Морской устав (1720)

Необходимость выпуска морских нормативных документов, связана с созданием и становлением русского военного флота. В Древнерусском государстве при организации походов на Византию должны были устанавливаться правила управления военными судами в походе и в бою, порядок посадки (высадки) войск и другие действия (эти документы не дошли до наших дней). Первый письменный нормативный документ правил службы на море, на русском языке дошедший до наших дней составлен и издан капитаном корабля «Орёл» голландцем Д. Бутлером, корабль и капитан были наняты царём Алексей Михайловичем на русскую службу. Нормативный документ правил службы на море, получил при переводе в Посольском приказе название «Статьи правильные, против которых достоит всяким корабельным капитанам, повелителям или начальным корабельным людям применитися, будучи в службе у кесаря, у короля и у князя или у иного потентата (властителя), которое по чину об них прилежно достоит исполнено быть». Документ состоял из 34 статей, определявших обязанности капитана и подчинённых ему корабельного поручика, корабельщика (судовладельца), кормщика (штурмана), боцмана и пушкаря, а также правила поведения команды при различных обстоятельствах. «Статьи…» предусматривали присягу капитана о несдаче корабля противнику и присягу команды капитану, «что им быть верным и послушливым»^[1][2][3].

Следующий этап становления русского флота и разработки нормативно-правовых документов плавания на море связан с эпохой царствования Петра I. Начиная с 1694 года Пётр I со своей эскадрой выходил из Архангельска в Белое море для сопровождения иностранных торговых судов. Для этого лично Петром I был составлен список сигналов для совместного плавания. Для упорядочения движения русского флота составил инструкцию, вошедшую в историю под названием «Указ по галерам». Она состояла из 15 статей, содержавших общие правила и сигналы для управления флотом, а также статьи о порядке съёмки с якоря и постановки на него, о вступлении в бой с неприятелем и «вспоможении» друг другу. По аналогии с подобными документами того времени, большинство статей содержало меры наказания за их неисполнение или нерадивое исполнение — от денежного штрафа до смертной казни. Для ведения русско-турецких войн с 1686 по 1700 годы Пётром I построены два малых фрегата, 23 галеры, четыре брандера и множество транспортных судов. Растущий флот требовал не только новых кораблей, береговой инфраструктуры, подготовленных кадров, но и нормативных документов, которые регламентировали бы его деятельность. В 1698 году по поручению Петра I, вице-адмирал К. Крюйс (состоял на военной службе), на основе морских уставов Нидерландов и Дании составил «Правила службы на судах», они включали 63 артикула (статьи) общих постановлений об обязанностях лиц, служащих на корабле, и установление корабельных порядков с достаточно суровыми наказаниями для их нарушителей. С началом русско-шведской войны 1700—1721 годов, опыт боевых действия на море нашёл отражение в ряде дополнительных указов и распоряжений царя и командующего флотом. В 1707 году была разработана адмиралом Ф. М. Апраксиным инструкция «Офицерам, которые командуют на брандерах и бомбардирских кораблях, как надлежит им действовать во время неприятельского наступления». В следующем году были изданы «Генеральные сигналы, надзираемые во флоте Его Царского Величества». В 1710 году изданы «Инструкции и артикулы военные, надлежащие к Российскому флоту», документ состоял из 64 артикулов, устанавливавших порядок действий тех или иных лиц в различных условиях корабельной жизни — от начала дня с молитвы до того, как поступать с захваченным неприятельским кораблём или пленными, после артикулов был помещён текст присяги морских служителей царю. В 1714 году был издан указ «О салютации кораблей при городах и крепостях», в мае того же года — «О сохранении дисциплины на корабле и о повиновении и подсудности морских и сухопутных военнослужащих людей». Указом от 8(19) июня 1714 года определялся порядок хранения на кораблях продуктов, приготовления пищи и поддержания чистоты. В 1715 году «копилка» флотских документов пополнилась «Инструкцией офицеру, командующему кораблём», указами о чтении на кораблях дважды в неделю морских артикулов (то есть «Инструкций и артикулов…» 1710 года) и о мичманах и гардемаринах^[1][2].

Работа по составлению российского Морского устава началась с середины 1716 года, после разработки и выпуска аналогичного документа для сухопутной армии — Устава воинского «Книга Устав воинский, о должности генералов, фельдмаршалов и всего генералитеита и протчих чинов, которые при войске надлежат быть, и о иных воинских делах и поведениях, что каждому чинить должно». В состав комисси по разработки устава были назначены: адмирал Ф. М. Апраксин, капитан-командоры П. Сиверс, Т. Гордон и М. Госслер. Был привлечён К. Н. Зотов для выписки нужного из английских, французских, датских, шведских, голландских уставов. В ходе анализа иностранных уставов, было отдано предпочтение французскому «Артикулу морскому». Также привлекались по отдельным вопросам генерал М. М. Голицын, вице-адмирал К. Крюйс, вице-канцлер П. П. Шафиров. Сам Пётр I лично писал и редактировал документ, систематизировал информацию, формулировал определения. Пётр I не шёл путём механического заимствования из чужих уставов, а используя зарубежный опыт создавал истинно русский морской устав. Морской устав был издан 13(24) апреля 1720 года, отдельной книгой. В октябре был издан двуязычный вариант Морского устава (на русском и голландском языках). В обоих изданиях были помещены: указ Петра I об утверждении Морского устава; предисловие к уставу; текст присяги; разъяснение устройства флота и основной текст в пяти книгах^[3][2].

