Мария Темрюковна

Через восемь дней после кончины Анастасии «Митрополит, Святители, Бояре торжественно предложили ему искать невесты: законы пристойности были тогда не строги»^[3]. Иван намеревался жениться на сестре польского короля Екатерине, однако тот потребовал за это Псков, Смоленск и Новгород.

В 1560 году царь послал сватов Ф. В. Вокшерина и С. Мякинина на Кавказ «у Черкаских князей дочерей смотрети». 15 июня 1561 года княжна Кученей, «из черкас пятигорских девица», приехала в Москву вместе с братом Салтанкулом (в крещении Михаилом). Им отвели хоромы вблизи Кремля. Вскоре царь «княжне Черкасской велел быть на своём дворе, смотрел её и полюбил».

«Господине Теврюге! Аще сицевая доброта дщери твоея, а нашия великия государыни Марии Теврюговны, то государю нашему царю и великому князю Ивану Васильевичу любима будетъ, а нас онъ, государь, за сие великое дѣло жаловать станетъ, а сия дщерь твоя с нимъ, государемь, царствовать въ велицѣй славе станетъ»^[4].

6 июля в дворцовом Благовещенском соборе собравшимся боярам и духовенству объявили, что Кученей готовится к обряду крещения и будет наречена Марией — во имя святой Марии Магдалины. В тот же день царь назвал её своей невестой и по древнему русскому ритуалу вручил своей суженой кольцо и платок, унизанный жемчугом^[5]. Афанасий, ещё будучи протопопом, оглашал её перед крещением^[6]. Была крещена под именем «Мария» митрополитом Макарием^[7]. После завершения обряда крещения Иван Васильевич по обычаю преподнёс Марии золотой крест-складень, а царевичи Иван и Фёдор вручили ей кресты, украшенные бриллиантами и жемчугом, среди них был также чёрный бриллиант «Yasmand» (рус. Ясманд)

21 августа состоялось венчание в Успенском соборе. Молодых венчал митрополит Макарий. Видимо, свадебным подарком было блюдо из Оружейной палаты (диаметр — 42,3 см, вес — почти 3 кг), декорированное чернью, на котором, вероятно, ей поднесли свадебный головной убор. Изготовленное из трёхкилограммового куска золота свадебное блюдо Марии Темрюковны считается одним из шедевров, сделанных русскими мастерами золотого дела.

Брак Ивана, заключённый вскоре после кончины его первой жены Анастасии Романовны, привёл к возвышению родственников Марии — князей Черкасских, в дальнейшем игравших большую роль в русской истории. Один из её племянников — Хорошай-мурза, во св. крещении Борис Камбулатович, был женат на родной сестре патриарха Филарета Никитича Марфе.

Английский дипломат Джером Горсей писал: «После этого (смерти Анастасии) он (Иван) женился на одной из черкесских княжен, от которой, насколько известно, у него не было потомства. Обряды и празднества, сопровождавшие эту женитьбу, были столь странными и языческими, что трудно поверить, что всё это происходило в действительности».

Единственный её ребёнок, о котором известно — царевич Василий Иванович — умер в двухмесячном возрасте в мае 1563 года, погребён, по-видимому, в Архангельском соборе, но его надгробие не сохранилось.

В 1562 году и в другие годы сопровождала царя в объезде по монастырям. В июле 1563 года ездила из Александровой слободы с царевичем Иваном Ивановичем на богомолье в Суздаль, а оттуда в Ростов.

В русской истории традиционно принято придавать образу Марии Темрюковны негативные черты и считать её отрицательным персонажем в жизни Ивана Грозного, дурно повлиявшим на его характер. Некоторые современники обвиняли «злонравную» Марию в «порче нрава» царя и переходе к террору.

