Авраамий (Палицын)

Авраамий Палицын родился в селе Протасьеве^[1][4] близ Ростова около 1550 года^[2][4]. Происходил из старинного служилого дворянского рода Палицыных^[7][8][9]. В 1580-х годах Палицын служил воеводой в Коле^[3][4] и, возможно, в Холмогорах^[4], а в конце десятилетия (в 1587 или 1588 году^[1][3][4]) подвергся опале: был сослан в Соловецкий монастырь, где бывшего воеводу постригли в монахи^[4]. По мнению ряда исследователей, этот поворот в судьбе Палицына был связан с его участием в неудачном заговоре Шуйских^[3].

В 1594 году положение старца Авраамия (именно такое имя Палицын получил при пострижении) несколько улучшилось. Он перешёл в Троице-Сергиев монастырь^[10], где в 1607 или 1608^[11] году стал келарем^[12][4]. В период осады монастыря поляками Авраамий находился в Москве, откуда оказывал помощь осаждённым. В 1610 году, после падения Василия Шуйского, троицкий келарь отправился вместе с московским посольством под Смоленск «прошати на царство» королевича Владислава^[13][4]. Во время поездки Авраамию удалось получить подтверждение ряда льгот, которыми обладал монастырь. Ограничившись этим, келарь не стал отстаивать основные требования посольства (о прекращении осады Смоленска и о немедленном приезде королевича Владислава в Москву) и поспешно уехал, не удосужившись объясниться с другим участником посольства, ростовским митрополитом Филаретом. По мнению одних исследователей, отъезд Авраамия граничил «с изменой русскому национальному делу»^[14]. Другие же историки, наоборот, считают, что келарь поступил благоразумно: он «предвидел, что послов за их упорство возьмут в неволю и отправят в Польшу, а потому рассудил заранее убраться»^[15].

В 1611 году келарь обратился к публицистической деятельности. Вместе с Дионисием, архимандритом Троице-Сергиева монастыря, Авраамий писал и рассылал грамоты в «смутные города», призывая к объединению для борьбы с врагом и к оказанию посильной поддержки Первому ополчению^[15][16][17]. До наших дней дошли списки трёх таких грамот: от июня 1611 года, от октября 1611 года и от апреля 1612 года^[17]. Василий Ключевский отмечал большую роль Авраамия Палицына во Втором народном ополчении в Смутное время:

Авраамий принимал активное участие в работе Земского собора 1613 года, на котором был избран первый русский царь из дома Романовых^[15], организовал оборону Троице-Сергиева монастыря во время осады его поляками (1618)^[11], участвовал в заключении Деулинского перемирия (1618)^[11]. Воцарение Михаила Фёдоровича Романова могло дополнительно упрочить положение Авраамия, однако этого не произошло.

Старец был в чис­ле ини­циа­то­ров прав­ки бо­го­слу­жеб­ных книг, за ко­то­рую в 1618 бы­ли осу­ж­де­ны прп. Дио­ни­сий (Зоб­ни­нов­ский), Иван На­сед­ка и Ар­се­ний Глу­хой. В 1618 году управ­лял Трои­це-Сер­гие­вым монастырём и ру­ко­во­дил его оборо­ной от поль­ско-ли­товских войск ко­роле­ви­ча Вла­ди­сла­ва. Вер­нув­ший­ся из пле­на Фи­ла­рет (Ро­ма­нов) в 1619 году вос­ста­но­вил Дио­ни­сия и по­бу­дил Авраамия уе­хать в Со­ло­вец­кий монастырь, где он ок. 1620 окон­чил «Ис­то­рию в па­мять пре­дьи­ду­щим ро­дом» (из­вест­ную как «Ска­за­ние Ав­раа­мия Па­ли­цы­на»), за­пе­чат­лев­шую дра­ма­тические со­бы­тия 1584—1618 гг.

Игорь Андреев утверждал, что вернувшийся из плена патриарх Филарет решил свести с Авраамием счёты, обвинил его в злоупотреблениях и отправил в ссылку^[19]. Ничем не аргументированная, эта точка зрения не нашла поддержки у современных исследователей: так, Янкель Солодкин заметил, что, по всей вероятности, «знаменитому келарю в самом деле не удалось поладить со своенравным патриархом», однако нет никаких оснований связывать отъезд Палицына с его «поведением в смоленском посольстве»^[14].

Авраамий Палицын скончался 23 сентября (3 октября) 1626^[2][4] или 1627^[3] года.

Литературное наследие келаря Авраамия включает три грамоты, которые были написаны им в соавторстве с архимандритом Дионисием (Зобниновским), а также «Историю в память впредъидущим родом» (полное название — «История в память впредъидущим родом, да не забвенна будут благодеяния Божия, иже показа нам Мати Слова Божия, от всей твари благословенная приснодевая Мария; и како соверши обещание своё к преподобному Сергию, еже яко неотступна буду от обители твоея»^[20]). Ранняя редакция начальных глав этого произведения относится к январю — маю 1619 года^[21][22], а окончательная версия всего литературного памятника в целом — к 1620 году^[11].

