Парижские мирные договоры (1947)

В ию­ле 1945 года был создан коалиционный Со­вет ми­ни­ст­ров ино­стран­ных дел (СМИД), в котором представители СССР, США, Ве­ли­ко­бри­та­нии, Фран­ции и Ки­тая приступили к раз­ра­бо­тке про­ек­тов мир­ных до­го­во­ров со странами Оси и самой Герма­ни­ей. На Пот­сдам­ской кон­фе­рен­ции был принят принцип 4-3-2: в под­го­тов­ке про­ек­та до­го­во­ра с ка­ж­дой из стран — бывших со­юз­ниц Гер­ма­нии надлежало уча­ст­во­вать государ­ст­вам, непосредственно под­пи­савшим с ней до­го­вор о пе­ре­ми­рии или ус­ло­вия ка­пи­ту­ля­ции (Фран­ция выступала как страна, под­пи­сав­шая ус­ло­вия ка­пи­ту­ля­ции Ита­лии). Таким образом, в под­го­тов­ке до­го­во­ра с Ита­ли­ей были задействованы 4 страны (СССР, США, Ве­ли­ко­бри­та­ния и Фран­ция); с Бол­га­ри­ей, Венг­ри­ей и Ру­мы­ни­ей — три (СССР, США и Ве­ли­ко­бри­та­ния); с Фин­лян­ди­ей — две (СССР и Ве­ли­ко­бри­та­ния)^[1].

На сес­сии СМИД в Лон­до­не (11 сентября — 2 октября 1945 года) возникли разногласия по мир­ному­ уре­гу­ли­ро­ва­нию в Сре­ди­зем­но­мо­рье, на Бал­ка­нах и в Япо­нии, а так­же по про­це­ду­ре об­суж­де­ния мир­ных до­го­во­ров, к которым анг­ло-американские представители попытались подключить Фран­цию и Ки­тай, отказавшись от формулы 4-3-2. Эти про­ти­во­ре­чия час­тич­но уда­лось пре­одо­леть на трёхстороннем со­ве­ща­нии СССР, США и Ве­ли­ко­бри­та­нии 16-26 декабря, после чего кон­фе­рен­цию 5 чле­нов СМИД и 16 го­су­дарств ан­ти­гит­ле­ров­ской коа­ли­ции было решено созвать в Па­ри­же не позд­нее 1 мая 1946 года. В отличие от регламента Па­риж­ской мир­ной кон­фе­рен­ции 1919—1920 годов, бывшим со­юз­ни­кам Гер­ма­нии предоставили на рассмотрение и обсуждение подготовленные тексты договоров^[1].

На первом эта­пе сес­сии СМИД в Па­ри­же (25 апреля −16 мая 1946 года) острые разногласия вызвали во­про­сы о грани­цах Ита­лии и её ко­ло­ни­ях, ре­па­ра­ци­ях, а так­же попытка американцев вклю­чить в по­вест­ку до­го­во­р с Ав­ст­ри­ей. После паузы до 15 июня на втором этапе сессии удалось согласовать вопрос об итальянских репарациях Советскому Союзу и договориться о со­зы­ве конференции 29 ию­ля и принятии решений боль­шин­ст­вом в 2/3 го­ло­сов. При этом по 26 пунк­там различных до­го­во­ров со­хра­нились раз­но­гла­сия по про­бле­ме Трие­ста, су­до­ход­ст­ва по Ду­наю, и ря­ду эко­но­мических во­про­сов^[1].

СССР, гла­ва — министр иностранных дел В. М. Мо­ло­тов; он согласовывал свои дей­ст­вия пу­тём шиф­ро­пе­ре­пис­ки лич­но с И. В. Сталиным. В со­став советской де­ле­га­ции вхо­ди­ли ми­ни­ст­ры иностранных дел Эстонской ССР Х. Х. Кру­ус, Латвийской ССР П. И. Ва­ле­скалн и Ли­товской ССР П. И. Ро­том­скис. Отдельно в соответствии с ре­ше­ния­ми Ял­тин­ской кон­фе­рен­ции 1945 года о пре­дос­тав­ле­нии республикам ста­ту­са пер­во­на­чаль­ных чле­нов ООН были пред­ста­влены Украинская ССР (министр иностранных дел Д. З. Ма­ну­иль­ский) и Бе­ло­русская ССР (министр иностранных дел К. В. Ки­се­лёв), с пра­вом ре­шаю­ще­го го­ло­са^[1].

США, гла­ва — Дж. Ф. Бирнс^[1].

Ве­ли­ко­бри­та­ния, гла­ва — К. Р. Этт­ли^[1].

Фран­ция, гла­ва — Ж. Би­до^[1].

Также были представлены делегации Ки­тая, Ав­ст­ра­лии, Бель­гии, Бра­зи­лии, Гре­ции, Ин­дии, Ка­на­ды, Ни­дер­лан­дов, Но­вой Зе­лан­дии, Нор­ве­гии, Поль­ши, Че­хо­сло­ва­кии, Эфио­пии, Юго­сла­вии, Южно-Африканского Сою­за; все­го 844 человека^[1].

Кроме того, была предоставлена воз­мож­ность из­ло­жить свои по­зи­ции странам, за­ин­те­ре­со­ван­ным в об­су­ж­дав­ших­ся до­го­во­рах: Мек­си­ке, Ку­бе, Еги­пту, Ирану, Ираку, Ал­ба­нии и Ав­ст­рии^[1].

