Биб, Уильям

Чарльз Уильям Биб родился в Бруклине, Нью-Йорк, в семье руководителя газеты Чарльза Биба. Хотя некоторые источники описывали его как единственного ребёнка^[3], у него был младший брат по имени Джон, который умер в младенчестве^[4][5]. В раннем детстве его семья переехала в Ист-Ориндж, штат Нью-Джерси. Там он начал проявлять интерес к миру природы и склонность записывать всё увиденное^[6][7]. Американский музей естественной истории, открывшийся в год рождения Биба, способствовал его любви к природе и оказал на него раннее влияние^[8].

В сентябре 1891 года Биб начал посещать среднюю школу Ист-Оринджа^[9]. Хотя Биб официально не отказывался от своего первого имени «Чарльз» до 1915 года, ещё до поступления в среднюю школу он был известен как «Уильям Биб». Под этим именем он был известен и в дальнейшем^[10][11]. В школьные годы Биб увлёкся коллекционированием животных. Особенно это проявилось после того, как он получил своё первое ружьё в возрасте шестнадцати лет. Он обучился таксидермии, чтобы сохранять их. Когда он не мог добыть экземпляр самостоятельно, он часто приобретал его в магазине Lattin's или обменивался с другими коллекционерами^[12]. Первая статья Биба была опубликована, когда он ещё учился в школе. Это было описание птицы пищухи, которое появилось в номере журнала Harper's Young People за январь 1895 года^[13].

В 1896 году Биб был принят в Колумбийский университет с зачислением на курс выше^[14]. Во время учёбы в университете Биб часто делил время между университетом и Американским музеем естественной истории. Многие исследователи музея также были профессорами в Колумбийском университете^[15]. В университете он учился у Генри Фэрфилда Осборна. У них сложились близкие отношения, которые продолжались до смерти Осборна в 1935 году^[16].

Во время учёбы в Колумбийском университете Биб убедил своих профессоров спонсировать его и нескольких сокурсников для исследовательских поездок в Новую Шотландию. Там он продолжил своё хобби коллекционирования, а также пытался фотографировать труднонаблюдаемые сцены из жизни птиц и других животных. Несколько фотографий Биба из этих экспедиций были куплены профессорами Колумбийского университета для использования в качестве слайдов во время лекций. Во время этих поездок Биб также заинтересовался драгированием — практикой использования сетей для подъёма животных, живущих глубоко под водой. Он пытался изучать их до того, как они умрут или распадутся^[17]. Биб так и не подал заявление на получение степени в Колумбийском университете^[18], хотя годы спустя ему были присвоены почётные докторские степени от Тафтса и Университета Колгейт^[19].

В ноябре 1897 года Фрэнк Чепмен спонсировал Биба, чтобы тот стал ассоциированным членом Американского орнитологического союза. В следующем месяце Биб прочитал свою первую профессиональную лекцию по орнитологии в обществе под названием «Культурный клуб дяди Кларенса из Берген-Пойнт»^[20]. В 1899 году, хотя он завершил все необходимые курсы для получения научной степени в Колумбийском университете, кроме математики, он решил отказаться от учёбы. Он принял приглашение Осборна работать в Нью-Йоркском зоологическом парке, который готовился к открытию^[2]. Этому решению способствовали несколько факторов. Среди них были волнение от участия в работе зоопарка и ощущение, что его учёба слишком сильно нагружает финансы семьи^[21].

Осборн назначил Биба на должность помощника куратора орнитологии^[3][22]. Одной из его основных обязанностей было разведение и выращивание птиц зоопарка для поддержания их популяции^[23]. Биб придавал большое значение тому, чтобы птицам предоставлялось как можно больше пространства. Он предложил построить «летающую клетку» размером с футбольное поле^[24]. В итоге она была построена, хотя и размером менее половины от того, что первоначально запрашивал Биб^[25]. Хотя «летающая клетка» Биба подвергалась критике как основанная на неточном понимании потребностей птиц, она в конечном итоге оказалась очень успешной^[26].

В 1901 году Биб вернулся в Новую Шотландию в свою первую экспедицию для зоопарка. Он намеревался собирать морских животных, обыскивая приливные бассейны и используя дополнительное драгирование^[27]. В следующем году он был повышен с должности помощника куратора до ранга полного куратора. Этот пост он занимал до 1918 года^[28]. Затем он служил почётным куратором с 1919 по 1962 год.

6 августа 1902 года Биб женился на Мэри Блэр Райс, более известной под своим псевдонимом Блэр Найлс^[29][30]. Блэр впоследствии сопровождала Биба в нескольких его экспедициях. Будучи писательницей, она часто помогала Бибу в его литературной работе^[31][32]. Биб и Блэр рассматривали свой медовый месяц, ещё одну поездку в Новую Шотландию, как дополнительную возможность для коллекционирования^[33].

В феврале следующего года Биб и Блэр отправились в экспедицию на Флорида-Кис. Биб страдал от инфекции горла, и зоопарк полагал, что тёплый климат будет полезен для его здоровья. Эта экспедиция стала знакомством Биба с тропиками, к которым у него развился давний интерес^[34]. В июле 1903 года по просьбе юриста Луи Уилтона, которого директор зоопарка Уильям Темпл Хорнадей рассматривал как потенциального донора, Биб и Блэр отправились в другую экспедицию на Барьерные острова Вирджинии. Хотя это планировалось как экспедиция для зоопарка, Биб описал её как «наш третий медовый месяц в этом году»^[35].

К концу 1903 года, в возрасте 26 лет, Биб опубликовал более тридцати четырёх статей и фотографий за прошедший год. За вклад в науку он был избран членом Американской ассоциации содействия развитию науки^[36].

