АссистентНовый вопросИсторияОбласти знаний
Партнёрские проектыСпецпроектыСтать автором
Сменить язык
О РУВИКИ

Теория схем (психология)

Тео́рия схе́м — концепция в когнитивной психологии, рассматривающая организацию и обработку информации через ментальные структуры, называемые схемами. Схема представляет собой когнитивную структуру, которая организует информацию и управляет процессами восприятия, памяти и мышления. Это обобщённое представление о происходящем, которое сформировалось на основе ранее пережитого опыта[1].

Общие сведения
Теория схем
Область использования Психология
Автор понятия Фредерик Бартлетт

Определение

В когнитивной психологии термином «схема» обозначается структура, которая организует конфигурацию данных, где компонентами является ряд переменных или слотов, способных принимать те или иные ожидаемые значения. Схемы организованы иерархически: каждый нижний узел содержит более специфичную информацию, тогда как каждый верхний узел — более общую[1].

Схемы — это упорядоченная система знаний, полученных в результате познания мира. Они помогают понимать и интерпретировать события, происходящие в настоящем. Схемы — это основа личности, которая определяет восприятие, эмоции и мотивы. Они помогают оценивать ситуацию, чувствовать, а затем выбирать и реализовывать подходящие стратегии поведения[1][2].

История исследования

Основы теории схем

Термин «схема» был впервые введён в психологию британским психологом Фредериком Бартлеттом в 1920-х годах. В своём труде Remembering: A Study in Experimental and Social Psychology (1932) Бартлетт обосновал идею, что люди обладают ментальными структурами, которые организуют и интерпретируют информацию. Эти структуры он назвал схемами, подчёркивая их роль в реконструкции памяти — процессе, который он обозначил как «усилия по поиску смысла». Работа Бартлетта заложила основу для понимания того, как предшествующий опыт влияет на восприятие и запоминание новой информации[3].

Развитие схем в онтогенезе

Первым, кто широко использовал термин «схема» и дал толчок его популяризации, стал швейцарский психолог Жан Пиаже. В рамках своей теории когнитивного развития Пиаже рассматривал схему как категорию знаний и процесс приобретения этих знаний. Согласно теории Жана Пиаже, дети в процессе своего развития проходят через ряд стадий, на которых они активно адаптируются к окружающей среде. По мере возникновения новых знаний и опыта разрабатываются новые или подвергаются изменению старые конструкции.

Пиаже выделил два ключевых процесса, посредством которых происходит изменение схем:

  • ассимиляция — включение новой информации в уже существовавшие конструкции. К примеру, ребёнок, у которого есть представление о лошади (большое животное с четырьмя ногами и хвостом), при встрече с коровой сразу же определяет её как лошадь, потому что она соответствует его уже сформированному представлению о лошади;
  • аккомодация — преобразование или формирование новых схем под влиянием новой информации и приобретённого опыта. Когда ребёнку объясняют, что увиденное животное — корова, а не лошадь, он изменяет существующую схему лошади и создаёт новую схему для коровы[4].

Схемы в когнитивной терапии

Понятие схемы было использовано Аароном Беком в рамках когнитивной терапии для описания когнитивных паттернов, сформированных в результате прошлого опыта и определяющих реакцию человека на различные ситуации. По мнению Бека, индивид воспринимает и интерпретирует события, руководствуясь доминирующей в его сознании концептуальной схемой.

Бек выделил различные типы схем по их функциям:

  • когнитивные — способы восприятия, понимания и воспроизведения информации;
  • аффективные — ответственны за возникновение чувств;
  • мотивационные — отвечают за желания и влечения;
  • инструментальные — обеспечивают подготовку к действию;
  • схемы контроля — участвуют в самоконтроле и предотвращении или регулировании определённых действий.

В дополнение к адаптивным стратегиям, которые соответствуют действительности, Бек также описывал дисфункциональные паттерны мышления, которые основаны на искажённых представлениях и склонности к когнитивным ошибкам в определённых обстоятельствах. Такие схемы могут долгое время оставаться в дезактивированном состоянии, но легко приводятся в движение специфичным средовым стимулом (например, стрессовой ситуацией)[2].

Ранние дезадаптивные схемы

Американский психолог Джеффри Янг (англ. Jeffrey Young) в 1980-х годах разработал схема-терапию — интегративный подход, соединяющий элементы когнитивно-поведенческой терапии, теории привязанности, психоанализа, гештальт-терапии и экспериментальной терапии.