В одном из источников она называется «на злые дела падущая». В другом — хронографе «О браках царя Иоанна Васильевича» — сказано: «В лето 7069 августа 21 обрачился царь вторично на Марии Черкасской Горской… туги нравные и зело лютые…» (крутой нравом и очень злой). Генрих Штаден пишет, что именно она подала ему совет о создании опричнины:

Некоторые [из прежних великих князей] заводили было опричные порядки, но из этого ничего не выходило. Также повелось и при нынешнем великом князе, пока не взял он себе в жёны княжну, дочь князя Михаила Темрюковича из Черкасской земли. Она-то и подала великому князю совет, чтобы отобрал он для себя из своего народа 500 стрелков и щедро пожаловал их одеждой и деньгами и чтобы повседневно и днём, и ночью они ездили за ним и охраняли его. С этого и начал великий князь Иван Васильевич всея Руси и отобрал из своего народа, а также и из иноземцев особый избранный отряд. И так устроил опричных и земских^[8].

Он же пишет, говоря об отце царицы Темрюке, что «великий князь бесчестно обошёлся с его дочерью». Комментаторы замечают по поводу этой фразы, что с известием Штадена о «бесчестии» царя в отношении жены перекликаются сообщения Пискарёвского летописца: «а тогда же опоил царицу Марью Черкаскову», и Горсея: «тем временем он отдалил свою черкесскую жену, постриг её в монахини и поместил в монастырь» (что не является достоверным^[9], видимо, тут её путают с одной из следующих жён).

Мария Темрюковна умерла 6 сентября 1569^[10] в Александровой слободе после возвращения из длительного путешествия в Вологду. Как часто указывают, в новогоднюю ночь 1 сентября 1569 года под утро она скончалась. Но, судя по надгробной эпитафии, она умерла «6 сентября 1569 г. в седьмом часу ночи, то есть в переводе на современный суточный счёт часов — незадолго до полуночи. Встречающаяся в историографии дата 1 сентября, которая восходит к Н. М. Карамзину, по всей видимости, ошибочна, поскольку Карамзин ссылается на надгробную надпись с более позднего надгробного памятника, установленного над могилой Марии (надписи XIX века на надгробиях великокняжеского и царского рода в Архангельском соборе содержат ошибки по сравнению с эпитафиями XVII в. на тех же надгробиях)».

В полдень Михаил Темрюкович, Алексей и Фёдор Басмановы, Афанасий Вяземский, Борис Годунов, Глинский, Милославский и Вельский вынесли из царских покоев покрытый шёлковыми материями гроб с телом Марии и установили его на погребальный возок. Траурный кортеж двинулся в Москву^[5].

Как и после смерти Анастасии, Иван подозревал бояр в том, что они её «извели», утверждая, что она «злокозньством отравлена бысть».

Мария Темрюковна была похоронена в Вознесенском соборе кремлёвского Вознесенского монастыря у западной стены храма рядом с царицей Анастасией Романовной (слева от её захоронения).

Духовная грамота царя Ивана Васильевича (июнь-август 1572 года) упоминает покойных Марию Темрюковну и следующую жену Марфу Собакину с просьбой царевичам Ивану и Фёдору поминать их: «А что, по грехом, жон моих, Марьи да Марфы, не стало, и вы б жон моих, Марью да Марфу, а свои благодатныя матери [Анастасию Романовну], поминали во всём по тому, как аз уставил, и поминали бы есте их со всеми своими родители незабвенно»^[12].

Местом её погребения был Вознесенский монастырь (Москва). В настоящее время (с 1929 года) её гробница в подклети Архангельского собора Кремля.

В 1929 году все гробницы из обречённого на уничтожение Вознесенского собора были перенесены сотрудниками кремлёвского музея в подвальную палату Архангельского собора, где они находятся и по сей день. При вскрытии захоронения Марии Темрюковны был обнаружен скелет, завёрнутый в саван. «Ткань савана, по определению В. К. Клейн (тогдашний заместитель директора Оружейной палаты по научной работе), итальянская камка XVI века, хорошей сохранности на внешних частях. У левого плеча найден восточный сосудик — медная сулейка. Бок её со стороны плеча проржавел и утрачен. Сосуд изъят из гробницы». Хорошо сохранился головной убор царицы — волосник, обнаруженный кремлёвскими археологами под руководством Т. Д. Пановой при исследовании захоронений бывшего Вознесенского монастыря в 1984 году. Череп её плохо сохранился, поэтому восстановить скульптурный портрет невозможно.