В декабре 1903 года, чтобы предотвратить очередной приступ болезни горла, Хорнадей отправил Биба в экспедицию в Мексику, которая продлилась до следующего апреля^[37]. Поскольку Мексика в то время была в значительной степени нестабильна, он и Блэр путешествовали верхом и жили в основном в палатках. Оба носили с собой револьверы для самозащиты^[38]. Целью экспедиции было обнаружение, идентификация и сбор птиц Мексики^[39]. Однако она также описывалась как ещё один медовый месяц^[31][40]. Первая книга Биба под названием «Два любителя птиц в Мексике» (Two Bird Lovers in Mexico) была отчётом об этой экспедиции. Последняя глава была написана Блэр и представляла собой объяснение того, как планировать и проводить отпуск в дикой природе^[41][42]. Книга была встречена с энтузиазмом^[43].

Вторая книга Биба, «Птица, её форма и функция» (The Bird, Its Form and Function), была опубликована в 1906 году^[44]. Эта книга была переработкой рукописи, которую Биб представил издателю Генри Холту в 1902 году. Холт попросил его расширить её до крупной работы о птицах^[45]. В законченном виде она представляла собой новый вид литературы о природе. Хотя в ней излагалась техническая информация о биологии и эволюции птиц, это делалось в форме, доступной для широкой аудитории^[46][47]. Это также стало важным поворотным моментом для Биба. В отличие от юношеского увлечения пополнением коллекции, в этой книге он начал подчёркивать важность охраны дикой природы^[47]. По поводу убийства животных исключительно ради коллекционирования в книге говорится:

Хотя Биб продолжал отстреливать животных, когда это было необходимо для научного исследования, он больше не считал пополнение коллекции уважительной причиной для лишения жизни^[49]. В 1906 году Биб преподнёс свою собственную коллекцию, которая выросла до 990 экземпляров за годы его коллекционирования, в дар зоопарку для образовательных и исследовательских целей. За этот дар он был сделан пожизненным членом Нью-Йоркского зоологического общества. В том же году он был избран членом Нью-Йоркской академии наук^[50].

В 1907 году Осборн и Хорнадей основали журнал Zoologica специально как площадку для публикации исследований Биба. Первый номер журнала содержал двадцать статей, десять из которых были написаны Бибом. Ещё две были написаны им совместно с Ли Сондерсом Крэндаллом, помощником куратора птиц зоопарка^[51]. В следующем году Биб получил повышение от Зоологического общества, поставившее его в равное положение с научными сотрудниками Музея естественной истории. Это повышение явно предоставляло ему два месяца отпуска каждый год для дальнейших исследовательских экспедиций^[52]. Первая экспедиция, проведённая с новыми привилегиями, началась в феврале 1908 года. Она привела его в Тринидад и Тобаго и Венесуэлу для исследования птиц и насекомых. Во время этой экспедиции Биб поймал для зоопарка 40 живых птиц, принадлежащих к 14 различным видам^[53][54].

В этот период жизни у Биба завязалась тесная дружба с тогдашним президентом Теодором Рузвельтом, которая продолжалась до смерти Рузвельта в 1919 году. Биб восхищался мастерством Рузвельта как полевого натуралиста, а также его пропагандой охраны природы. Известность Рузвельта делала его поддержку весьма ценной в научных начинаниях Биба. Рузвельт, в свою очередь, восхищался книгами Биба и его уважением к миру природы^[55][56]. Рузвельт часто хвалил книги Биба и написал предисловия к его книгам «Тропическая дикая жизнь» (Tropical Wild Life) и «Мир джунглей» (Jungle Peace)^[57].

В феврале 1909 года Биб и Блэр отправились в Британскую Гвиану. Они надеялись, что при поддержке Рузвельта там удастся создать постоянную полевую исследовательскую станцию^[58]. Ещё одной целью этой экспедиции был поиск и поимка гоацина. Эта птица с когтистыми крыльями считалась важным звеном в эволюции птиц от рептилий. Биб подробно задокументировал поведение гоацина с помощью бинокля. Однако планы поймать его были сорваны, когда им пришлось вернуться домой раньше времени из-за того, что Блэр сломала запястье. Несмотря на неудачу в получении главного приза, экспедиция вернулась с 280 живыми птицами 51 вида. 33 из них были новыми для зоопарка, хотя некоторые погибли или сбежали во время долгого путешествия обратно в Нью-Йорк^[59][60]. Биб обобщил результаты этой экспедиции в своей книге «Наши поиски дикой природы» (Our Search for a Wilderness), которая получила восторженные отзывы^[61].

В декабре 1909 года бизнесмен и филантроп Энтони Р. Кузер предложил зоопарку отправить Биба в кругосветное путешествие для документирования фазанов мира. Финансирование брал на себя Кузер^[62]. Хорнадей решительно возражал против этого предложения, описывая Кузера как «злого гения», пытающегося отвлечь Биба от его обязанностей в зоопарке^[63]. Однако зоопарк в конечном итоге принял решение в пользу Кузера. Отчасти это было связано с тем, что научные статьи, подготовленные по итогам поездки Биба в Гвиану, положительно сказались на репутации зоопарка^[64]. Хорнадей назначил Крэндалла исполняющим обязанности куратора птиц, поручив ему уход за птицами в отсутствие Биба^[65]. Биб и Блэр отправились в экспедицию в сопровождении Роберта Брюса Хорсфолла. Его задачей было создание иллюстраций птиц для книги, которая должна была стать результатом этой экспедиции^[66].

Пересекли Атлантический океан на лайнере «Лузитания» до Лондона, где они собрали необходимые припасы. Затем Биб и его команда отправились через Средиземное море в Египет, через Суэцкий канал и Индийский океан на Цейлон. Там они начали документировать местных диких птиц^[67]. С Цейлона они отправились в Калькутту с целью поймать виды фазанов, обитающие только в Гималаях^[68]. К этому моменту у Биба начались конфликты с Хорсфоллом, который был непривычен к таким экспедициям^[69]. После того как Биб закончил документацию в восточной части ареала, Хорсфолл отказался сопровождать его в западную часть. Это вынудило Биба оставить его в городе Джорепокхри и продолжить работу в Западных Гималаях без него^[70]. Хорсфолл воссоединился с ними в Калькутте, откуда они отплыли в Индонезию^[71]. Следующий корабль доставил их в Сингапур, где Биб создал базу для следующего этапа экспедиции^[72].