Янг обратил внимание на то, что дисфункциональные схемы обычно произрастают из трудного детства, в котором базовые потребности ребёнка не были удовлетворены, в результате чего у него формировались дезадаптивные стили совладания или выживания, впоследствии порождающие неадекватность его поведения. Такие схемы, сформированные в раннем детстве, Янг назвал ранними дезадаптивными схемами.

Ранние дезадаптивные схемы — это паттерны восприятия реальности, которые сформировались в детстве под воздействием травмирующих событий или плохого обращения и продолжают влиять на жизнь человека, когда он сталкивается с ситуациями, напоминающими те, что были в детстве.

Янг и его коллеги выделили 18 основных ранних дезадаптивных схем, сгруппированных в пять областей (доменов), соответствующих неудовлетворённым базовым эмоциональным потребностям[5][2].

Классификация и виды схем

По содержанию и функциям

В психологии выделяют следующие основные типы схем. Личностные схемы, которые ориентированы на конкретных людей, включают информацию о внешности, поведении, личности и предпочтениях. Социальные схемы, содержащие общие знания о том, как люди ведут себя в определённых социальных ситуациях. Самосхемы, которые сфокусированы на знании о себе, включают как представления о своём нынешнем Я, так и идеи об идеализированном или будущем Я. Схемы событий, сосредоточенные на моделях поведения, которые должны соблюдаться при определённых обстоятельствах, действуют подобно сценарию[5].

Ранние дезадаптивные схемы (по Джеффри Янгу)

Наиболее полная классификация ранних дезадаптивных схем представлена в работах Дж. Янга и его последователей. Эти схемы подразделяются на 18 основных типов:

  1. Эмоциональная депривация — убеждение, что другие никогда (или не в полной мере) не удовлетворяют базовых эмоциональных потребностей (в поддержке, заботе, эмпатии и защите);
  2. Покинутость/Нестабильность — ожидание, что значимые люди обязательно покинут;
  3. Недоверие и/или Ожидание жестокого обращения — убеждение, что другие будут пытаться использовать, обманывать или унижать;
  4. Социальная отчуждённость — ощущение изолированности от мира;
  5. Дефективность/Стыд — убеждение в собственной неполноценности или недостойности;
  6. Социальная нежелательность — представление о несоответствии социальным стандартам и физической непривлекательности;
  7. Неуспешность — убеждение в неспособности соответствовать уровню достижений сверстников;
  8. Зависимость/Беспомощность — ощущение крайней беспомощности и неспособности справляться с трудностями самостоятельно;
  9. Уязвимость — страх неизбежной катастрофы, которую невозможно предотвратить;
  10. Запутанность/Неразвитая идентичность — сильная эмоциональная привязанность к значимым людям, мешающая развитию собственной идентичности;
  11. Покорность — стремление угодить другим, чтобы избежать негативных последствий;
  12. Самопожертвование — стремление удовлетворить потребности других в ущерб собственным;
  13. Поиск одобрения — стремление получить признание и внимание в ущерб собственным потребностям;
  14. Подавление эмоций — подавление эмоций и желаний из-за страха последствий;
  15. Жёсткие стандарты/Придирчивость — убеждение, что всё недостаточно хорошо, перфекционизм;
  16. Негативизм и пессимизм — фокусировка на негативных аспектах жизни;
  17. Пунитивность — убеждение, что за ошибки следует строго наказывать;
  18. Привилегированность/Грандиозность — убеждение в собственном превосходстве;
  19. Недостаточность самоконтроля/Самодисциплины — неспособность выдерживать фрустрацию и контролировать чувства[6][7].

Свойства и характеристики схем

Структурные качества

В когнитивной психологии выделяют ряд структурных качеств, характеризующих схемы. К ним относятся масштаб (широта), который определяет, насколько широко распространяется информация в рамках данной схемы; гибкость или жёсткость, отражающая способность схемы к изменению под влиянием нового опыта; интенсивность, характеризующая силу влияния схемы на процессы восприятия и поведение; а также уровень активации, показывающий степень готовности схемы к применению в определённый момент[1][6].

Основные характеристики

Ж. Ришар (фр. Richard J.-F.) выделяет четыре главные характеристики схем[8]:

  1. Целостность и автономность — схемы являются элементами информации, которые невозможно разделить и которые можно восстановить в памяти как отдельные единицы, а также они не зависят от других элементов информации.
  2. Комплексность — схемы конструируются из элементарных объектов (концептов, действий, связей) или из более общих схем.
  3. Обобщённость и абстрактность — схемы могут быть использованы в различных обстоятельствах и включают в себя параметры, которые можно адаптировать под конкретные условия.
  4. Декларативность — схемы выражают знания, связанные с представлениями о мире.