Содержание Морского устава^[3][2]:

• указ Петра I об утверждении морского устава;
• предисловие к уставу;
• текст присяги;
• разъяснение устройства флота;
• основной текст устава в пяти книгах, с приложениями.

В указе Петра I от 13 (24) января 1720 года говорилось о значении флота в системе вооружённых сил России, определялось назначение устава^[3][2].

В предисловии к Морскому уставу, составленном лично Петром I и литературно обработанном церковным и государственным деятелем Феофаном Прокоповичем, на ряде исторических примеров была показана важность военного флота для России, а также необходимость издания этого устава^[3][2].

Присяга требовала от «всякого воинского чина» беспрекословного выполнения уставов и указов, защиты государственных интересов «со всею ревностию», не щадя жизни и имущества. Её должен был принимать каждый военный моряк. Вслед за текстом присяги раскрывались смысл и значение термина «флот» («множество судов водных вместе идущих или стоящих, как воинских, так и купеческих»), указывалось, что военный флот состоял из главных или генеральных эскадр (кордебаталия, авангард и арьергард), и каждая из них в свою очередь делится на три дивизии. Здесь же перечислялись «командиры флота», к которым были отнесены генерал-адмирал, адмиралы, вице-адмиралы, шаутбенахты (контр-адмиралы) и капитан-командоры. Завершался раздел таблицей, где показывалось, сколько каких чинов людей надлежит быть на корабле какого ранга, с перечнем чинов офицеров и других морских служителей (всего 43 наименования корабельных чинов). Штаты экипажей могли насчитывать от 800 человек на 90-пушечных кораблях до 60 — на 14-пушечных^[3][2].

Первая книга содержала положения о высшем командном составе военно-морского флота, излагались права и обязанности командующего флотом и лиц, ведавших управлением составных частей эскадры, указывалась тактика ведения морского боя, порядок действий флота при высадке десанта с применением сухопутных войск. В книге были статьи о генерал-адмирале и «всяком аншефе командующем», интенданте (начальник снабжения), цейгмейстере (начальник артиллерии), обер-комиссаре, подчинённом интенданту, докторе при флоте, майоре (командир над находившимися на корабле солдатами), фискале (ревизор) и «капитане или ином офицере над ружьём». Расписывались должностные инструкции, всех офицеров корабля, не только морских, но и сухопутных если таковые были на корабле. Определялась подчинённость на корабле, всех чинов (офицеров и унтер-офицеров) корабля. В обязанности командующего входило проведение «воинской консилии» (военного совета) перед началом боя или в других особо важных случаях. Он же был наделён правом контролировать действия военного суда^[3][2].

Вторая книга раскрывала старшинство чинов, описывала почести и внешние отличия кораблей, раскрывала понимание морских сигналов. В ней устанавливалась иерархия между различными флотскими должностными лицами, от флагманов до комиссаров, и определялось, что при совместных действиях или стоянках корабельного и гребного флотов старшим назначался тот, кто выше чином, а при равенстве чинов — старший корабельного флота. В этом разделе также перечислялись чины, которые могли участвовать в заседаниях военного совета. Указывались лица, наделённые правом отстранять командира корабля от командования. В отдельной главе книги перечислялись почести, воздаваемые чинам флота от генерал-адмирала до офицера, командовавшего кораблём. Там же перечислялись виды должностных флагов (в ночное время — фонарей), внешние отличия кораблей разного ранга. В ряде статей описывался порядок производства артиллерийских и флажных салютов: кому и в каком случае полагался салют; кто должен был салютовать первым при встрече кораблей в море и при подходе к крепостям^[3][2].