Следующим пунктом назначения экспедиции был Саравак на острове Борнео^[71]. К моменту отъезда из Саравака конфликт между Бибом и Хорсфоллом разросся до такой степени, что Биб решил, что Хорсфолл ставит под угрозу экспедицию, и его нужно отправить домой. В ответ на увольнение Хорсфолл заявил, что Биб плохо обращался с ним с самого начала экспедиции и что его последующие действия были совершены с целью мести^[73]. Продолжая путь без Хорсфолла, Биб и Блэр отправились в Батавию на Яве^[74], на остров Мадура к северу и на Белитунг между Борнео и Суматрой^[72].

Закончив работу на Яве, Биб и его команда отплыли на север из Сингапура в Куала-Лумпур, чтобы начать исследование Малайи^[72]. После Малайи следующая часть экспедиции привела их в Бирму. Они прибыли в Рангун и отправились по железной дороге в Мьичину^[75]. В Бирме Биб временно впал в депрессию. Прошло несколько дней, прежде чем он смог возобновить работу или продолжить экспедицию^[76]. Он приписал своё выздоровление стопке дешёвых романов («penny dreadful»), которые он обнаружил в своём бунгало в Пунгатоне и читал постоянно в течение следующих нескольких дней^[77][78].

Последняя часть путешествия Биба привела его в Китай. Оттуда они совершили незапланированный визит в Японию, чтобы избежать беспорядков, а также вспышки бубонной чумы^[79]. Когда чума и беспорядки утихли, Биб вернулся в Китай для документирования местных видов фазанов. Затем он совершил второй визит в Японию для изучения фазанов, содержащихся в Императорских заповедниках. В Японии Императорский двор подарил Бибу двух журавлей в обмен на пару лебедей, которые были неизвестны в Японии^[80].

Экспедиция завершилась спустя 17 месяцев. Биб и Блэр пересекли Тихий океан до Сан-Франциско, затем пересекли Соединённые Штаты, чтобы вернуться домой в Нью-Йорк. Экспедиция добыла живые или чучельные экземпляры почти всех фазанов, которых искал Биб. Также были сделаны обширные записи об их поведении^[81]. Некоторые из этих фазанов, такие как монал Склейтера, никогда ранее не наблюдались в дикой природе американцами или европейцами^[82]. Наблюдения Биба за половым диморфизмом у фазанов во время этой экспедиции позволили ему стать первым биологом, правильно понявшим механизм действия этого аспекта полового отбора^[83]. Основываясь на своих наблюдениях, он также предложил новую эволюционную модель происхождения фазанов. Она предполагала период быстрой диверсификации, за которым следовали более типичные и постепенные изменения. Хотя сейчас эта эволюционная модель принимается как должное, во времена Уильяма Биба это была новая идея^[84].

В январе 1913 года Блэр уехала от Биба в Рино, намереваясь развестись с ним. В то время в Рино было легче получить развод, чем в большинстве других районов США. Развод был оформлен 29 августа 1913 года, после того как Блэр провела в Рино минимально необходимые шесть месяцев^[85]. Для получения развода в Рино требовалось доказать, что супруг совершил либо прелюбодеяние, либо проявил крайнюю жестокость. Жалоба Блэр обвиняла Биба в последнем^[86]. Она утверждала, что во время экспедиции за фазанами он угрожал покончить жизнь самоубийством, «бросившись в реку, выстрелив себе в нёбо из револьвера и перерезав горло бритвой»^[87]. Биб почти не пытался оспорить развод и не явился в суд для дачи показаний^[31][87]. Газеты того времени некритично сообщали об обвинениях Блэр с заголовками вроде «Натуралист был жесток»^[88]. Современные биографы считают более вероятным, что Блэр прибегла к гиперболе, чтобы обосновать развод^[31]. Через неделю после развода с Бибом Блэр вышла замуж за их соседа Робина Найлса. Это позволяет предположить, что истинной причиной развода могла быть супружеская неверность^[89]. С другой стороны, некоторые биографы предполагают, что у Биба случился нервный срыв во время экспедиции и что он, возможно, внёс свой вклад в отчуждение Блэр^[90].

Уход Блэр стал шоком для Биба, и он находился в тяжёлой депрессии более года^[89]. Несмотря на её помощь во время экспедиции за фазанами, Биб исключил любые упоминания о ней из монографии, которую он готовил на основе собранных данных^[91].

К концу 1914 года рукопись монографии о фазанах была в основном завершена. Текст был написан Бибом, а иллюстрации предоставили несколько художников. Роберт Брюс Хорсфолл, сопровождавший Биба в экспедиции, нарисовал фоновые пейзажи. Самих фазанов нарисовали другие художники, включая Джорджа Эдварда Лоджа, Чарльза Найта и Луиса Агассиса Фуэртеса^[92]. Из-за сложного характера цветных иллюстраций ни одно американское издательство не считалось способным их воспроизвести. Биб выбрал лондонское издательство George Witherby and Sons, известное успешной публикацией работ Джона Джеймса Одюбона^[93]. Воспроизведением иллюстраций занимались несколько компаний в Германии и Австрии. Печать репродукций уже шла, когда началась Первая мировая война, задержавшая завершение проекта на четыре года^[94].

В 1915 году Биб предпринял экспедицию в Бразилию, чтобы поймать больше птиц для зоопарка^[95]. Эта экспедиция стала важным поворотным моментом для Биба. У него было гораздо больше полевого опыта, чем у двух других участников экспедиции, Г. Иннесса Хартли и Герберта Аткинса. Это стало его введением в роль наставника^[96]. Во время этой экспедиции Биб был поражён количеством и разнообразием организмов, живущих под одним деревом. Он стал пионером метода изучения небольшого участка дикой природы в течение длительного времени. Эта экспедиция ознаменовала начало перехода Биба от орнитологии к изучению тропических экосистем^[95].

