Лебедь-трубач

Лебедь-трубач был формально описан в 1831 году шотландским натуралистом Джоном Ричардсоном в четвёртом томе «American Ornithology; or, The Natural History of Birds Inhabiting the United States» Александра Уилсона и Шарля Бонапарта. Ричардсон ввёл современное биноминальное название Cygnus buccinator^[6]. Описание Ричардсона также было опубликовано в «Fauna Boreali-Americana, or, The Zoology of the Northern Parts of British America» Уильяма Суэйнсона и Ричардсона. Хотя на титульном листе стоит 1831 год, фактически том был опубликован только в 1832 году^[7][8]. Этимология видового названия buccinator происходит от слова bucina — особого вида военной трубы^[9]. Лебедь-трубач монотипичен, то есть подвиды не выделяются^[10].

Лебедь-трубач — крупнейший современный вид водоплавающих птиц, а также самая тяжёлая и длинная птица, обитающая в Северной Америке. Взрослые особи обычно имеют длину тела от 138 до 165 см, хотя крупные самцы могут превышать 180 см в общей длине.^{[1][12][13][14]} Масса взрослых птиц обычно составляет от 7 до 13,6 кг. Возможно, из-за сезонных колебаний, связанных с доступностью пищи и возрастом, средняя масса самцов варьирует от 10,9 до 12,7 кг, а у самок — от 9,4 до 10,3 кг.^{[1][15][16][17]}

Это одна из самых тяжёлых летающих птиц и животных, способных к полёту, и по средней массе — самая тяжёлая летающая птица в мире. Наряду с лебедем-шипуном (Cygnus olor), кудрявым пеликаном (Pelecanus crispus), корибустардом (Ardeotis kori) и андским кондором (Vultur gryphus), это один из немногих видов, масса которых у обоих полов превышает 10 кг, а по результатам одного из исследований зимующих лебедей-трубачей, средняя масса уступала только кондору^[18][19]. Размах крыльев лебедя-трубача составляет от 185 до 304,8 см, а длина плечевого крыла — от 60 до 68 см.^{[1][12][13][20]} Крупнейший известный самец достигал длины 183 см, размаха крыльев 3,1 м и массы 17,2 кг. Это второй по массе дикий водоплавающий, когда-либо найденный: у одного лебедя-шипуна была зафиксирована масса 23 кг, но неясно, был ли он способен к полёту из-за своей массы^[21].

Взрослые птицы полностью белые. Как и у лебедя-шипуна, у птенцов лебедя-трубача оперение светло-серое, а ноги розоватые; белое оперение появляется примерно через год. Как и у лебедя-кликуна, у этого вида вертикальная посадка и обычно прямая шея при плавании. Клюв крупный, клиновидный, чёрный, иногда с минимальным розовым оттенком у основания; это самый крупный клюв среди всех водоплавающих птиц. Длина клюва — 10,5–12 см, что вдвое больше, чем у канадской казарки (Branta canadensis). Ноги серо-розовые, у некоторых особей — желтовато-серые или даже чёрные. Длина цевки — 10,5–12 см.

Лебедь-шипун, интродуцированный в Северную Америку, немного меньше, но легко отличим по оранжевому клюву и иной форме тела (особенно шеи, которая обычно изогнута, в отличие от прямой у трубача). Лебедь-шипун часто встречается круглый год в населённых районах, тогда как лебедь-трубач предпочитает нетронутые водно-болотные угодья с минимальным вмешательством человека, особенно в период гнездования^[1].

Лебедь-кликун (C. columbianus) внешне больше похож на трубача, но заметно меньше. Шея самца трубача может быть вдвое длиннее, чем у лебедя-кликуна.^[1] Лебедь-кликун отличается также жёлтыми уздечками, хотя у некоторых трубачей они тоже бывают жёлтыми; такие особи часто лейцистичны и имеют более светлые ноги.^[22] Отличить трубача и кликуна на расстоянии (когда размер сложно оценить) можно по более длинной шее и крупному клиновидному клюву у трубача.

Голос лебедя-трубача похож на крики лебедя-кликуна и лебедя-малого. Это громкие и довольно музыкальные птицы, их крик напоминает звук трубы, что и дало название виду.

Континентальные кооперативные учёты лебедей-трубачей проводятся регулярно с 1968 года, повторялись в 1975 году, а затем каждые 5 лет. Последний учёт состоялся в 2015 году^[5]. В ходе учёта оценивается численность и продуктивность по всему ареалу трёх признанных североамериканских популяций: тихоокеанской (PCP), скалистогорной (RMP) и внутренней (IP) (см. рисунок). С 1968 по 2010 год численность увеличилась с 3722 до примерно 46 225 особей, в основном благодаря реинтродукции в исторический ареал^[5].