Механизмы активации

Схемы действуют интерактивно: когда некоторое событие предъявляет данные для схематического анализа, активационные процессы автоматически затрагивают соответствующие схемы. Активация части схемы подразумевает активацию всей схемы. При иерархической организации области знания активация простирается до самых абстрактных релевантных схем. Одновременно активация одной схемы влечёт за собой торможение других, конкурирующих схем[8][6].

Влияние схем на познавательные процессы

Восприятие и внимание

Схемы выступают в роли своеобразных фильтров, направляющих внимание человека и определяющих избирательность восприятия. Исследования показывают, что индивиды с большей вероятностью замечают и обрабатывают информацию, которая соответствует их текущим схемам, и, напротив, могут игнорировать или не замечать несоответствующие данные. Классическая работа В. фон Хиппеля (нем. von Hippel, W.) и коллег (1993) продемонстрировала, что наличие схемы, облегчая организацию концептуальной обработки и последующее запоминание, одновременно может подавлять перцептивное кодирование[9]. Это происходит потому, что схемы позволяют полагаться на прошлые знания вместо обработки всей поступающей информации, а также способствуют избирательному вниманию, снижая объём информации, воспринимаемой на сенсорном уровне. Схемы помогают упрощать восприятие мира, позволяя быстро классифицировать новый опыт путём сравнения с уже существующими ментальными моделями по аналогии[1][6].

Память

Фундаментальную роль схем в процессах памяти обосновал Фредерик Бартлетт. В отличие от компьютерных систем, где воспроизведённая информация строго соответствует заложенной, человеческая память функционирует как активный, реконструктивный процесс. Она представляет собой не простое копирование прошлого опыта, а его «воображаемое воссоздание», подчиняющееся определённым когнитивным закономерностям. Воспроизведение событий строится как попытка вписать их в уже существующие ментальные структуры, что делает воспоминания более логичными, связными и осмысленными. Нейробиологические исследования подтверждают эти механизмы. На начальном этапе активность нейронов при достижении новых и старых целей сходна, что отражает процесс генерализации (обобщения). Лишь впоследствии происходит их постепенное различение, что позволяет зафиксировать уникальные характеристики нового опыта[10].

Обучение

Схемы оказывают комплексное влияние на процесс обучения. С одной стороны, они способствуют лучшему пониманию и запоминанию учебного материала, выступая в роли ментальных структур, организующих и интегрирующих новую информацию в уже существующие системы знаний. Нейробиологические исследования показывают, что наличие схемы облегчает формирование новых воспоминаний: когда новая информация соответствует существующей схеме, активность переднего гиппокампа снижается, поскольку процесс обучения опирается на уже сформированные нейронные связи. С другой стороны, схемы определяют скорость усвоения информации — человек легче и быстрее усваивает знания, соответствующие его имеющимся ментальным моделям. Наличие хорошо структурированных схем позволяет быстрее принимать решения в условиях интенсивного информационного потока, поскольку они выполняют функцию «процессоров», оценивающих соответствие между ожиданиями и элементами окружающей среды.

Однако влияние схем может быть и негативным. Они способны искажать интерпретацию новой информации, особенно если она противоречит устоявшимся представлениям. Как отмечается в когнитивных исследованиях, неполное и искажённое восприятие информации — естественный спутник человеческой жизни, обусловленный тем, что восприятие всегда опосредовано уже существующими когнитивными структурами. Схемы, сформированные предшествующим опытом, могут действовать как фильтры, через которые пропускается новая информация, что иногда приводит к её трансформации в соответствии с ожиданиями, а не с объективными характеристиками[11][12].

Применение теории схем в клинической практике

Когнитивная терапия

В когнитивной терапии А. Бека работа со схемами является центральным компонентом лечения депрессии, тревожных расстройств и других психопатологических состояний. Цель терапии — выявление дисфункциональных схем, их оспаривание и замена на более адаптивные.

Схема-терапия

Схема-терапия Джеффри Янга доказала свою эффективность для лечения расстройств личности и других хронических психопатологий. Модель психопатологии, лежащая в основе схема-терапии, предполагает, что когда основные эмоциональные потребности недостаточно удовлетворены в детстве, повышается вероятность развития устойчивых паттернов дезадаптивного мышления и поведения.