В 1916 году Биб отправился в Джорджтаун, преследуя свою прежнюю цель создания постоянной полевой исследовательской станции в Гвиане. После проверки нескольких вариантов, которые ни к чему не привели, его цель была достигнута. Джордж Уизерс, владевший каучуковой плантацией на реке Мазаруни, предложил ему большой дом на своей территории^[97]. Вскоре после того, как Биб и его исследователи переехали в дом на плантации, известный как Калакун, их посетил Теодор Рузвельт с семьёй. Впоследствии Рузвельт написал статью о станции для журнала Scribner's Magazine, что помогло заручиться общественной поддержкой^[98].

Создание исследовательской станции Калакун позволило Бибу изучать экологию окружающих джунглей гораздо детальнее, чем в предыдущих экспедициях. Используя Калакун как базу, Биб провёл новаторское исследование. Он методично «препарировал» небольшой участок джунглей и всех обитающих там животных, от верхушек деревьев до подземелья. Во втором исследовании Биб выполнил ту же задачу для гораздо большей площади джунглей, примерно в четверть квадратной мили (0,4 км²)^[99]. В свой первый сезон в Калакуне в 1916 году Биб привёз 300 живых экземпляров для зоопарка. На этот раз ему удалось поймать гоацина, которого он упустил во время предыдущей поездки в Гвиану. Однако он не смог сохранить его живым для зоопарка во время обратного пути в Нью-Йорк.

Биб обобщил свои открытия в Калакуне в книге 1917 года «Тропическая дикая жизнь в Британской Гвиане» (Tropical Wild Life in British Guiana). Она вдохновила многих других исследователей планировать поездки в Калакун или создавать собственные полевые станции по типу той, что основал Биб^[100].

Биб стремился служить в Первой мировой войне, но в 40 лет он считался слишком старым для регулярной службы. С помощью Рузвельта он получил должность инструктора пилотов в авиационной эскадрилье на Лонг-Айленде. Его работа была прервана, когда, уклоняясь от фотографа, выбежавшего перед самолётом при посадке, он разбился и серьёзно повредил правое запястье^[101]. Во время второй поездки в Калакун, пока заживало запястье, Биб был потрясён, обнаружив, что из-за военного спроса на резину все джунгли вокруг дома были вырублены под каучуковые деревья. Поскольку целью станции Калакун было изучение джунглей, их уничтожение не оставило Бибу иного выбора, кроме как закрыть станцию и вернуться с оборудованием в Нью-Йорк^[102][103]. В сочетании с потерей Блэр, утрата Калакуна ввергла Биба в депрессию. Это не осталось незамеченным его наставником Осборном, который выразил беспокойство в письме к Мэдисону Гранту: «Я нахожу, что он обеспокоен и далеко не здоров. [...] Не говоря ему об этом, мы должны позаботиться о нём»^[104].

В октябре 1917 года у Биба появилась возможность послужить на войне. С рекомендательным письмом от Рузвельта ему поручили пилотировать самолёты для аэрофотосъёмки над немецкими артиллерийскими позициями. Он также провёл время в окопах и сопровождал взвод канадских индейцев в ночном рейде^[105]. Впоследствии Биб написал несколько статей, описывающих его военный опыт, для Scribner's Magazine и Atlantic Monthly^[104]. Биб обычно не уточнял точный характер своей военной службы в своих произведениях, хотя выражал общее смятение перед реалиями войны^[106]. Самым известным из этих описаний является первый абзац его книги 1918 года «Мир джунглей» (Jungle Peace):

Положение Биба в Зоологическом обществе изменилось в 1918 году: он получил титул почётного куратора птиц и стал директором недавно созданного Департамента тропических исследований^[103]. С новой должностью Биб больше не был обязан ухаживать за животными зоопарка, что позволило ему полностью посвятить себя писательству и исследованиям^[108]. Обязанности куратора перешли к Ли Крэндаллу, бывшему помощнику куратора, работавшему под началом Биба^[109]. Однако Крэндалл продолжал полагаться на помощь Биба в лечении болезней птиц и уходе за экзотическими птицами, привезёнными из экспедиций^[108].

Первый том монографии Биба о фазанах был опубликован той осенью, хотя из-за продолжающейся войны было неясно, когда выйдут остальные три тома. Первый том получил высокую оценку рецензентов и был удостоен Медали Даниэля Жиро Эллиота от Национальной академии наук в 1918 году^[104][110]. В январе 1919 года Рузвельт, который к тому времени был тяжело болен, написал Бибу из больницы, поздравляя его с публикацией монографии. Это поздравительное письмо стало последним письмом, написанным Рузвельтом перед смертью^[111][112]. Второй том монографии вышел в 1921 году, а третий и четвёртый — в 1922 году^[113]. Завершённый труд под названием «Монография о фазанах» (A Monograph of the Pheasants) считается некоторыми рецензентами, возможно, величайшей орнитологической монографией XX века^[114].

В 1919 году Осборн помог Бибу получить новую исследовательскую станцию в Гвиане взамен Калакуна. Бибу предложили Картабо-Пойнт, форпост горнодобывающей корпорации из Нью-Йорка^[115]. Биб с энтузиазмом отнёсся к новой станции. Она оказалась очень успешной для проведения таких же детальных анализов дикой природы на небольших территориях, какие проводились в Калакуне^[116]. В Картабо Биб открыл явление, известное как муравьиный круг (ant mill) — колонна муравьёв, следующая сама за собой в бесконечном цикле, пока почти все они не умирают от истощения^[117][118].

Биб стремился предпринять экспедицию на Галапагосские острова. Он намеревался получить более детальные данные в поддержку эволюции, чем те, что смог собрать Чарльз Дарвин во время своего визита. В 1923 году Харрисон Уильямс согласился финансировать такую экспедицию. Для этой цели Бибу была предоставлена паровая яхта Noma длиной 250 футов (76 м) вместе с командой поддержки. В команду входили несколько учёных, работавших с Бибом ранее, и художники, включая мариниста Гарри Хоффмана^[119]. Также присутствовали друзья Уильямса, чьё участие было условием финансирования^[120]. Проходя через Саргассово море по пути к Галапагосам, Биб был очарован разнообразием жизни в водорослях саргасс, плавающих на поверхности. Он провёл несколько дней, вылавливая водоросли, чтобы изучить существ, живущих в них^[121].