Третья книга раскрывала организацию боевого корабля и обязанности приписанных к нему должностных лиц. В первую очередь регламентировались права и обязанности капитана, пользовавшегося всей полнотой власти. Капитан корабля отвечал за состояние вооружения и снабжения корабля, его боеготовность и действия в бою. Капитан расписывал действия всего экипажа в различных условиях обстановки: в бою, в походе, в том числе особых условиях. Капитан должен был добиться, чтобы «всякий в своей должности искусен был». Для этого ему «непрестанно надлежит обучать их владением парусов, пушек, ружья, знанием компаса и прочим». Капитану предписывалось вести в походе журнал, форма которого прилагалась. Этот журнал, ставший впоследствии прообразом современных навигационного и вахтенного журналов, капитан по возвращении из похода должен был сдать в Адмиралтейств-коллегию. В целом глава с обязанностями капитана состояла из 86 статей и была самой объёмной в уставе. Также расписывались действия капитана на брандере (корабль для поджога или подрыва корабля противника), капитан-лейтенанта (заместителя капитана), лейтенанта (вахтенного начальника) и ещё 19 должностных лиц офицерского и унтер-офицерского ранга. Все «начальные люди» корабля должны были личным примером вдохновлять подчинённых в бою, «дабы мужественно бились до последней возможности», и не сдавать свой корабль неприятелю «ни в каком случае, под потерянием живота и чести»^[3][2].

Четвёртая книга состояла из шести глав, которыми регламентировались правила поведения на корабле («о благом поведении на кораблях») с перечнем наказаний, ожидавших нарушителей дисциплины; указывалось количество прислуги, полагавшееся каждому из офицеров; регламентировалась раздача судового провианта и нормы различных видов продовольствия на каждый день и помесячно. В этой же книге устанавливался порядок награждения членов экипажа за захват в бою неприятельских флагов, орудий, кораблей, а офицерам брандеров — за сожжение кораблей противника, за боевые раны и выслугу лет. Впервые в российской истории описывалось, как обеспечивать тех, кто получил в бою увечья или не мог служить по состоянию здоровья, а также назначались пенсии или выплаты вдовам и детям погибших или умерших моряков. В конце четвёртой книги рассматривались вопросы раздела между членами экипажа имущества, ставшего их добычей при захвате вражеских кораблей и судов. При этом указывалось, что «вдовам и детям убитых на баталии дано будет из полученной добычи тож, что надлежало тем убитым»^[3][2].

Пятая книга была посвящена наказаниям, представляла собой во­енно-морской судебный и дисциплинарный уставы. Содержала подробный перечень всех возможных преступлений, совершаемых в повседневной службе и жизни, так и в ходе ведения боевых действий. Описывалась степень важности проступков военнослужащих, на основании их, определялись телесные наказания: избиение «кошками» (4-хвостные плети с узелками на концах) или шпицрутенами (гибкий прут из ивы) у мачты или шпиля, сбрасывание с реи (устройство для постановки прямых парусов) в воду, килевание (протаскивание преступника под днищем корабля с борта на борт), ссылка на галеру и смертная казнь. Характерно, что принудительные меры, в том числе самые суровые наказания, сочетались с мерами воспитательными. Предусматривались денежные штрафы, лишение чести офицера, разжалование офицеров на время в рядовые, а за «ругательные слова» в отношении начальника провинившийся мог «по важности своих слов и состоянию особы перед воинским судом публично отпущения своей вины просить». Устав также предупреждал, что никто из офицеров «не дерзнёт обретающимся под своей командою рядовым без заслуженной вины, какое наказание чинить, ниже за вину чрез меру». Многие статьи этой книги имели так называемые «толкования», то есть дополнительные разъяснения^[3][2].

В приложениях к морскому уставу прилагались формы различными образцами судовой отчётности. Первые два из них, называвшиеся «Форма табелей для записки приёму и расходу и остатка помесячно секретарских, констапельских, комиссарских, священнических, лекарских, шкиперских, штурманских и прочих припасов на корабле, настоящих и запасных» и «Формы табелей, которые надлежит держать капитанам, или кто кораблём командовать будет, також и секретарям, и комиссарам», занимали почти 490 страниц, то есть в три раза превышали объём основной текстовой части устава. Показательно, что только в одном из этих табелей — «образцовых шкиперских припасов», в части парусного вооружения корабля применялась иностранная, ставшая уже международной, терминология того времени. В остальном же использовались русские названия корабельного имущества. Кроме форм табелей в приложениях давались изображения должностных корабельных флагов, сигнальных флагов и вымпелов, а также текстовое описание сигналов, подаваемых кораблями в различных ситуациях обстановки^[3][2].

Первый морской устав России стал результатом коллективного труда Петра I и его сподвижников. В нём отражены передовые международные идеи военно-морской теоретической мысли, он систематизировал правила строительства русского военного флота. Его издание фактически завершило формирование русского морского флота, как одного из передовых. Морской устав 1720 года стал важнейшим законодательным документом российского флота. По полноте содержания и глубине изложения он был наиболее совершенным для первой половины XVIII века^[3][2].

Морской устав Петра I прошёл восемь изданий и использовался, как основополагающий нормативный документ для русского военно-морского флота до Крымской войны 1853—1856 годов. По уставу Петра I, служили и воевали несколько поколений русских моряков. Он послужил основой победы, прославленных русских адмиралов: Г. А. Спиридова, Ф. Ф. Ушакоав, Д. Н. Сенявина, М. П. Лазарева и др.