Стилистика текста

Текст практически всегда был объектом стилистики. Основы и теоретические разработки стилистики текста были заложены в трудах отечественных филологов, таких как В. В. Виноградов, Г. О. Винокур, М. М. Бахтин. При этом в качестве самостоятельного направления стилистика текста оформилась только в конце XX — начале XXI века в связи с развитием лингвистики текста и на её пересечении с функциональной стилистикой. Чёткие границы между этими дисциплинами не всегда осознаются. Лингвист-текстовед И. Р. Гальперин, рассуждая о соотношении лингвистики и стилистики текста, отмечает, что ряд проблем первой «довольно подробно рассматривался стилистикой языка», что «стилистика языка служит подспорьем для лингвистики текста в тех случаях, когда объектом наблюдения являются функциональные стили языка и средства их детерминирующие»^[3]. Однако есть основания для утверждения о принципиальном различии названных направлений и наличии самостоятельного статуса у стилистики текста. Так, если лингвистика текста изучает структуру текста в целом и текстовые единицы, а также их роль в развёртывании текста, создании основных его свойств — связности и цельности, то стилистика текста исследует стилистическую значимость этих и других единиц в определённом произведении (целом тексте и типе текстов), их роли в создании стилевой специфики последних и выражении содержания текста^[1].

В рамках стилистики текста изучаются закономерности организации речевого произведения (текста) как содержательно-смыслового, композиционно-структурного и жанрового единства в зависимости от задач общения, идейного содержания и функционально-стилевой принадлежности со всем комплексом его экстралингвистических факторов^[1].

По определению лингвиста В. В. Одинцова, «стилистика текста изучает структурно-стилистические возможности речевых произведений (включая литературно-художественные), композиционно-стилистические типы и формы, конструктивные приёмы и функционирование в речи языковых средств. Стилистика текста входит в состав стилистики речи…», «её методологической основой… служит представление о единстве формы и содержания», «стилистика текста, учитывая стилистическую значимость языковых единиц, стремится определить и описать стилистические эффекты, возникающие в речи благодаря структурной организации текста…». Помимо этого, Одинцов отмечает, что «…важно показать принципиальное отличие подхода с позиций стилистики текста от подхода с позиций лингвистики текста»^[5]. Тем самым основополагающим аспектом стилистики текста является функциональный (а не структурно-грамматический) аспект, который предполагает единство формы и содержания и экстралингвистическую обусловленность текста. Поэтому стилистика текста — функциональная дисциплина, отчасти ответвление функциональной стилистики. Именно на основе функционального подхода стилистику текста объединяют с функциональной стилистикой. Их также сближает внимание к речевой организации текста — центральный для обеих стилистик исследовательский аспект, который предполагает взаимосвязь всех составляющих текста на некой экстралингвистической основе. В этом плане в последнее время целый текст исследуется в аспекте развёртывания его смысловой структуры^[6], отражения в нём речевых действий адресанта и экспликации при этом речевых жанров в связи с определённым типом мышления и функциональным стилем^[7]. Однако по объекту и предмету исследования (преимущественно конкретный, художественный, публицистический, научный текст) стилистика текста отличается от функциональной стилистики, прерогативой которой является типология речи, закономерности функционирования языковых единиц всех уровней в текстах разных сфер общения^[1].

Одной из проблем функциональной стилистики текста является изучение стилевых функций текстовых категорий и их роли в организации речевой и содержательно-смысловой структуры произведения и текстообразовании, а также особых функционально-стилевых текстовых категорий и вопросов композиции, архитектоники текста, которые обусловлены экстралингвистической основой последнего^[1].

В качестве особого направления функциональной стилистики оформляется коммуникативная стилистика художественного текста, формирующаяся «на стыке с другими науками, комплексно изучающими целый текст (речевое произведение) как форму коммуникации и явление идиостиля»^[8], для которой характерен «коммуникативно-деятельностный подход к тексту как явлению идиостиля в его проекции на все уровни модели языковой личности»^[8]. Большое внимание при этом уделяется вопросам ассоциативного развёртывания текста, реализации регулятивной функции адресанта, эффективности текстовой деятельности^[1].

Лингвистика текста и стилистика текста отличаются целями и задачами, единицами изучения и методикой исследования. Лингвистика и стилистика текста, идя разными путями и развиваясь параллельно, через анализ структуры познают текста познать его содержание, тем самым взаимообогащая друг друга. Языковед Н. Н. Трошина определяет соотношение стилистики текста и лингвистики текста как «отношение части и целого»^[9]. Для формирования концептуальной базы стилистики текста большое значение имеют исследования по лингвистике текста О. И. Москальской^[10], И. Р. Гальперина^[11], З. Я. Тураевой^[12] и др. В работе Москальской «Грамматика текста» оказалась важна идея текстового развёртывания на уровне взаимосвязи фрагментов текста и попытка установить текстообразующие закономерности, которые присущи всем текстам. В монографии Гальперина «Текст как объект лингвистического исследования» важен анализ категорий текста и средств их выражения, по-прежнему являющийся актуальным, как и подход к тексту как к произведению, которое имеет «определённую целенаправленность и прагматическую установку»^[13]. В книге Тураевой «Лингвистика текста» важен учёт при анализе текста экстралингвистических факторов: «ситуации порождения и восприятия текста, коммуникативной и прагматической установки автора»^[14]. Отдельные из аспектов лингвистики текста, о которых писала Тураева, относятся к области современной стилистики текста (онтологический, гносеологический, психологический, прагматический и собственно лингвистический), которая стала, по выражению Т. Г. Винокура, «социокоммуникативной»^[15].