Первая экспедиция Биба на Галапагосы длилась двадцать дней, разбитых на два десятидневных периода. Между ними Noma была вынуждена вернуться в Панаму за пресной водой и углём^[122]. Во время этой экспедиции он задокументировал уникальные способы эволюции животных Галапагосов в отсутствие хищников. Животные Галапагосов, как правило, не боялись людей. Это позволило команде успешно ловить живые экземпляры для зоопарка^[123]. Биб также открыл ранее неизвестную бухту на острове Хеновеса (Тауэр), которую назвал бухтой Дарвина, и задокументировал разнообразие обитающей там фауны^[124]. Во время возвращения в Нью-Йорк Биб продолжал драгировать животных из моря. Он использовал пару новых устройств, которые изобрёл для помощи в этом: «кафедру» (железную клетку, прикреплённую к носу корабля для осмотра поверхности моря) и «стрелу» (30-футовую балку, выступающую с борта корабля, с которой он свешивался)^[125]. Книга, в которой Биб обобщил эту экспедицию, под названием «Галапагосы: Край света» (Galápagos: World's End), стала бестселлером и оставалась в списке десяти лучших книг The New York Times в течение нескольких месяцев^[126].

В 1924 году Биб отправился в очередную экспедицию на свою станцию в Гвиане, Картабо. Он намеревался продолжить детальное документирование тропической экосистемы, начатое в Калакуне. Статья, ставшая результатом этого исследования, была опубликована в Zoologica в 1925 году. Это было первое исследование такого рода в развивающейся области тропической экологии^[127]. Биб продолжал бороться с депрессией во время этой поездки, как из-за потери Блэр, так и из-за смерти матери Нетти, умершей незадолго до начала экспедиции^[128].

Несмотря на исследования в Гвиане, Биб больше всего хотел вернуться на Галапагосы. На этот раз он планировал использовать специально оборудованное научно-исследовательское судно, способное поднимать животных с глубины океана^[129]. В 1925 году Биб отправился во вторую экспедицию на Галапагосы — океанографическую экспедицию «Арктур» (Arcturus)^[130]. Её поддержали Уильямс и другие доноры^[131]. Судном для этой экспедиции стала паровая яхта Arcturus, подаренная Нью-Йоркскому зоологическому обществу членом исполнительного комитета Генри Д. Уитоном. Arcturus длиной 280 футов (85 м) был значительно больше Noma и мог находиться в море длительное время^[132]. Яхта была оснащена «кафедрой» и «стрелой» Биба с Noma, а также клетками и резервуарами для живых животных, химикатами для консервации и фотолабораторией для изучения биолюминесцентных животных^[133].

Arcturus не встретил густых скоплений саргасса в Саргассовом море, которые Биб надеялся изучить. Однако Биб и его команда добились большого успеха, поднимая существ со дна у побережья Сен-Мартена и Сабы^[134]. В Тихом океане они столкнулись со странной границей между двумя течениями с очень разной температурой. На границе наблюдалось огромное разнообразие жизни. Биб плыл вдоль границы течений несколько дней, документируя её. Он предположил, что это может быть причиной необычного климата, который недавно наблюдался в Южной Америке. Исследование Бибом этих течений и их влияния на климат Южной Америки является самым ранним известным изучением явления Эль-Ниньо^[135].

Встав на якорь в бухте Дарвина, Биб предпринял первую попытку изучить морских животных в их естественной среде, спустившись в океан в водолазном шлеме^[136]. Биб продолжал совершать погружения в шлеме на протяжении всей экспедиции, задокументировав несколько ранее неизвестных морских животных^[137]. Помимо погружений, Биб применил тот же метод исследования, который он впервые использовал в тропиках, к небольшому участку океана. Он плавал кругами вокруг него в течение десяти дней, документируя все действия и взаимодействия морской жизни в этой зоне. Это исследование дало коллекцию из 3776 рыб 136 видов, многие из которых также были новыми для науки^[138].

Находясь у Галапагосов, Биб и его команда заметили вулканическую активность на острове Исабела (Албемарл) и отправились её исследовать. Встав на якорь в небольшой бухте, Биб и его помощник Джон Ти-Ван искали активный кратер для наблюдения за извержением. Они почти выбились из сил, когда нашли его. Наблюдая за кратером, Биб понял, что воздух вокруг наполнен ядовитыми газами, и едва избежал удушья^[139]. Наблюдая за извержением с корабля ещё два дня, а также позже в ходе экспедиции, Биб зафиксировал гибель множества птиц и морских животных. Они либо не смогли спастись от лавы, либо приблизились слишком близко, пытаясь поедать других погибших животных^[140].

Во время возвращения с Галапагосов через Саргассово море Биб снова не смог найти густые скопления саргасса. Поиск способа удовлетворить доноров экспедиции привёл Биба к идее задокументировать морскую жизнь Гудзонова ущелья недалеко от берега Нью-Йорка. Применив те же методы, что и на Галапагосах, Биб обнаружил удивительное разнообразие морских животных. Многие из них ранее считались исключительно тропическими^[141].

Вскоре после возвращения Биба Энтони Кузер попросил его создать сокращённую, популярную версию монографии о фазанах^[142]. Книга под названием «Фазаны: их жизнь и дома» (Pheasants: Their Lives and Homes), также известная как «Фазаны мира», вышла в 1926 году. Она получила Медаль Джона Берроуза^[143][144]. В процессе написания Биб вспомнил много случаев из экспедиции, не вошедших в оригинальную монографию. Он написал дополнительную книгу «Фазаньи джунгли» (Pheasant Jungles) о своих приключениях^[142]. Если монография была фактическим отчётом, то «Фазаньи джунгли» были несколько беллетризованы. Биб изменил некоторые аспекты своего опыта, чтобы привлечь более широкую аудиторию^[145].

