Театр войны

В военной науке театр войны рассматривается как высшая военно-географическая категория, определяющая пространственные пределы вооружённой борьбы между государствами или их коалициями^[2][3].

Родственная категория театра военных действий определяется как часть территории континента с прилегающими к нему морским и воздушным пространством либо акватория океана с островами, прибрежными полосами материков и воздушным пространством, в пределах которых могут быть развёрнуты или ведутся военные действия^[4].

Состав и границы театров устанавливаются военно-политическим руководством государства исходя из общего плана войны, а подготовка театра ведётся по плану ещё в мирное время и совершенствуется в ходе войны^[4].

Обычно театр войны включает несколько театров военных действий, состав и число которых зависят от военных (оборонных) доктрин государств^[3].

Каждый театр военных действий имеет собственные военно-политические, военно-экономические, собственно военные и физико-географические условия, а также оперативное оборудование^[4].

Если военные действия развёртываются на относительно ограниченных пространствах и носят локальный характер, территория театра войны может совпадать с территорией театра военных действий^[3].

С театром войны соотносятся понятия стратегического направления, зоны ответственности и стратегической операции: они описывают уже не общие пределы войны, а конкретные пространственные и организационные рамки применения войск^[4][3]. В морской терминологии используется понятие морского театра, охватывающего акваторию с прилегающим побережьем и островами. Толкование термина закреплено также в отраслевых словарях.

В русской военной литературе XIX века театром войны называли всё пространство, охватываемое действиями армий одной стороны, в отличие от отдельных участков, где действовали самостоятельные отряды. Категория была прежде всего оперативной: она определяла, какие силы объединяются общим планом кампании, откуда идёт подвоз и на каком удалении от базы способна действовать армия. Если государство выставляло несколько армий, они нередко получали наименования по театру войны — Дунайская, Кавказская, Рейнская, Луарская и тому подобные, и такое название сразу указывало и на район действий, и на самостоятельность объединения^[5].

Управление на театре войны строилось по ступеням. На главном театре сосредоточивалось несколько армий: каждой руководил командующий армией, а общее начальство вверялось главнокомандующему, если государь не считал нужным начальствовать лично. Главнокомандующий давал командующим армиями общие указания, определял цели и направлял к их достижению совокупные усилия всех армий, но не вмешивался в распоряжения по каждой армии; органом его управления был штаб^[6]. На второстепенных театрах действовали отдельные армии или корпуса, подчинённые тому же плану войны, поэтому деление на главный и второстепенные театры было не географической условностью, а способом распределить силы и ответственность^[6].

Первая мировая война установила деление вооружённой борьбы на крупные европейские театры — Западноевропейский (Французский), Восточноевропейский (Русский) и Балканский, с которыми были связаны первоначальные планы сторон. Границы этих театров задавались не только рельефом и коммуникациями, но и расположением укреплённых районов: система крепостей определяла, где наступление возможно, а где оно упирается в подготовленную оборону^[7]. Затяжной характер войны показал, что театр войны включает и тыловые районы с промышленностью и транспортом, а не только полосу боевых действий^[2].

В предвоенном советском военном планировании термин применялся для обозначения возможных направлений будущей войны: в приказах наркома обороны выделялся, в частности, Дальневосточный театр^[8]. На совещании высшего командного и политического состава Красной армии, проходившем в Москве с 23 по 31 декабря 1940 года, нарком обороны Семён Тимошенко говорил о нескольких театрах возможной войны помимо Западного — Ближневосточном, Средневосточном, Дальневосточном и Прибалтийско-Скандинавском, подчёркивая, что действия войск на каждом из них будут иметь свои тактические и оперативные особенности^[9]. Ход Второй мировой войны подтвердил эту логику: борьба велась одновременно на европейском, североафриканском и тихоокеанском театрах, различавшихся составом сил, характером местности и ролью флота и авиации.

После Второй мировой войны содержание термина расширилось за счёт воздушно-космической и морской составляющих: в пределы театра стали включать не только сухопутные районы и прилегающие акватории, но и воздушное пространство на всю глубину применения авиации и ракетного оружия^[2]. Соответственно изменился и масштаб планирования: театр рассматривается как пространство, в котором ведётся серия связанных стратегических операций, а его подготовка ведётся по единому плану заблаговременно^[4].

Организационным выражением этого подхода стали постоянные органы управления, привязанные к театрам военных действий и стратегическим направлениям. Главное командование войск Дальнего Востока, существовавшее в 1947—1953 годах, было вновь сформировано в феврале 1979 года, а в сентябре 1984 года созданы главные командования войск Западного, Юго-Западного и Южного направлений, действовавшие до июня 1992 года^[10]. Само главное командование определяется как орган стратегического или оперативно-стратегического руководства войсками и силами на театре военных действий либо на стратегическом направлении^[10]. В зарубежной практике сходную роль играют территориальные объединённые командования с закреплёнными зонами ответственности, которые в мирное время очерчивают вероятные театры войны^[2].

Пространственные границы театра войны образуют сухопутная территория воюющих государств, их территориальные воды и воздушное пространство, а также открытое море и воздушное пространство над ним^[1]. Внешние пределы задаются не рубежами соприкосновения войск, а правовым режимом пространств: там, где начинается территория нейтрального государства или нейтральные воды, театр войны заканчивается независимо от того, насколько удобен этот район в оперативном отношении^[1].