«История…» состоит из 86 глав, которые могут быть условно объединены в три части.

• Первая часть (главы 1—6) описывает события от смерти Ивана Грозного до начала осады Троице-Сергиева монастыря^[23] и ставит вопрос о причинах Смуты^[24]. По мнению Я. Г. Солодкина, первоначальная редакция этих глав была написана при участии патриарха Филарета^[14]; по мнению О. А. Державиной, Авраамий воспользовался текстом анонимного «Сказания, киих ради грех попусти Господь праведное своё наказание…» (1612?)^[24].
• Вторая часть (главы 7—57) посвящена Троицкой осаде^[23].
• Третья часть (главы 58—86) лаконично повествует о последовавших за тем событиях (по 1618 год)^[23].

Каждая часть «Истории…» существовала в рукописной традиции на правах самостоятельного произведения^[25], причём вторая, известная как «Сказание об осаде Троице-Сергиева монастыря», не утратила этот статус даже после первой публикации^{[комм. 1]}. Главы, входящие в состав «Сказания…», представляют собой самостоятельное сочинение, имеющее завершённый сюжет, вступление и заключение. Эта часть «Истории…» пользовалась огромной популярностью в XVII—XIX веках: в указанный период появилось около 226 её списков^[22][26].

По мнению исследователей, «История в память впредъидущим родом» является одним из самых ярких литературных произведений Смутного времени^[22]. Её ценность как исторического источника вызывает более разноречивые суждения. Н. М. Карамзин считал сведения «Истории…» абсолютно достоверными, а её автора охарактеризовал как «летописца <…> беспристрастного»^[27]. Однако ещё Н. И. Новиков заметил: «Слог <…> в сей книге больше витиеватый, нежели сходный со историческою правдою»^[28]. К этому же выводу впоследствии пришёл и Н. И. Костомаров^[29][30], попутно отметивший, что учёный инок «не был очевидцем осады монастыря и писал по слухам и преданиям»^[30]. Сомнения в достоверности сообщаемых Авраамием сведений высказывали также Д. П. Голохвастов^[31] и И. Е. Забелин^[29]. Несколько иначе оценил «Историю…» С. И. Кедров, посвятивший жизни и деятельности Авраамия Палицына обширную монографию и ряд статей. По мнению учёного, троицкий келарь в самом деле «нарушает рамки исторической объективности», преувеличивая свои заслуги. Но даже с учётом этого недостатка «История в память впредъидущим родом» обладает очень большой познавательной ценностью, так как «даёт обильный материал для изучения событий одной из величайших эпох русской исторической жизни»^[32].

Пре­крас­но зная ле­топи­си, жи­тия, до­ку­мен­ты и пуб­ли­ци­стику Сму­ты, Авраамий пи­сал реа­ли­стич­но и ди­на­мич­но, с ог­ром­ным вни­ма­ни­ем к лич­но­сти. Эпи­чес­кий текст ясен и эмо­цио­на­лен, ря­ду эпи­зо­дов он при­дал бы­лин­ную фор­му рит­ми­че­ско­го ска­за, ши­ро­ко ис­поль­зо­вал эпи­те­ты, ме­та­фо­ры и риф­мо­ван­ную про­зу. Со­ста­вив­шее но­вое сло­во в ис­то­рической русской литературе про­из­ве­де­ние «Ис­то­рия в па­мять пре­дьи­ду­щим ро­дом» («Ска­за­ние Ав­раа­мия Па­ли­цы­на») бы­ло весь­ма по­пу­ляр­но в XVII—XVIII вв^[33].

Личность Авраамия Палицына привлекала внимание многих деятелей культуры, обращавшихся к истории Смутного времени. Троицкий инок является одним из героев оратории Степана Дегтярёва «Минин и Пожарский, или Освобождение Москвы» (1811), неоконченной оперы Бориса Асафьева «Минин и Пожарский» (1936—1938, либретто Михаила Булгакова)^[34] и романа Михаила Загоскина «Юрий Милославский, или Русские в 1612 году» (1829). Отдельные события жизни Авраамия запечатлены художниками А. П. Сафоновым («Келарь Авраамий Палицын в стане казаков Трубецкого под Москвой») и В. М. Васнецовым («Архимандрит Троицкой лавры преподобный Дионисий вместе с келарем Авраамием Палицыным диктуют грамоту о собрании народного ополчения для освобождения Москвы от поляков»). Кроме того, в 1913 году состоялась премьера фильма «Трёхсотлетие царствования дома Романовых», в одном из эпизодов которого появляется Авраамий Палицын; исполнителем этой роли выступил Евгений Иванов^[35].

• Авраамий (Палицын). Сказание о осаде Троицкого Сергиева монастыря от поляков и литвы и о бывших потом в России мятежах. — 2-е изд. — М.: Синодальная тип., 1822. — 324 с.