Хартманн, Эрих (фотограф)

Эрих Хартманн родился в Баварии и был старшим из трёх детей в семье. Семья жила в Пассау, где еврейская община была немногочисленной. Семья Хартманнов принадлежала к среднему классу. Отец, убеждённый социал-демократ, участвовал в Первой мировой войне и имел несколько наград. В 1930 году, в возрасте восьми лет, Эрих сделал свои первые фотографии, продолжая при этом обычное обучение в школе^[6]. После прихода к власти Адольфа Гитлера в 1933 году повседневная жизнь семьи становилась всё труднее. В 1938 году, вскоре после событий Хрустальной ночи, родители Эриха решили покинуть Германию и уехать в США. Хартманн рассказывал: «Было мучительно терять то, что я считал своей страной и своим языком»^[7].

В Америке Эрих вынужденно стал главой семьи, так как единственный говорил по-английски. Он начал работать на текстильной фабрике в Олбани, посещая вечерние курсы, а затем ночные курсы в Сиена-колледже в Лаудонвилле, где завершил своё образование.

На следующий день после бомбардировки Пёрл-Харбора, 7 декабря 1941 года, Эрих добровольцем записался в американскую армию. Он проходил подготовку в Виргинии и Огайо, но был вынужден ждать год до официального зачисления^[7]. После зачисления он три года служил в Англии, участвовал в высадке союзников в Нормандии, затем служил военным переводчиком в Бельгии, а в конце войны — судебным переводчиком на процессах над нацистами в Кёльне.

После окончания военных действий Хартманн переехал с семьёй в центр Нью-Йорка. Там он встретил Рут Эллен Бейнс, выпускницу литературного факультета Брауновского университета. Они поженились в 1946 году, у них родилось двое детей: Николас (1952) и Селия (1956). Решив стать профессиональным фотографом, Эрих начал работать ассистентом портретиста. В 1948 году он поступил в Новую школу социальных исследований, где в то время преподавали Чарльз Лейренс, Беренис Эббот и Алексей Бродович.

В 1950-е годы Эрих Хартманн работал как фрилансер. Он стал портретистом, запечатлев лица романистки Ширли Джексон и критика Стэнли Эдгара Хаймана^[8], архитектора Вальтера Гропиуса, писателя Артура Кёстлера и дирижёра Леонарда Бернстайна. Музыка стала для него обширным полем для исследований, и он подружился со многими исполнителями.

Музыка пленила меня задолго до фотографии, — вспоминал он. — В доме моих родителей было мало музыки; только старинный граммофон, на котором я без конца проигрывал мелодии из «Кармен». Это было задолго до того, как я научился читать!^[9].

Впоследствии Эрих Хартманн стал известен своим поэтическим подходом к архитектуре, науке и промышленности. Некоторые из его первых снимков — «Формы звука» (Formes du Son), «Строительство морского пути Святого Лаврентия» или «Зима на крайнем севере Среднего Запада» — были опубликованы в журнале Fortune, другие — в журнале Geo.

В 1952 году Хартманн начал сотрудничать с агентством Magnum Photos, а в 1954 году стал его полноправным членом^[10].

С этого времени его работа разделилась на два направления. С одной стороны, он публиковал заказные фотографии в крупных журналах Life, Time, Newsweek, Paris Match и Die Zeit. С другой стороны, он создавал фоторепортажи, каталоги и брошюры (в основном цветные) для IBM, All Nippon Airways, Boeing, RCA, Ford Motor, Citroën и других компаний.

Его первая персональная выставка «Воскресенье под мостом» (Sunday under the Bridge) — этюд о Бруклинском мосте — открылась в 1956 году в Музее города Нью-Йорка. В 1962 году его книга и выставка «Хлеб наш насущный» (Our Daily Bread) были представлены по всей территории США. Хартманн много путешествовал: он посетил Лондон, где работал над темой британской архитектуры для The Daily Telegraph, сотрудничал с Johns Hopkins Magazine, The Sunday Times, телеканалом ABC, журналами Venture и The Sun.

С 1969 по 1973 год Эрих Хартманн посвящал много времени преподаванию и ведению фотомастерских в Сиракузском университете и в Международном фонде заинтересованной фотографии (International Fund for Concerned Photography). В 1972 году Европейская организация космических исследований опубликовала исследование «Космос: фокус на Землю» (Space: Focus Earth), посвящённое европейским спутникам, их технологии и дизайну, в которое вошло множество его фотографий. Хартманн умел находить поэтику и даже сюрреализм в машинах и абстрактных формах, которые на его снимках напоминали обитателей морских глубин или далёкие планеты. Тот же подход он применял в проекте «Мир труда», в снимках стекольных заводов, судостроения, фермерской жизни и пищевого производства.