Гнездовые биотопы лебедя-трубача включают крупные и мелководные пруды, нетронутые озёра, чистые болота, широкие и медленные реки, а также заболоченные участки на северо-западе и в центре Северной Америки. Наибольшее количество гнездящихся пар встречается на Аляске. Лебеди-трубачи предпочитают места с достаточным количеством воды для взлёта, доступными и надёжными источниками пищи, мелкой и чистой водой, а также минимальным вмешательством человека^[23]. Естественные популяции мигрируют клинообразными стаями к побережью Тихого океана и в некоторые районы США. Выпущенные популяции в основном оседлы.

Зимой лебеди-трубачи мигрируют в южную часть Канады, восточную часть северо-западных США (особенно в район Red Rock Lakes в Монтане) и северную часть региона Пьюджет-Саунд в штате Вашингтон^[24]; мигрирующие популяции отмечались даже на юге, вплоть до Пагоса-Спрингс, Колорадо. Исторически ареал лебедя-трубача простирался на юг до Техаса и южной Калифорнии^[25]. С 1992 года лебеди-трубачи также отмечаются в Арканзасе с ноября по февраль на озере Магнесс, недалеко от Хибер-Спрингс^[26]. Кроме того, в коллекции Музея сравнительной зоологии в Кембридже, Массачусетс хранится экземпляр, добытый Ф. Б. Армстронгом в 1909 году в Матаморосе, Тамаулипас, Мексика^[27]. C. buccinator в настоящее время считается исчезнувшим в дикой природе в Мексике. В начале 2017 года молодая особь лебедя-трубача поселилась на реке French Broad River в Ашвилле, Северная Каролина, что стало первым подобным наблюдением в этом регионе^[28].

Оседлые лебеди-трубачи были также искусственно интродуцированы в некоторых районах Орегона. Благодаря своей природной красоте, они привлекают орнитологов и других любителей природы. Интродукция нехарактерных видов на Западе, например, через Oregon Trumpeter Swan Program (OTSP), подвергалась критике, однако организаторы программы считают, что привлекательность природных мест важнее исторического ареала^[29].

Случайные наблюдения лебедя-трубача отмечались в Великобритании^[30]; хотя некоторые из них считаются залётными, большинство, вероятно, представляют собой особей, сбежавших из неволи. Единственный случай размножения этого вида в Великобритании зафиксирован в 1997 году, когда две особи из группы, сбежавшей из коллекции водоплавающих в Апеторп-Палас, Нортгемптоншир, вырастили одного птенца на реке Нен^[31].

Эти птицы кормятся, плавая, иногда ныряя или опуская голову под воду для добычи пищи. Основу рациона составляют водные растения, иногда — насекомые^[32]. Они поедают как листья, так и стебли погружённой и надводной растительности, а также выкапывают корни и клубни из ила. Зимой могут питаться травами и злаками на полях. Часто кормятся как днём, так и ночью. Активность кормления и масса птиц обычно достигают пика весной, перед началом гнездового сезона^[33]. Молодые особи поначалу включают в рацион насекомых, мелкую рыбу, рыбью икру и мелких ракообразных, что обеспечивает дополнительный белок, а затем переходят на растительную пищу в течение первых месяцев^[34].

Яйца лебедя-трубача поедают вороны (Corvus corax), еноты (Procyon lotor), росомахи (Gulo gulo), чёрные медведи (Ursus americanus), гризли (Ursus arctos horribilis), койоты (Canis latrans), волки (Canis lupus), пума (Puma concolor) и американские выдры (Lontra canadensis).^{[35][36][37][38][39][40][41]} Размещение гнезда может частично защитить от большинства млекопитающих-хищников, особенно если оно расположено на островах или плавающей растительности в глубоких водоёмах. Большинство этих же хищников охотятся и на молодых птенцов, а также каймановые черепахи (Chelhydra serpentina), чайки калифорнийские (Larus californicus), филины (Bubo virginianus), лисы (Vulpes vulpes) и американские норки (Neogale vison).^{[36][38][42][43][44][45]} Крупных птенцов и, редко, взрослых птиц могут атаковать беркуты (Aquila chrysaetos), рыси (Lynx rufus), а возможно, и койоты, волки и пумы.^[43][45][46]