В 1927 году Биб отправился в экспедицию на Гаити, чтобы задокументировать морскую жизнь острова. Поставив свой корабль Lieutenant на якорь в гавани Порт-о-Пренса, он совершил более 300 погружений в шлеме. Он исследовал коралловые рифы и классифицировал обитающих там рыб^[146]. Эти погружения включали несколько технологических новшеств. Использовался водонепроницаемый латунный бокс для камеры подводной съёмки. Также применялся телефон, встроенный в водолазный шлем. Это позволяло водолазу диктовать наблюдения на поверхность, вместо того чтобы делать заметки под водой^[147]. За сто дней Биб и его команда создали каталог видов, почти такой же длинный, как тот, что был собран на соседнем Пуэрто-Рико за четыреста лет. В 1928 году Биб и Ти-Ван опубликовали иллюстрированный список из 270 видов. В 1935 году он был расширен до 324 видов^[148]. Биб описал эту экспедицию в книге 1928 года «Под тропическими морями» (Beneath Tropic Seas). Это была первая его книга, получившая сдержанные отзывы из-за эпизодической структуры^[149].

Набравшись опыта в погружениях в шлеме, Биб стал их энтузиастом. Он считал, что это должен испытать каждый, у кого есть возможность^[150]. Позже он даже предположил, что в домах на побережье когда-нибудь будут собственные подводные сады для прогулок в шлемах:

К этому времени у Биба завязалась тесная дружба с Хелен Рикер, американской писательницей любовных романов. Она писала под псевдонимом Элсвит Тейн и познакомилась с Бибом в 1925 году. Сохранилось мало их ранней переписки, но Элсвит годами боготворила Биба. Её первый роман «Всадники ветра» (Riders of the Wind) был посвящён ему. Роман повествовал о молодой женщине, которая влюбляется и выходит замуж за искателя приключений намного старше её, сильно напоминающего Биба^[152][153]. Биб и Элсвит поженились 22 сентября 1927 года, когда Бибу было 50 лет. Из-за склонности Элсвит искажать свой возраст существуют противоречивые сведения о том, сколько ей было лет на момент свадьбы^[154]: от 23^[91] до 28^[154]. У Элсвит и Биба был открытый брак. Никто не требовал сексуальной исключительности, пока их совместная жизнь не страдала^[155].

Хотя «Всадники ветра» были частично основаны на экспедиции Биба за фазанами^[156], Элсвит не нравились текущие исследования Биба^[149]. Она не любила жару тропиков и не хотела ехать с Бибом в Картабо. В качестве компромисса Биб решил продолжить морские исследования на Бермудах, где они провели медовый месяц^[157]. Губернатор Бермудских островов Луис Болс представил Биба принцу Георгу, который был очарован книгами Биба. Принц убедил Биба взять его на погружение в шлеме. Губернатор Болс и принц Георг впоследствии предложили Бибу остров Нонсач площадью 25 акров (0,1 км²) у восточного побережья Бермуд для использования в качестве исследовательской станции^[158].

При финансовой помощи спонсоров Биб планировал использовать станцию на острове Нонсач для тщательного изучения участка океана площадью 8 квадратных миль. Целью было задокументировать всё живое от поверхности до глубины 2 миль^[159]. Однако возможности Биба по изучению глубокого океана были ограничены. Драгирование давало лишь неполную картину. Биб сравнивал знания, полученные с помощью драги, с тем, что узнал бы марсианин о затуманенном земном городе, собирая мусор с улицы^[160]. Биб начал планировать создание устройства для подводных исследований, чтобы спускаться на глубину и наблюдать среду напрямую^[161]. The New York Times публиковала статьи о планах Биба, предусматривавших водолазный колокол цилиндрической формы^[162][163].

Эти статьи привлекли внимание Отиса Бартона, инженера, который давно восхищался Бибом и мечтал стать глубоководным исследователем. Бартон был убеждён, что цилиндрическая конструкция Биба не выдержит давления глубины^[164]. С помощью друга он организовал встречу с Бибом и предложил альтернативный проект. Дизайн Бартона предусматривал сферический сосуд — самую прочную форму для сопротивления давлению^[165]. Бартону повезло, что годами ранее Теодор Рузвельт предлагал Бибу похожую идею, и Биб одобрил проект. Они заключили сделку: Бартон оплачивает сферу и оборудование. Биб оплачивает другие расходы, такие как фрахт корабля. Как владелец сферы, Бартон будет сопровождать Биба в погружениях^[166]. Биб назвал судно батисферой, от греческого префикса bathy- («глубокий») и слова «сфера»^[167].

С 1930 по 1934 год Биб и Бартон использовали батисферу для серии погружений у острова Нонсач. Они стали первыми людьми, наблюдавшими глубоководных животных в их среде^[168]. Батисферу опускали на стальном тросе. Второй кабель нёс телефонную линию для связи с поверхностью и электрический кабель для прожектора^[169]. Наблюдения Биба передавались по телефону и записывались Глорией Холлистер^[170], его главным техническим помощником. Биб и Бартон совершили в общей сложности 35 погружений^[171], установив несколько мировых рекордов глубины^[168]. Рекорд глубины 3028 футов (923 м), установленный 15 августа 1934 года, продержался до 1949 года, когда был побит Бартоном^[172].

В 1931 году погружения были прерваны на год из-за технических проблем и погоды. Дополнительной трудностью стала смерть отца Биба^[173]. Второй перерыв произошёл в 1933 году из-за нехватки средств на фоне Великой депрессии^[174]. Хотя погружений не было, работа привлекла внимание. Батисфера выставлялась в Американском музее естественной истории и на Всемирной выставке «Век прогресса» в Чикаго, где они делили Зал науки с Огюстом Пиккаром^[175]. Биб также писал статьи для National Geographic. Голос Биба из батисферы транслировался по радио NBC на всю страну^[176].

Хотя Биб пытался обеспечить Бартону признание как изобретателю, СМИ уделяли внимание только Бибу^[177]. Бартон обижался, считая, что Биб присваивает славу^[178]. Бибу же не хватало терпения на настроение Бартона. Он считал, что Бартон не проявляет должного уважения к природе^[179]. Тем не менее, они нуждались друг в друге: Биб — в опыте биолога, Бартон — в механических навыках^[180]. Ради успеха они улаживали разногласия во время работы, но не остались в хороших отношениях после^[181].