Главным интересом Хартманна было понимание того, как люди формируются окружающей средой и как они сами создают её. Его взгляд фотографа был нацелен на постоянное открытие, будь то одинокие моряки штата Мэн или банковские хранилища. Он фиксировал движение смычка по виолончели, тишину заброшенного пляжа, чувственность волны или узоры дождя. Он запечатлевал места и людей в моменте, но видел глубже: несоответствие ног статуй и ног посетителей в парижском музее; скопление деревянных манекенов, напоминающее о лагерях; холод офисного мира; усталость женщины в пустом метро^[11].

В 1970-е годы, продолжая личные проекты, связывающие фотографию с литературой (Англия Шекспира, Дублин Джойса, Венеция Томаса Манна или вымышленный Уэссекс Томаса Харди), Хартманн начал экспериментировать с отражениями, «рекомпозициями»^[12] и эхом изображений (например, капли чернил в воде). Он обратился к новой технике с использованием лазерного света. «Он хотел, чтобы с помощью этого процесса „свет“ действительно стал „письмом“, а „фотография“ — „графикой“», — вспоминала Рут Хартманн в 2000 году^[13]. В этом исследовании, названном «Письмо светом» (Writing with Light), Хартманн выступил как новатор^[14].

В 1985 году Хартманн стал президентом агентства Magnum сроком на один год.

С 1990-х годов Хартманн всё больше посвящал себя долгосрочным личным проектам. В 1994 году он стал сотрудником-донором Magnum. Один из его проектов был связан с личной памятью: свидетельство о лагерях. Однако около семидесяти лет Хартманн почувствовал необходимость вернуться к теме лагерей. Однажды, собираясь в Баварию по работе вместе с сыном, он услышал от него: «Сначала ты должен показать мне лагерь Дахау». После посещения Николас Хартманн сказал отцу: «Я думал, что мог бы потерять тебя там»^[7]. Зимой 1993 года Хартманн с женой отправился в путешествие на восемь недель по Германии, Польше и другим местам Европы, затронутым Холокостом. Он понимал, что многие уже свидетельствовали до него, но чувствовал обязанность посетить как можно больше лагерей и отдать дань памяти средствами своей профессии^[7].

Он посетил Аушвиц, Белжец, Берген-Бельзен, Биркенау, Бухенвальд, Булленхузер Дамм, Хелмно, Дахау, Эмсланд, Беловер Вальд, Гросс-Розен, Майданек, Маутхаузен, Нацвейлер, Нойенгамме, Равенсбрюк, Заксенхаузен, Собибор, Терезиенштадт, Треблинка, Фюхт, Вестерборк. Хартманн установил для себя правило: снимать только на черно-белую плёнку и фиксировать только то, что осталось неизменным. «Я пытался слышать глазами, — говорил он. — Стимулируемый увиденным, я фотографировал быстро и импульсивно, принимая места, объекты и условия, такие как погода или время, такими, какими они были, вместо того чтобы переставлять вещи, добавлять освещение или возвращаться позже»^[7].

Эрих и Рут Хартманн путешествовали на поезде и машине^[15]. Отсняв 126 роликов плёнки и отобрав сначала 300, а затем 74 изображения, Эрих Хартманн опубликовал в 1995 году книгу «В лагерях» (In The Camps) в США. Вскоре последовали издания во Франции, Германии и Италии. Выставки этих фотографий прошли в Италии, Австрии, Англии. В Париже экспозиция разместилась в Триумфальной арке. В книге отзывов выставки среди множества подписей была запись: «Женевьева де Голль, Равенсбрюк-Париж»^[16].

В конце 1990-х годов Эрих Хартманн планировал два проекта: выставку «Музыка повсюду» (Music Everywhere) и ретроспективу своих работ за пятьдесят лет, которая могла бы стать своего рода автобиографией. Он хотел отобрать фотографии, отражающие его жизненный путь и опыт. Он говорил в 1998 году:

Я зарабатывал на жизнь как фоторепортёр и фотожурналист. Но в то же время, работая над темами общего интереса или такими специфическими, как индустриальный мир и высокие технологии, фотография была также и неразрывно лучшим способом, который я нашёл, чтобы рассказать о повседневной жизни американского среднего класса и рассказать о себе, как в зеркале, через то, чему учит время. Поэтому не случайно я выбрал автобиографию в качестве привилегированной темы^[17].