Внутреннее строение театра описывается через театры военных действий. В границы театра военных действий входят территории как своей страны, так и противника, а сам театр включает несколько стратегических направлений и районов — океанских зон и морских районов^[4]. Каждый такой театр отличается собственными военно-политическими, военно-экономическими, собственно военными и физико-географическими условиями: климатом, рельефом, плотностью населения, развитостью портов и дорожной сети, — и эти условия прямо влияют на состав группировок и способы их применения^[4].

Границы театра войны учитывают размещение военной инфраструктуры — системы стационарных и нестационарных объектов театра военных действий, стратегических и операционных направлений, обеспечивающих развёртывание, применение и снабжение группировок войск^[11]. К ней относятся аэродромы и посадочные площадки, пункты базирования сил флота, склады, узлы связи, пункты управления и транспортные коммуникации; их взаимное расположение определяет, насколько быстро войска выйдут в назначенные районы и как долго смогут действовать без перебоев в подвозе^[11].

Такое оборудование театра готовится заранее и совершенствуется в ходе войны, поэтому уровень его развития считается одной из характеристик самого театра, а не только состояния войск^[4]. В прошлом важнейшим элементом оборудования театра были крепости и стратегические пункты: они прикрывали железнодорожные узлы и переправы, служили опорой для манёвра полевых армий и во многом задавали направления наступления^[7].

При стратегическом планировании театр войны служит рамкой для распределения сил и средств между театрами военных действий и направлениями, для оценки военно-географических условий и составления карт театров^[4][12]. Состав и границы театров устанавливаются военно-политическим руководством государства исходя из общего плана войны, а подготовка театра проводится по плану ещё в мирное время и уточняется с изменением обстановки^[4].

Практическим результатом планирования становятся расчёты на развёртывание, схемы базирования и картографические материалы: карты театров войны и театров военных действий издавались как самостоятельный вид военных документов и служили основой для постановки задач объединениям^[12]. Одновременно планирование определяет, какие районы остаются вне театра по правовым причинам, и это ограничение закладывается в замысел операций заранее^[1].

В театр войны не включаются территории нейтральных и невоюющих государств^[1]. Конвенция о правах и обязанностях нейтральных держав и лиц в случае сухопутной войны прямо объявляет территорию нейтральных держав неприкосновенной, воспрещает воюющим проводить через неё войска и обозы с военными или съестными припасами, а также устраивать на ней станции беспроволочного телеграфа и иные приспособления для связи с воюющими силами на море и на суше или пользоваться такими сооружениями, установленными до войны исключительно в военных целях^[13].

Морской режим построен так же. Воюющие обязаны уважать верховные права нейтральных держав и воздерживаться на нейтральной территории и в нейтральных водах от действий, которые означали бы несоблюдение нейтралитета; всякие враждебные действия в территориальных водах нейтральной державы, включая захват и осуществление права осмотра, строго запрещены. При этом простой проход военных судов и призов через нейтральные территориальные воды нейтралитета не затрагивает, а находиться в портах и на рейдах нейтральной державы такие суда, как правило, могут не более 24 часов^[14].

Из театра войны исключены нейтрализованные и демилитаризованные пространства, режим которых установлен специальными международными соглашениями^[1]:

• архипелаг Шпицберген — по статье 9 Договора о Шпицбергене от 9 февраля 1920 года запрещено создавать морские базы и укрепления и использовать архипелаг в целях войны^[15];
• Аландские острова — по Женевской конвенции о немилитаризации и нейтрализации Аландских островов от 20 октября 1921 года^[16];
• Антарктика — по Договору об Антарктике от 1 декабря 1959 года, запрещающему любые мероприятия военного характера^[1];
• зона Суэцкого канала — по Константинопольской конвенции от 29 октября 1888 года канал свободен и открыт в военное и мирное время, право блокады к нему не применяется, а враждебные действия не допускаются в канале, его входных портах и в районе трёх морских миль от них^[17];
• зона Панамского канала — по Договору о постоянном нейтралитете и эксплуатации Панамского канала (Вашингтон, 7 сентября 1977 года)^[18];
• санитарные зоны и местности, имеющие отличительные эмблемы^[1].

Не могут считаться театром войны, а следовательно, объектом нападения и уничтожения^[1]:

• культурные ценности, укрытия и центры сосредоточения культурных ценностей, находящиеся под специальной защитой: условия её предоставления установлены статьёй 8, а иммунитет от враждебных актов и от использования этих ценностей и прилегающих участков в военных целях — статьёй 9 Гаагской конвенции о защите культурных ценностей в случае вооружённого конфликта 1954 года^[19];
• плотины, дамбы и атомные электростанции как установки и сооружения, содержащие опасные силы: по статье 56 Дополнительного протокола I к Женевским конвенциям 1977 года они не должны становиться объектом нападения даже будучи военными объектами, если нападение может вызвать высвобождение опасных сил и тяжёлые потери среди гражданского населения; защита прекращается лишь при использовании таких объектов для регулярной существенной и непосредственной поддержки военных операций^[20].

Открытое море и воздушное пространство над ним входят в театр войны, тогда как нейтральные воды и воздушное пространство нейтральных государств из него исключены^[1]. За пределы театра войны выведены также космическое пространство, Луна и небесные тела — по Договору «О принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела» от 1967 года и Соглашению о деятельности государств на Луне и других небесных телах от 1979 года^[1].