ 1 2 3 4 5 Reynolds L. D. Scribes and Scholars: A Guide to the Transmission of Greek and Latin Literature. — 4th ed.. — Oxford: Oxford University Press, 2013.
  9. ↑ 1 2 Metzger B. M. A Textual Commentary on the Greek New Testament. — 2nd ed.. — Stuttgart: Deutsche Bibelgesellschaft, 1994.
  10. ↑ West M. L. The Making of the Iliad: Disquisition and Analytical Commentary. — Oxford: Oxford University Press, 2011.
  11. ↑ 1 2 3 Ловягин А. М. Интерполяция // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  12. ↑ Baumgartner E. La préparation à la Queste del Saint Graal dans le Tristan en prose // Conjunctures / ed. N. Lacy. — Amsterdam: Rodopi, 1994. — P. 1—14.
  13. ↑ Вопрос о подлинности фрагмента — предмет обширной литературы; преобладает мнение о его частичной христианской интерполяции.
  14. ↑ Лихачёв Д. С. Текстология. На материале русской литературы X—XVII вв.. — М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1962. — С. 93—100.
  15. ↑ Ehrman B. D. The Orthodox Corruption of Scripture. — 2nd ed.. — Oxford: Oxford University Press, 2011.

Литература

  • Лихачёв Д. С. Текстология. На материале русской литературы X—XVII вв.. — М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1962. — 605 с.
  • Лихачёв Д. С. Текстология. Краткий очерк. — М.; Л.: Наука, 1964. — 102 с.
  • Словарь античности / пер. с нем.. — М.: Прогресс, 1989. — 704 с.
  • Reynolds L. D., Wilson N. G. Scribes and Scholars: A Guide to the Transmission of Greek and Latin Literature. — 4th ed.. — Oxford: Oxford University Press, 2013.
  • Tarrant R. Texts, Editors, and Readers: Methods and Problems in Latin Textual Criticism. — Cambridge: Cambridge University Press, 2016.
  • Tov E. Glosses, Interpolations, and Other Types of Scribal Additions in the Text of the Hebrew Bible. — 1999.
  • West M. L. The Making of the Iliad: Disquisition and Analytical Commentary. — Oxford: Oxford University Press, 2011.
  • Metzger B. M. A Textual Commentary on the Greek New Testament. — 2nd ed.. — Stuttgart: Deutsche Bibelgesellschaft, 1994.
  • Ehrman B. D. The Orthodox Corruption of Scripture. — 2nd ed.. — Oxford: Oxford University Press, 2011.
  • Ловягин А. М. Интерполяция // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  • Интерполяция // Излучение плазмы — Исламский фронт спасения. — М. : Большая российская энциклопедия, 2008. — С. 454. — (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004—2017, т. 11). — ISBN 978-5-85270-342-2.

Ссылки

Категории