В рам­ках конференции действовало 10 ко­мис­сий: ге­не­раль­ная, юри­ди­че­ская и по со­став­ле­нию до­го­во­ров, во­ен­ная, две по эко­но­мике (отдельно для Ита­лии и для всех ос­таль­ных го­су­дарств), 5 ко­мис­сий по по­ли­тическим и тер­ри­то­ри­аль­ным во­про­сам (по од­ной на ка­ж­дое го­су­дар­ство). Ра­бо­ту кон­фе­рен­ции ос­ве­ща­ли свыше 2 тыс. жур­на­ли­стов^[1].

В начале конференции США и Ве­ли­ко­бри­та­ния до­би­лись пе­ре­смот­ра до­го­во­рён­ности по про­це­дур­ным пра­ви­лам, 15 го­ло­сами про­тив 6 проведя 2 ви­да ре­ко­мен­да­ций: при­ня­тые ква­ли­фи­цированным боль­шин­ст­вом в 2/3 го­ло­сов и про­стым боль­шин­ст­вом^[1].

30 июля были опуб­лико­ва­ны и переданы на обсуждение де­ле­га­ци­ям по­бе­ж­дён­ных про­ек­ты пяти мир­ных до­го­во­ров. В ос­но­ву соглашений с Бол­га­ри­ей, Венг­ри­ей, Ру­мыни­ей и Фин­лян­ди­ей по требованию советской стороны были положены ус­ло­вия за­клю­чён­ных пере­ми­рий.

Острые дискуссии вызвал статус Триеста, который Италия при поддержке западных дер­жа­в хотела превратить в Сво­бод­ную тер­ри­то­рию во гла­ве с гу­бер­на­то­ром в прямом подчинении ООН. СССР счи­тал наи­луч­шей пе­ре­да­чу Юлий­ской Край­ны вме­сте с Трие­стом Юго­сла­вии, однако со­гла­сил­ся с иде­ей ней­траль­ной и де­ми­ли­та­ри­зо­ван­ной Сво­бод­ной тер­ри­то­рии Три­ест с собственным Народным со­б­ра­ни­ем, из­би­рае­мым местным на­се­ле­ни­ем. Однако этот вопрос так и не был решён в Париже^[1].

Протесты большинства вызвали пре­тен­зии Гре­ции на часть ал­бан­ской (Северный Эпир) и болгарской тер­ри­то­рии, этот вопрос решить не удалось. Западные державы под­держивали Гре­цию в вы­со­ких ре­па­ра­ци­он­ных вы­платах от Ита­лии и Бол­га­рии^[1].

На­пря­жён­ные дискуссии вызвали тре­бо­ва­ния западных дер­жав вы­пла­чи­вать ре­па­ра­ции не то­ва­ра­ми, а иностранной ва­лю­той (долларами и фунтами), ком­пен­си­ро­вать утраченное иму­ще­ст­во на тер­ри­то­рии вра­же­ских го­су­дарств в объ­ё­ме 75 %, а также пре­дос­та­вить полную сво­бо­ду су­до­ход­ст­ва по Ду­наю, в чём советская де­ле­га­ци­я усматривала попытку англосаксов доминировать в Южной и Юго-Восточной Ев­ро­пе^[1].

СССР рассматривал как по­пыт­ки создать ин­ст­ру­мен­ты для вме­ша­тель­ст­ва во внут­реннюю политику бывших со­юз­ни­ков Гер­ма­нии пред­ло­же­ние США и Ве­ли­ко­бри­та­нии об учреждении ко­мис­сии по на­блю­де­нию за ре­па­ра­ция­ми, ини­циа­ти­ву ав­ст­ралийской де­ле­га­ции по уч­ре­ж­де­нию Ев­ропейского Ме­ж­ду­народного су­да по пра­вам че­ло­ве­ка. Настороженно воспринимались и ко­ле­ба­ния союзников в от­но­ше­нии ста­тьи о за­пре­те воз­ро­ж­де­ния и дея­тель­но­сти фа­ши­ст­ских организаций. В то же время США и Великобритания счи­та­ли позицию СССР на конференции слишком бес­ком­про­мисс­ной и некон­ст­рук­тив­ной^[1].

Положения договоров касались военных репараций, обязательств по отношению к правам национальных меньшинств и территориальных изменений, включая конец Итальянской колониальной империи в Африке и изменений итало-югославской, венгро-словацкой, румыно-венгерской, советско-румынской, болгаро-румынской, франко-итальянской и советско-финской границ.

Политические положения предусматривали, что подписавшие должны «принять все необходимые меры ради обеспечения всех лиц под своей юрисдикцией, невзирая на расу, пол, язык и религию, правами человека и основных свобод, включая свободу слова, печати и издания, религиозного культа, политических убеждений и общественных собраний».

Граждане, в военное время задействованные в партизанском движении стран-союзников, не подверглись наказанию. Каждое правительство предприняло меры по предотвращению возрождения фашистских организаций или иной другой «политической, военной или полувоенной, чьей целью было лишить людей их демократических прав».

Проблема военных репараций оказалась одной из самых сложных, возникших при выработке послевоенных условий. СССР — страна, наиболее разоренная войной, — требовал максимально допустимых сумм со всех побеждённых стран, за исключением Болгарии.

В ходе переговоров правительство Греции при поддержке со стороны Великобритании выдвинуло требование к правительству Болгарии выплатить 1 млрд долларов США в качестве компенсации за оккупацию греческих территорий в период Второй Мировой войны. Правительство Народной Республики Болгария при поддержке со стороны СССР отклонило эти требования^[2]. В соответствии с мирным договором Болгария обязана выплатить репарации в размере 70 млн долларов в течение 8 лет^[3].

В случаях Румынии и Венгрии условия репараций, обусловленные в соответствующих перемириях, были относительно высоки и не пересматривались.

Распад СССР и Югославии не привёл к каким-либо официальным пересмотрам Парижских мирных договоров.