Вероятно, у Биба завязался роман с Холлистер во время работы на Нонсаче. Запись в дневнике Биба, сделанная шифром, гласит: «Я поцеловал её [Глорию], и она любит меня»^[182][183]. Неясно, знала ли Элсвит о романе, но, похоже, не возражала. В интервью 1940-х годов она говорила, что ей нравится знание того, что Биб привлекателен для женщин^[184].

Биб продолжал исследования после 1934 года, но считал, что увидел в батисфере всё, что хотел. Дальнейшие погружения были слишком дороги^[185]. С помощью друга-врача Генри Ллойда Биб провёл экспедицию в Вест-Индии, изучая содержимое желудков тунцов. Это выявило неизвестные личиночные формы рыб^[186]. Вскоре Биб отправился в экспедицию к Нижней Калифорнии на яхте Zaca, финансируемую бизнесменом Темплтоном Крокером. Целью было изучение подводной фауны. Команда была удивлена разнообразием животных^[187]. В 1937 году Биб совершил вторую экспедицию на Zaca, документируя дикую природу Тихоокеанского побережья от Мексики до Колумбии. Он пытался задокументировать все аспекты экосистемы^[188]. Биб описал эти экспедиции в книгах «Приключение на „Заке“» (Zaca Venture) и «Книга заливов» (The Book of Bays), подчеркнув озабоченность разрушением среды обитания^[189].

В экспедициях на Zaca Биба сопровождали Джон Ти-Ван и Джослин Крейн, молодой карцинолог. Она начала работать с Бибом в 1932 году^[190] и стала одним из его самых близких соратников^[191]. Как и Холлистер, Крейн стала любовницей Биба во время долгих экспедиций без Элсвит^[192]. В это время Биб подружился с создателем Винни-Пуха А. А. Милном. Милн писал о книге «Полмили вниз» (Half Mile Down): «Я не знаю, чему завидую больше: всем тем моральным и физическим качествам, которые у вас есть, а у меня нет, или всему этому чуду нового мира»^[193].

Хотя Биб использовал Нонсач как базу в 1930-х, с началом Второй мировой войны в 1939 году паромное сообщение с Нью-Йорком прекратилось. Команде пришлось покинуть станцию^[194]. Сообщение возобновилось в 1940 году, и Биб вернулся в мае 1941 года. Однако среда менялась из-за войны. Военные корабли затрудняли швартовку, рифы разрушались для строительства аэродрома. Загрязнение делало наблюдение невозможным. Биб сдал станцию военному подрядчику и вернулся в Нью-Йорк^[195].

Потеряв станцию, Биб и Элсвит отказались от компромисса в выборе места жительства. Элсвит искала дом в Новой Англии. Биб искал новую тропическую станцию взамен Картабо, ставшего жертвой вырубки^[196]. Биб помог Элсвит купить ферму возле Уилмингтона, штат Вермонт. Элсвит объяснила в интервью, что ей неуютно в экспедициях, поэтому они решили разделить карьеру и личную жизнь^[197].

При финансовой помощи Standard Oil и Фонда Гуггенхайма Биб создал станцию в Карипито, Венесуэла^[198]. Команда изучала экологию региона и влияние сезонов^[199]. Важным результатом стало первое документирование использования рогов жуками-носорогами в конкуренции самцов, а не для защиты^[200]. Биб счёл экстремальный цикл влажности и засухи в Карипито непрактичным^[201], а нефтяные операции угрожали среде^[199]. Биб не вернулся туда после первого сезона^[201].

Весной 1944 года Джослин Крейн вернулась в Венесуэлу для поиска места под новую станцию. Она нашла Ранчо-Гранде — недостроенный дворец диктатора Хуана Висенте Гомеса в Национальном парке Анри Питтье. Здание стало домом для ягуаров, тапиров и ленивцев^[202]. Ранчо-Гранде находилось на склоне горы в «облачных джунглях»^[203]. Creole Petroleum Corporation оплатила расходы, и команда начала работу в 1945 году^[202].

Ранчо-Гранде располагалось на перевале в Береговой Кордильере, важном маршруте миграции бабочек^[204]. Во время работы Биб сломал ногу. Неподвижность дала возможность наблюдать за природой, сидя в кресле в джунглях. Животные перестали замечать его^[205]. Он часами наблюдал за парой вечерних соколов, задокументировав игровое поведение у птиц^[206].

Биб не вернулся в Ранчо-Гранде в 1947 году из-за нехватки средств и нестабильной политики. Он вернулся в 1948 году, завершив исследования миграции. Понимая риски, Джослин искала место в Тринидаде и Тобаго^[207]. После переворота 1948 года в Венесуэле Биб решил прекратить работу там^[208]. Опыт описан в книге «Высокие джунгли» (High Jungle, 1949)^[209].

В январе 1950 года Нью-Йоркское зоологическое общество отметило 50-летие работы Биба^[210]. Он был единственным оставшимся сотрудником из первоначального штата^[211]. Биолог Эрнст Майр писал, что работы Биба вдохновили его^[212].

Результатом поисков Джослин Крейн стал дом на холме с видом на долину Арима, известный как Вердант-Вейл^[213]. В 1949 году Биб купил это поместье. Он переименовал его в Симлу, в честь холма в Индии из произведений Редьярда Киплинга^[191][214].

В Симле команда тесно сотрудничала с Асой и Ньюкомом Райтами, владельцами соседнего поместья Спринг-Хилл^[215]. Биб докупил соседнее поместье Сент-Пэтс, расширив территорию^[216]. В 1953 году Биб пожертвовал оба владения Зоологическому обществу за один доллар^[208], став «Благотворителем навечно»^[217].

Исследования в Симле официально начались в 1950 году^[218]. Биб сосредоточился на насекомых, перейдя в область энтомологии^[219]. Местные дети приносили ему образцы, напоминая Бибу его собственное детство^[220].