При угрозе яйцам и птенцам родители проявляют агрессию: сначала демонстрируют покачивание головой и шипение, а если этого недостаточно — вступают в физическую схватку, нанося удары мощными крыльями. Взрослые особи способны отбить нападение хищников, равных им по массе, например, койотов. Нападения на взрослых вне гнездового периода крайне редки; угрозу могут представлять беркуты, белоголовые орланы и койоты, но подтверждённых случаев очень мало^[47]. В 2008 году были сделаны фотографии уникальной атаки белоголового орлана (Haliaeetus leucocephalus) на взрослого лебедя-трубача в полёте, однако лебедь выжил^[48]. В другом случае койот убил раненого взрослого лебедя-трубача^[49].

В неволе представители этого вида доживали до 33 лет, а в природе — до 24 лет. Молодые лебеди-трубачи имеют лишь около 40 % шансов на выживание из-за деятельности человека, хищников, затопления гнёзд и голода. В некоторых районах успех размножения значительно выше, и иногда все птенцы доживают до взрослого состояния. Смертность взрослых низка, ежегодная выживаемость обычно составляет 80–100 %, если только на них не охотятся люди^[50].

Как и другие лебеди, лебеди-трубачи часто образуют пары на всю жизнь, и оба родителя участвуют в воспитании потомства, но в основном самка насиживает яйца. Большинство пар формируется в возрасте 5–7 лет, хотя некоторые образуются почти в 20 лет. Известны случаи «разводов», после которых птицы вступают в новые моногамные отношения в разные сезоны. Иногда, если самка погибает, самец может больше не образовывать пару до конца жизни^[23].

В конце апреля пары приступают к строительству гнезда, что занимает от 11 до 35 дней. Перед этим, как и у многих других видов птиц, происходят брачные ритуалы.^[51] Лебеди-трубачи склонны избегать контактов с сородичами, поэтому при первой встрече потенциальной пары наблюдается некоторая неохота сблизиться^[52].

Для преодоления этого барьера возможны два типичных поведения. Сначала самец преследует самку ненавязчиво. Когда самка позволяет приблизиться, самец касается грудью её бока, после чего оба прижимаются друг к другу грудями^[52]. В этот момент перья на шее самца поднимаются, а клювы пары опускаются вниз, что сигнализирует о примирении. Другое проявление — самец плывёт к самке, поворачивая голову из стороны в сторону, чтобы привлечь её внимание^[52]. Другие типичные демонстрации включают расправление и поднятие крыльев, быстрое или дрожащее движение крыльев, покачивание головой, а также трубный крик, давший название виду^[53].

Акустическая коммуникация у лебедей-трубачей распространена во всех возрастах. От птенцов до взрослых особей их крики различимы и выполняют множество функций. Классический трубный крик слышен на большом расстоянии и является основным способом общения. Этот крик напоминает гудок, так как частота сильно варьирует. Обычно он звучит при тревоге или угрозе, служит предупреждением или отпугивает хищников громкостью^[53]. В брачный период наиболее характерен дуэт — когда пара исполняет почти синхронные крики, различить которые сложно^[53].

Такое поведение сопровождается описанными выше движениями головы и крыльев. Дуэт также помогает координировать совместную защиту гнезда от хищников^[53]. При выборе партнёра лебедь-трубач часто возвращается к прежнему спутнику. Часто пара возвращается и к прежним гнездовым участкам, если там был успешный выводок.^[51]

Хотя ареалы двух видов не пересекаются, лебедь-трубач может скрещиваться с близким родственником — лебедем-кликуном (Cygnus cygnus), и гибриды отмечались в природе, вероятно, в результате скрещивания диких трубачей с залётными или интродуцированными кликунами.^[54][55]

Строительство гнезда — очень точный процесс, занимающий 11–35 дней; обычно пары начинают его в конце апреля^[51]. Сроки могут немного сдвигаться из-за погодных условий: если предыдущий год был холодным и влажным, самки могут быть не готовы к размножению сразу, и гнездование задерживается. Гнёзда лебедей-трубачей обычно расположены вблизи или среди воды, что снижает риск хищничества, обеспечивает доступ к корму и воду для птенцов.^[51]

Длительность строительства объясняется крупными размерами гнезда (1,2–3,6 м в диаметре), которое строится в основном из подводной растительности, трав и злаков.^[51] Взрослые лебеди не приносят материал прямо к месту гнезда: самцы бросают органику через плечо, постепенно приближаясь к гнезду.^[52] В конце концов оба партнёра участвуют в строительстве, но основную работу выполняет самец. Во время строительства самка кормится чаще, чтобы подготовиться к откладке яиц^[56]. Это поддерживается самцом, так как здоровье самки влияет на выживаемость потомства и успешность размножения.