В начале 1999 года Хартманн вёл переговоры с галереей Fotohof в Зальцбурге о выставке под названием «Где я был» (Where I was). Однако 4 февраля он скоропостижно скончался от сердечного приступа.

После его смерти жена Рут завершила большинство проектов. Выставка «Где я был» открылась 27 июня 2000 года. Рут Хартманн отмечала, что незадолго до смерти Эрих записал свои намерения относительно этого проекта, который стал рассказом о местах, страстях и состояниях души фотографа^[18].

• 2007 — Music Makers (куратор Рут Хартманн) — Колледж объединённого мира Адриатики, Дуино-Ауризина, Италия.
• 2005 — Writing with Light («Письмо светом») — Галерея Artefact, Цюрих, Швейцария.
• 2005 — Dublin 1964 — Memphis in May — Галерея Робинсона, Мемфис, Теннесси, США.
• 2004 — Dublin 1964 — Галерея фотографии, Дублин, Ирландия.
• 2004 — Security, Privilege and Freedom: A Transatlantic Crossing on Queen Elizabeth South Street — Музей морского порта, Нью-Йорк, США.
• 2000/02 — Where I Was — Галерея Fotohof, Зальцбург, Австрия; Галерея Leica, Нью-Йорк, США; Часовня Святой Анны, Пассау, Германия; Еврейский музей, Мюнхен, Германия; Галерея Leica, Токио, Япония.
• 1995/00 — In the Camps — Триумфальная арка, Париж, Франция; Дом Гёте, Нью-Йорк, США; Галерея Leica, Нью-Йорк, США; Галерея NGBK, Берлин, Германия; Кунстхаус, Гамбург, Германия; Часовня Святой Анны, Пассау, Германия; Национальный монумент, лагерь Фюхт, Нидерланды; Палаццо делле Эспозициони, Рим, Италия; Вилла Чиан, Спилимберго, Италия; Зал Сан-Леонардо, Венеция, Италия.
• 1991 — High Technology — Берлин и Бонн, Германия.
• 1989 — Musicians at Work — Музыкальный фестиваль в Локкенхаусе, Австрия.
• 1988 — Veritas — Собор Иоанна Богослова, Нью-Йорк, США.
• 1987 — Washington — Галерея Magnum, Париж, Франция.
• 1985 — The Heart of Technology — Париж, Амстердам, Гамбург, Токио.
• 1984 — Erich Hartmann Slept Here — Галерея Residenz, Зальцбург, Австрия.
• 1983 — Macroworld — Галереи Olympus, Париж, Гамбург, Токио, Лондон.
• 1982 — Train Journey — Французский культурный центр, Нью-Йорк.
• 1982 — Europe in Space — Галерея фотографов, Лондон, Великобритания.
• 1978 — A Play of Light — Галерея Neikrug, Нью-Йорк, США.
• 1977 — Photographs with a Laser — Галерея AIGA, Нью-Йорк, США; Галерея Fiolet, Амстердам, Нидерланды.
• 1976 — Carnets de Route et Natures Mortes — Фотогалерея, Париж, Франция.
• 1971 — Mannequin Factory — Галерея Underground, Нью-Йорк, США; Галерея Fiolet, Амстердам, Нидерланды.
• 1962 — Our Daily Bread — Колизей, Нью-Йорк, США; Министерство сельского хозяйства, Вашингтон, США.
• 1956 — Sunday with the Bridge — Музей города Нью-Йорка, США; Бруклинский музей, Нью-Йорк, США.

• Премия Photokina, Кёльн, Германия.
• Международная премия фотографии, Центр исследований и архивации фотографии (CRAF), Спилимберго, Италия.
• Медаль Ньюхауса Сиракузского университета, США.
• Гран-при Клуба арт-директоров (Art Directors Club), США.

• 2000: Where I Was, Otto Muller Verlag, Австрия.
• 1995: In The Camps, W.W. Norton Company, США.
  • In The Camps, Великобритания.
  • Dans le silence des camps : Auschwitz, Belzec, Bergen-Belsen, Birkenau, Buchenwald, Bullenhuser…, Paris, Éditions La Martinière, 1995, 111 p. ISBN 2-7324-2139-1.
  • Il Silenzio dei campi, Contrasto, Италия; Stumme Zeugen : Photographien aus konzentrazionslagern, Lambert Schneider, Германия.
• 1972: Space: Focus Earth, The European Space Research Organization and Arcade, США; L’Europe des satellites, hommes et techniques, Arcade, Франция.
• 1965: About OXO, Spectator, США.