В 1952 году, в свой семьдесят пятый день рождения, Биб ушёл с поста директора Департамента и стал почётным директором. Джослин Крейн была повышена до помощника директора^[217][219]. В 1953 году Биб был награждён Медалью за выдающиеся заслуги Теодора Рузвельта^[221]. Последняя крупная экспедиция Биба состоялась в 1955 году. Он повторил маршрут экспедиции за фазанами, чтобы оценить влияние человека на популяции^[222][223]. Джослин сопровождала его для изучения манящих крабов. Её исследования легли в основу монографии «Манящие крабы мира» (Fiddler Crabs of the World)^[224].

Симла стала местом сбора биологов. Среди посетителей были мирмеколог Тед Шнейрла, этолог Конрад Лоренц, энтомолог Линкольн Брауэр, этолог Дональд Гриффин и орнитолог Дэвид Сноу^[225]. Терраса Биба была украшена статуями персонажей из «Винни-Пуха», подарком Милна. Биб приветствовал тех, кто узнавал персонажей, и терпел тех, кто нет^[207][226].

В 1957 году, в возрасте восьмидесяти лет, Биб всё ещё мог лазить по деревьям^[227]. К 1959 году силы покинули его, и он перешёл к лабораторной работе^[228]. Биб страдал от болезни горла, возможно, синдрома Шегрена, которую называл «манговым ртом». Это влияло на речь^[229].

Генри Фэрфилд Осборн-младший описывал, как Биб постепенно угасал, становясь почти неподвижным^[230]. Врач А. Э. Хилл утверждал, что Биб оставался в ясном уме и мог передвигаться почти до последнего дня^[231]. Оба согласны, что Биб сохранял чувство юмора до конца^[230].

Уильям Биб умер от пневмонии в Симле 4 июня 1962 года^[232][233]. Он был похоронен на кладбище Мукурапо в Порт-о-Спейне. Джослин сменила его на посту директора и продолжила управлять станцией^[234].

Биб оставил свои бумаги Джослин, чтобы предотвратить написание биографии Элсвит. После смерти Элсвит в 1984 году Джослин передала бумаги в библиотеку Файрстоуна Принстонского университета^[235]. Доступ к ним был ограничен до тех пор, пока Джослин не разрешила Кэрол Грант Гулд написать биографию Биба^[236].

Уильям Биб был более известен в США, чем любой другой американский натуралист до эпохи телевидения^[238]. Как научный писатель, он занимал роль, схожую с ролью Стивена Джея Гулда. Биб был известной фигурой в «ревущие двадцатые» в Нью-Йорке. Он дружил с Фэнни Херст и карикатуристом Рубом Голдбергом^[239]. Он доминировал в социальных ситуациях благодаря энтузиазму и харизме^[240]. Из-за развода и брака с Элсвит он был известен бурными отношениями с женщинами^[239].

Биб описывал свои религиозные взгляды как сочетание пресвитерианства и буддизма. Он стремился объединить чувство благоговения перед природой с научным пониманием^[241]. Он критиковал использование науки для оправдания идеологий, таких как социализм^[242] или вера в неполноценность женщин^[243]. Биб не одобрял идеи евгеники, популярные среди биологов начала XX века^[244].

У Биба были сложные отношения с начальством, особенно с Хорнадеем. Хорнадей был недоволен требованиями финансирования и тем, что Биб уделял мало времени зоопарку^[245]. Однако Хорнадей защищал работу Биба от критики^[246].

Биб возлагал большие надежды на сотрудников^[247]. Генри Фэрфилд Осборн-младший вспоминал, как Биб отказал учёному, который пожаловался на скуку:

Биб проявлял лояльность к сотрудникам. Когда давление становилось слишком сильным, он объявлял о своём дне рождения, чтобы дать персоналу выходные. На замечание, что это не его день рождения, он отвечал: «У человека должен быть день рождения, когда он ему нужен»^[248]..

Уильям Биб был пионером в области экологии. Его теория о том, что организмы нужно понимать в контексте экосистем, была новой и влиятельной^[249][250]. Метод анализа всех организмов на небольшом участке стал стандартом^[251]. Биб также был пионером океанографии^[252].

Э. О. Уилсон, Сильвия Эрл и Эрнст Майр называли Биба вдохновителем^[212][243]. Рейчел Карсон посвятила ему книгу «Море вокруг нас» (The Sea Around Us, 1951)^[253][250]. Полевые исследователи, такие как Джейн Гудолл и Джордж Шаллер, считаются его интеллектуальными наследниками^[254].

Биб сделал науку доступной для публики^[114][255]. Он был важным защитником охраны природы^[47]. Однако другие учёные иногда считали его популяризатором^[114].

Биб написал более 800 статей и 21 книгу. В его честь названо 64 животных. Он описал один новый вид птиц и 87 видов рыб. Четыре вида рыб были описаны только на основе визуальных наблюдений из батисферы^[255].

Существует спор о валидности этих четырёх видов^[256]. Критики утверждали, что это могли быть иллюзии. Однако выдумка противоречила бы репутации Биба^[257]. Возможно, эти животные существуют, но ещё не обнаружены другими^[258].

Краб Leptuca beebei (ранее Uca beebei) назван в его честь^[259].

Биб считал своим важным вкладом гипотезу о том, что предки птиц проходили через стадию «Tetrapteryx» с крыльями на передних и задних конечностях. Он основывался на наблюдении перьев на ногах птенцов и эмбрионов, считая это атавизмом. Он описал идею в статье 1915 года^[260].

Герхард Хейльман отверг гипотезу Биба в книге «Происхождение птиц» (The Origin of Birds, 1926)^[261]. Однако в 2003 году открытие Microraptor gui подтвердило предсказание Биба^[262]. Ричард Прам отметил, что животное выглядит так, будто сошло со страниц блокнотов Биба^[263].

После смерти Биба станция в Симле работала под руководством Джослин Крейн как Тропическая исследовательская станция Уильяма Биба^[264]. К 1971 году станция закрылась^[265]. В 1974 году собственность была передана Природному центру Асы Райт^[266]. Сейчас станция отремонтирована и снова используется для исследований и бёдвочинга.