Обычно самка откладывает 4–6 яиц и насиживает их 32–37 дней^[51]. Яйца в среднем имеют ширину 73 мм, длину 113,5 мм и массу около 320 г.^[23] Это, возможно, самые крупные яйца среди ныне живущих летающих птиц; они примерно на 20 % крупнее по размеру и массе, чем у андского кондора, и более чем вдвое тяжелее, чем у корибустарда.^[57][58][59]

После откладки яиц самка проводит большую часть времени на гнезде. Примерно каждые 20 минут она встаёт, чтобы перевернуть яйца клювом, затем снова садится^[52]. Это необходимо для равномерного прогрева яиц; переохлаждение приводит к высокой смертности птенцов. Самка покидает гнездо только на короткие перерывы (около 20 минут), предварительно укрывая яйца растительным материалом. Если она этого не делает, яйца прикрывает самец^[60]. В это время самка кормится, а иногда купается и чистит перья^[52].

Единственный другой повод для ухода самки — помощь самцу в отпугивании хищников^[61]. Оба родителя редко покидают гнездо одновременно, обычно один из них всегда охраняет яйца^[56]. Самец в этот период становится особенно бдительным и агрессивным, особенно при появлении хищников или других лебедей^[61]. Обычно, когда самка уходит, самец стоит на страже, а иногда даже садится на яйца^[56].

После образования пары самец часто начинает брачные крики, приводящие к дуэту. До и во время откладки яиц самец занимается строительством гнезда и сбором материалов. Пока самка насиживает яйца, самец меньше ест и спит, особенно когда самка покидает гнездо. Это сопровождается большей агрессивностью по отношению к хищникам и другим лебедям^[56].

В плане родительского поведения основная роль самца уже выполнена, но он продолжает защищать потомство и даёт самке возможность восстановить силы. Это позволяет совершать миграции и обеспечивает многолетнее размножение.^[56] Здоровье самки важно, так как у лебедей-трубачей обычно один партнёр на всю жизнь. Здоровая самка увеличивает шансы на успешные кладки и гнездование.^[56] В первые дни после вылупления самец часто сопровождает птенцов во время кормления вне гнезда.^[60]. Основная роль самца — защита потомства.

Увеличенное внимание самца к потомству позволяет самке чаще кормиться и тратить больше энергии на защиту и здоровье птенцов^[56]. В период до и во время откладки самцы более активны, что способствует успешному размножению, позволяя самке восполнить энергию для насиживания и других важных процессов.^[56] После вылупления самка почти не покидает гнездо, за исключением случаев отпугивания хищников.^[60]

Первые 1–2 дня после вылупления птенцы находятся под самкой. В холодную погоду или ночью самка продолжает согревать их в течение первых недель^[51] Молодые птенцы тесно связаны с родителями, большую часть первых недель проводят с самкой в гнезде или на воде.^[60] Плавать они начинают через два дня, а самостоятельно кормиться — максимум через две недели. Оперение для полёта появляется примерно через 3–4 месяца.^[62] Первую зиму молодые проводят с родителями, после чего становятся самостоятельными^[51].

В XIX и начале XX века лебедь-трубач подвергался интенсивной охоте ради мяса, мягких шкур для пудрениц, а также перьев и маховых перьев. Вид также необычайно чувствителен к отравлению свинцом при поедании дроби и рыболовных грузил. Компания Гудзонова залива ежегодно добывала тысячи лебедей, всего с 1853 по 1877 годы было убито 17 671 особь. В 1908 году Эдвард Пребл писал о сокращении добычи: с 1312 особей в 1854 году до 122 в 1877 году.^[63]

Сэр Джон Ричардсон писал в 1831 году, что лебедь-трубач «самый обычный лебедь во внутренних районах пушных промыслов... Именно к трубачу относится большинство шкур, импортируемых Компанией Гудзонова залива»^[64]. К началу XX века гнездящиеся лебеди-трубачи были почти полностью истреблены в США, сохранилась лишь небольшая популяция менее 70 особей в горячих источниках вблизи Йеллоустонского национального парка. В 1950-х годах воздушное обследование реки Коппер на Аляске выявило несколько тысяч трубачей^[4]. Эта популяция стала важным генетическим резервом для реинтродукции в исторический ареал.

