Виммер, Вилли

Состоит в браке, воспитывает сына.

Когда с окончанием Холодной войны встал вопрос о новых вызовах для безопасности Германии и её международной ответственности, Виммер высказывал опасения не о судьбе советского ядерного оружия, но о сотнях тысяч или миллионах голодных беженцев из Азии и Африки, которые могут захлестнуть богатую Западную Европу. Представители Бундесвера подвергли позицию Виммера критике, заявив, что германская армия не предназначена для действий по всему миру и её задача — не пустить беженцев через перевал Бреннер^[12].

В 1999 году остро критиковал военное участие Германии в войне в Косово, называя её обычной агрессивной войной и обвиняя министра иностранных дел Йошку Фишера и министра обороны Рудольфа Шарпинга в манипуляциях с общественным мнением. По его мнению, позиция Германии была обусловлена давлением со стороны США и обязательствами прежнего правительства Германии^[13]. Организованные НАТО переговоры в Рамбуйе он считал нарушением Венской конвенции, обеспечивающим НАТО возможность диктовать условия ввода войск в Союзную Республику Югославию, а массовое убийство в Рачаке, произошедшее за несколько недель до бомбардировок Белграда, — предлогом для применения силы^[14]. По его мнению, обвинения в нарушениях прав человека являлись лишь средством легализации нарушений Североатлантическим альянсом норм международного права. По его воспоминаниям, «на конференции в Братиславе представитель Госдепартамента США сказал, что речь в ходе этой войны идет о том, чтобы исправить ошибки генерала Эйзенхауэра, сделанные им в 1944 году. Он тогда отказался разместить американские наземные войска на Балканах»^[7].

В 2003 году подписал открытое письмо к парламентской фракции ХДС/ХСС, проводившее параллели с войной в Ираке, отмечая, что и вторжение в Ирак, и бомбардировки Югославии проводились без санкции ООН^[15].

Незадолго до начала войны в Ираке по приглашению нунция Багдада и с ведома и согласия папы Иоанна Павла II отправился в Ирак с неофициальным визитом. Виммер заявил: «Если нормы Организации Объединённых Наций более не соблюдаются, это означает погружение в эпоху права сильного, в новое варварство»^[16][17][18].

Он был одним из пяти парламентариев-диссидентов от ХДС, осуждавших поддержку политики США в Ираке^[19], и усматривал в создавшейся конфронтации предпосылки для возникновения глобального конфликта^[20]. Вместе с Петером Гаувайлером обращался к Ангеле Меркель с открытым письмом с требованием прокомментировать доклад комиссии Чилкота, где раскрывался механизм втягивания Великобритании в войну в Ираке, поскольку ранее Меркель выступала против решения правительства Герхарда Шрёдера воздержаться от участия в этой войне и указывала на международные обязательства Германии по защите свободы и прав человека военными мерами, однако официального ответа на это обращение не последовало^[21].

Вслед за решением Бундестага от 9 марта 2007 об участии Германии в операции НАТО в Афганистане Виммер обратился в Конституционный суд с запросом на установление законности участия Германии в данной военной экспедиции, которая, по мнению Виммера, неявно изменяла договор Германии с НАТО, что было возможно лишь после ратификации изменений парламентом. Виммер указывал на то, что операция НАТО не отвечала запрету на применение силы, зафиксированному в Уставе ООН, международному праве и статьях конституции Германии. Заявление Виммера не было удовлетворено^[22].

Являясь высокопоставленным служащим Министерства обороны Германии, Виммер неоднократно подозревал американские спецслужбы в прослушке разговоров по сотовым телефонам, однако его слова не воспринимались всерьёз. Во время скандала с выявленной прослушкой федерального канцлера Ангелы Меркель, которую вела американская NSA, опубликовал в издании Frankfurter Rundschau статью «Ныне времена насмешек остались в прошлом», где подверг критике американскую внешнюю политику и разведывательные действия^[23].

Виммер считает, что политика США в период Евромайдана не способствовала разрешению кризиса, так как была направлена на подготовку к новой войне, призванной создать кордон между Россией и Европейским союзом протяжённостью от Балтийского до Чёрного морей. Негативно оценивает позицию ведущих СМИ Германии, придерживающихся, по его мнению, позиции НАТО^[7][24][25]. Свою позицию Виммер основывает на опыте участия в международных конференциях, посвящённых расширению НАТО на восток и представлению геостратегических интересов участников^[26][27].

В 2017 году после визита Виммера в Крым он был внесён СБУ в список лиц, которым запрещён въезд на Украину.

В 2024—2025 годах Виммер продолжил критиковать политику стран Запада в отношении российско-украинского конфликта. Обвинял Париж и Лондон в срыве потенциальных договорённостей между США и Россией, выступая за скорейшее прекращение конфликта путём прямых переговоров^[28].

В интервью RT Deutsch Виммер заявил, что история отравления Скрипалей основана на лжи, призванной развязать войну против России^[29]. Журналистам Sputnik Виммер пояснил, что США и Великобританию не устраивает самостоятельная политика Москвы, развёрнутая после ухода президента Ельцина, и в своё противостояние с Россией они пытаются втянуть и Германию. С помощью мозговых центров, таких как Atlantic Council, противники этой политики дискредитируются и получают ярлык «троянского коня Кремля». Виммер высоко оценивает российско-германское сотрудничество времён Гельмута Коля и в настоящее время единственным крупным германским политиком, способным следовать интересам ФРГ в мирном и добрососедском сотрудничестве с Россией, считает Франка-Вальтера Штайнмайера^[30].

В 2024—2026 годах Виммер заявлял о целенаправленной политике США по вытеснению России из Европы^[31]. Он призывал к восстановлению диалога с Москвой и критиковал потерю суверенитета европейскими странами, которые, по его мнению, следуют в фарватере политики Вашингтона^[4].

В августе 2024 года Вилли Виммер раскритиковал решение о размещении американских ракет средней дальности в Германии, назвав это односторонним размещением вооружений на европейской территории НАТО^[32]. В феврале 2025 года он прокомментировал международное положение Германии в контексте формирования нового многополярного мирового порядка^[4].