В схема-терапии выделяют понятие «режимы схемы» — эмоционально-когнитивно-поведенческие состояния, в которые человек входит под влиянием активированных схем. Режимы группируются в четыре основные категории:

  • детские режимы (уязвимый ребёнок, сердитый ребёнок, счастливый ребёнок) — отражают регрессию в эмоциональные состояния, пережитые в детстве;
  • дезадаптивные копинговые режимы — отражают чрезмерно развитые способы совладания (избегание, капитуляция, сверхкомпенсация);
  • дисфункциональные родительские режимы — представляют интериоризированное критическое или наказывающее поведение родителей;
  • режим здорового взрослого — отвечает за удовлетворение эмоциональных потребностей, уверенность в себе, безопасную привязанность и толерантность к дистрессу.

Укрепление режима здорового взрослого является основной целью схема-терапии. Исследования показывают, что интервенции, направленные на усиление адаптивных режимов схем, способствуют повышению самосострадания, благополучия и снижению уровня психопатологии[6][7].

Современные исследования

Дезадаптивные схемы рассматриваются как важные предикторы развития широкого спектра психопатологических состояний и поведенческих нарушений[13].

Расстройства пищевого поведения

Связь между ранними дезадаптивными схемами и нарушениями пищевого поведения подтверждена в нескольких систематических обзорах. Исследования показывают, что у лиц с расстройствами пищевого поведения (нервная анорексия, нервная булимия) наблюдаются значительно более высокие показатели по сравнению со здоровыми людьми. Особенно выраженную роль играет домен «нарушение связей и отвержение». При нервной булимии наиболее значимы схемы недостаточности самоконтроля и дефективности, тогда как при нервной анорексии доминируют схемы покинутости, социальной изоляции, неуспешности, жёстких стандартов, подчинения и эмоциональной депривации. Понимание этих взаимосвязей имеет важное значение для разработки эффективных терапевтических стратегий, включая схема-терапию[13][14].

Суицидальные мысли и самоповреждающее поведение

Мета-анализ 17 исследований продемонстрировал значимые корреляции между ранними дезадаптивными схемами и суицидальными тенденциями. Суицидальные идеи обнаруживают большую корреляцию со схемой дефективности/стыда, умеренные связи — с социальной изоляцией, неуспешностью и зависимостью/некомпетентностью, а также слабые связи с подчинением и подавлением эмоций. Самоповреждающее поведение коррелирует с эмоциональной депривацией, социальной изоляцией и подавлением эмоций[15].

Депрессия и тревожность

Крупное диссертационное исследование, включавшее два мета-анализа и эмпирическое исследование на выборке 946 молодых людей (16-25 лет), выявило устойчивую связь между ранними дезадаптивными схемами и симптомами депрессии и тревоги с большими размерами эффекта. Важным открытием стало то, что самосострадание и осознанность выступают значимыми медиаторами этих связей, смягчая влияние дезадаптивных схем на развитие психологического дистресса. Это указывает на перспективные направления профилактических интервенций, основанных на развитии навыков самосострадания и осознанности[16].

Формирование отношения к родительству и детям

Систематический обзор литературы подтверждает концепцию межпоколенческой передачи ранних дезадаптивных схем. Негативный родительский опыт и неблагоприятные события детства тесно связаны с формированием ранних дезадаптивных схем, которые, в свою очередь, влияют на стиль воспитания и могут передаваться следующему поколению. Исследования показывают, что влияние неблагоприятного детского опыта на развитие расстройств личности опосредовано ранними дезадаптивными схемами. Психические проблемы матери усиливают связь между её собственным негативным детским опытом и последующим неблагоприятным стилем воспитания[13].

Важно отметить, что ранние дезадаптивные схемы присутствуют не только у людей с психопатологией, но и у здоровых лиц, хотя имеют разную степень выраженности. Исследования выделяют три кластера интенсивности ранних дезадаптивных схем в неклинической популяции: низкий, средний и высокий. Это указывает на существование «континуума схем» в общей популяции, стирающего жёсткую границу между клиническими и неклиническими группами. Нейротизм выступает основным фактором, связанным с интенсивностью ранних дезадаптивных схем, тогда как схема привилегированности/грандиозности демонстрирует уникальные связи с личностными чертами[17].

С возрастом схемы становятся всё более сложными и могут оказывать влияние на многие сферы жизни человека, включая физическое здоровье (например, при синдроме хронической усталости могут быть повышены схемы жёстких стандартов и самопожертвования). Понимание роли ранних дезадаптивных схем открывает новые возможности для профилактики и терапии широкого спектра психологических проблем[17].