В 1918 году Джозеф Гриннелл писал, что лебеди-трубачи когда-то гнездились в Северной Америке от северо-западной Индианы до Орегона в США и от залива Джеймс до Юкона в Канаде, а зимовали на юге до Техаса и южной Калифорнии^[25]. В 1960 году Уинстон Е. Банко также указывал гнездовой ареал на юге до Небраски, Миссури, Иллинойс, северо-западной Индианы, но в Мичигане проводил восточную границу через Онтарио к западному Квебеку и восточному берегу залива Джеймс^[38].

В 1984 году Гарри Г. Ламсден предположил, что лебеди-трубачи могли быть истреблены на востоке Канады коренными народами с огнестрельным оружием ещё до прихода европейцев, и отмечал археологические находки трубачей на востоке вплоть до Порт-о-Шуа, Ньюфаундленд, датируемые 2000 годом до н. э. Он приводил исторические свидетельства гнездования трубачей, например, августовский отчёт отца Эннепена о лебедях на реке Детройт от озера Сент-Клер до озера Эри в 1679 году и сообщение Кадильяка 1701 года о лебедях летом (23 июля — 8 октября) в том же районе: «Здесь так много лебедей, что камыши, среди которых они собираются, можно принять за лилии»^[65]. На востоке США ареал, возможно, доходил до Северной Каролины: Джон Лоусон (1701) писал: «У нас есть два вида лебедей, один мы называем трубачами... Это самые крупные... весной они уходят на озёра для гнездования», в отличие от «лебедей-кликунов, которые мельче»^[66].

Ранние попытки вернуть этот вид в исторический ареал и интродуцировать в новые районы имели ограниченный успех из-за сокращения подходящих мест обитания и отсутствия миграций у выпущенных птиц. В последние десятилетия численность во всех трёх основных регионах устойчиво растёт. Данные Службы рыболовства и дикой природы США^[67] показывают рост численности на 400 % за этот период, с тенденцией к ускорению.

Одним из препятствий для роста популяции трубачей в районе Великих озёр является увеличение численности интродуцированных лебедей-шипунов, конкурирующих за места обитания^[12][68].

Один из крупнейших охраняемых участков для лебедя-трубача находится в парке Лоис Хоул, рядом с районом Trumpeter в Эдмонтоне, Альберта, на озере Биг-Лейк.

Тысячи лебедей мигрируют через Chain Lakes вдоль бассейна реки Кур-д’Ален в Айдахо Панхандл. Из-за исторической добычи полезных ископаемых в этом районе в 2005–2021 годах в среднем 52 лебедя ежегодно погибали от отравления свинцом^[69][70]. Местные фонды, Idaho Department of Fish and Game и Агентство по охране окружающей среды США работают над очисткой территории и снижением воздействия свинца на мигрирующих лебедей^[71].

Джо Джонсон, биолог из W.K. Kellogg Bird Sanctuary при Мичиганском государственном университете, получил лебедей-трубачей с Аляски для реинтродукции в Мичигане с 1986 года. Популяция выросла благодаря дальнейшим выпускам и естественному приросту до 756 особей к 2015 году. Местные лебеди выиграли от удаления интродуцированных лебедей-шипунов Департамент природных ресурсов Мичигана с 1960-х годов: их численность снизилась с 15 000 в 2010 году до 8 700 в 2015 году^[72].

С 2013 года лебедь-трубач больше не считается угрожаемым в Миннесоте^[73]. Зимой крупная популяция лебедей-трубачей наблюдается в городе Монтиселло^[74].

Группа по восстановлению лебедя-трубача в Онтарио начала проект в 1982 году, используя яйца, собранные в природе. Живых птиц также брали из дикой природы. С тех пор в Онтарио выпущено 584 особи. Несмотря на отравление свинцом от дроби, перспективы восстановления считаются оптимистичными^[75]. К 2021 году популяция составляла от 2500 до 3000 особей^[76], была стабильной и больше не зависела от реабилитационных центров^[77].

Йеллоустонский национальный парк предоставляет лишь ограниченные условия для лебедя-трубача, поэтому здесь встречаются только отдельные особи и зимующие мигранты. Биологи парка связывают сокращение численности с потерей гнёзд и мест гнездования из-за весенних паводков, вызванных изменением климата^[78]. В 2023 году в парке было отмечено 29 лебедей-трубачей: 26 взрослых и 3 птенца^[79].