Примечания

  1. ↑ 1 2 3 4 5 Научная библиотека Порталус. Теория схем. Всероссийская научная библиотека. Всероссийская научная библиотека (2005).
  2. ↑ 1 2 3 Шевелева Е. В. Понятие и исследования ранних дезадаптивных схем в психологии и психотерапии // Молодой учёный. — 2017-01-08. — Т. 135, вып. 1. — С. 416—419. — ISSN 2072-0297.
  3. ↑ F. C. Bartlett, Burt С. Remembering: A Study in Experimental and Social Psychology (англ.). British Journal of Educational Psychology (2011).
  4. ↑ Пиаже Ж. О механизмах «Ассимиляции» и «Аккомодации» // Psychological Science and Education. — 1998. — Т. 20, вып. 4, № 3. — С. 108–116. — ISSN 2311-7273 1814-2052, 2311-7273.
  5. ↑ 1 2 van Vreeswijk М., Broersen J., Nadort M. The Wiley-Blackwell Handbook of Schema Therapy: Theory, Research, and Practice (Wiley Clinical Psychology Handbooks). — Wiley-Blackwell, 2012. — ISBN 978-0470975619.
  6. ↑ 1 2 3 4 5 Young J.E., Klosko J.S., Weishaar M.E. Schema Therapy: A Practitioner's Guide. — New York: Guilford Press, 2003.
  7. ↑ 1 2 Bach B., Lockwood G., Young J.E. A new look at the schema therapy model: organization and role of early maladaptive schemas (англ.) // Cognitive Behaviour Therapy. — 2018. — No. 4. — P. 328–349.
  8. ↑ 1 2 Richard J.-F. Les activités mentales: comprendre, raisonner, trouver des solutions. — Paris: Armand Colin, 1990. — С. 97–157.
  9. ↑ von Hippel, W., Jonides, J., Hilton, J. L., & Narayan, S. Inhibitory effect of schematic processing on perceptual encoding (англ.). Journal of Personality and Social Psychology, *64*(6) 921–935 (1993).
  10. ↑ Gross R. Memory processes, Key Studies in Psychology, 7th ed.. — Routledge, 2025. — ISBN 9781593853723.
  11. ↑ Макарова Е.А. Когнитивный аспект применения теории схем в познавательной деятельности // Вестник Таганрогского института управления и экономики. — 2018.
  12. ↑ Бершадская Е.А., Бершадский М.Е. Когнитивные технологии в образовании // Педагогика. Психология. Философия. — 2018. — № 3. — С. 5—9.
  13. ↑ 1 2 3 Klaudia Sójta, Dominik Strzelecki. Early Maladaptive Schemas and Their Impact on Parenting: Do Dysfunctional Schemas Pass Generationally?—A Systematic Review (англ.) // Journal of Clinical Medicine. — 2023-02-05. — Vol. 12, iss. 4. — P. 1263. — ISSN 2077-0383. — doi:10.3390/jcm12041263.
  14. ↑ Anthea Maher, Liana Cason, Tyrone Huckstepp, Helen Stallman,et al. Early maladaptive schemas in eating disorders: A systematic review (англ.) // European Eating Disorders Review. — 2021-10-12. — Vol. 30, iss. 1. — P. 3–22. — ISSN 1099-0968 1072-4133, 1099-0968. — doi:10.1002/erv.2866.
  15. ↑ Pamela Pilkington, Rita Younan, Amy Bishop. Early maladaptive schemas, suicidal ideation, and self-harm: A meta-analytic review (англ.) // Journal of Affective Disorders Reports. — 2021-01. — Т. 3. — С. 100051. — ISSN 2666-9153. — doi:10.1016/j.jadr.2020.100051.
  16. ↑ Hanna Ahrnberg, Jallu Lindblom, Riittakerttu Kaltiala, Max Karukivi. Early maladaptive schemas, depression and anxiety in adolescent psychiatric out-patients (англ.) // Behavioural and Cognitive Psychotherapy. — 2024-12-19. — Vol. 53, iss. 2. — P. 206–210. — ISSN 1469-1833 1352-4658, 1469-1833. — doi:10.1017/S1352465824000432.
  17. ↑ 1 2 Dzintra Stalmeisters, Chris Brannigan. A preliminary exploration into the prevalence of Early Maladaptive Schemas in a group of people with Myalgic Encephalomyelitis/Chronic Fatigue Syndrome (англ.) // Counselling Psychology Review. — 2011-03. — Vol. 26, iss. 1. — P. 34–42. — ISSN 2396-8672 1757-2142, 2396-8672. — doi:10.53841/bpscpr.2011.26.1.34.

Дополнительно по теме

Категории