Лачинов, Евдоким Емельянович

Происходил из дворян Воронежской губернии старинного русского дворянского рода Лачиновых^[1].

Евдоким Лачинов родился в 1799 году в семье отставного майора Емельяна Николаевича Лачинова (ум. 1821) и Прасковьи Евдокимовны (урождённой Шидловской)^[2]. Братья: Николай (1795—1876) и Пётр (1801—?).

Учился в Московском университетском благородном пансионе (с 1810) и харьковской гимназии (1812); затем в Московском университете (1814—1816)^[2]. После открытия в Москве в 1815 году училища колонновожатых начал обучение в нём^[3]. Однако в 1816 году был вынужден прервать обучение; благодаря отличительным способностям, он был отобран в делегацию чрезвычайного посольства в Персидскую империю^{[Комм. 1]}, возглавляемую генерал-лейтенантом Ермоловым^{[5][Комм. 2]}. В связи с этим 26 августа (7 сентября) 1816 года он вступил в воинскую службу. За участие в делах посольства персидское правительство представило Лачинова к ордену Льва и Солнца 3-й степени^[2][7].

Вернувшись в начале 1818 года в Москву, после сдачи экзаменов в 1818 году он был выпущен из училища^[8] с чином прапорщика^{[Комм. 3]}. До 1820 года Лачинов оставался в училище. Получив за отличие чин подпоручика 5 апреля 1821 года он был направлен в Тульчин с назначением на должность старшего адъютанта по квартирмейстерской части при Главном штабе 2-й армии генерала от кавалерии графа Витгенштейна^[3][9].

Ещё при прохождении обучения в Московской школе колонновожатых Лачинов приобщился к запретной литературе (как к русской, так и иностранной). Его общительность и передовые взгляды способствовали к сближению с прогрессивно настроенными офицерами^[10].

В октябре 1816 года в Тифлис одновременно с Лачиновым прибыл и капитан Генштаба Муравьёв (сын основателя школы колонновожатых, и один из основателей тайного «Северного общества»). Отправка посольской делегации в Персию задерживалась, и, по предложению Муравьёва, в период ожидания была проведена топографическая съёмка местности от Моздока до Тифлиса, в которой принял участие и Лачинов. Последний в беседах с Муровьёвым и его другом поручиком Бабарыкиным заинтересовался прогрессивными идеями «Северного общества». Тогда же ими было создано новое общество вольнодумцев «Тифлисская артель», тесно связанное со «Священной артелью». Однако после отбытия с Кавказа весной 1818 года Лачинова и других участников «Тифлисской артели» Машкова и Щербинина, она прекратила своё существование^[11].

Во время своего пребывания в Тульчине Лачинов сблизился с членами «Южного общества», главным образом, с его руководителем Пестелем, и сам стал членом этого общества.

После подавления 14 (26) декабря 1825 года восстания декабристов Лачинов был помещён под домашний арест, а 16 (28) апреля 1826 года по предложению военного министра генерала Татищева графу Витгенштейну Лачинов был заключён в тюрьму. Следствие по делу Лачинова затягивалось. Декабристы Барятинский и Черкасов в своих показаниях указывали на то, что Лачинов был членом «Южного общества», однако бывший руководитель этого общества Пестель «чтобы сберечь молодого Лачинова» на соответствующий вопрос отвечал:

В конечном итоге следователям так и не удалось доказать членство Лачинова в тайном обществе, однако он всё-таки проходил по категории «прикосновенных» за знание, но сокрытие от начальства существование конституционного проекта Пестеля «Русская правда»^[13].

30 августа (11 сентября) 1826 года Лачинов был переведён в Тираспольскую крепость, где и был предан военному суду. 25 ноября (7 декабря) Николаем I была утверждена конфирмация графа Витгенштейна о Лачинове, согласно которой последний лишался всех воинских чинов, ордена и дворянского достоинства. Перед строем войск над Лачиновым была переломлена шпага и был снят мундир. Разжалованный до рядового, он направлялся на Кавказ^[14][15].

На Кавказ Лачинов был отправлен прямо из Тираспольской крепости. По прибытии 13 (25) января 1827 года в Тифлис он был определён в 39-й егерский полк 20-й пехотной дивизии, квартировавший на тот момент в сел. Алиабаде Закатальского округа. 1 (13) апреля Лачинов в составе этого полка выступил из Алиабада в Эриванское ханство для участия в Русско-персидской войне. В мае―июне участвовал в осаде Эривани, а 17 (29) августа в составе сводного отряда генерал-лейтенанта Красовского принял участие в сражении под Ошаканом. В сентябре Лачинов был прикомандирован к батальону Крымского полка, направленному для осады Сардарабада. Его осада началась 14 (26) сентября и окончилась его взятием 20 сентября (2 октября). После Сардарабада Лачинов принимал участие во второй осаде Эривани, начатой 23 сентября (5 октября). Во время её осады Лачинов вместе с другими разжалованными декабристами занимался рытьём траншей на передовых позициях. 1 (13) октября Эривань пала. За отличие в персидской войне и, главным образом, за отличие в ошаканском сражении Лачинов по ходатайству Красовского был произведён в унтер-офицеры. С назначением последнего на должность исполняющего начальника Эриванской области и командующим её войсками, Лачинов состоял при нём чиновником для особых поручений при Главном штабе войск^[17].

В феврале 1828 года Лачинов был направлен в свой полк, который выдвигался к турецкой границе для участия в Русско―турецкой войне. С 20 (2) по 23 июня (5 июля) он участвовал в осаде и последующем взятии Карса и в дальнейшем находился в составе его гарнизона^[19]. Вскоре, по просьбе начальника Карского пашалыка генерал-майора князя Бековича-Черкасского, Лачинов в качестве инструктора был прикомандирован генерал-майором Берхманом к армянской дружине для ознакомления её с порядком несения пограничной службы, а также исправностью караулов их и разъездов^[18]. В дальнейшем участвовал в боях под Ардаганом, а также в августе находился в экспедиционной команде, осуществлявшей помощь по переселению армянских беженцев из-под Ардагана в Карский пашалык, занятый русскими войсками^[20]. За боевые отличия Лачинов в 1829 году был награждён знаком отличия Военного ордена^[11].

По окончании в том же году турецкой войны Лачинов был направлен на Северный Кавказ, где состоял на должности управляющего канцелярией Генерального штаба при командующем войсками Кавказской линии генерал-лейтенанте Вельяминове. В период с 1830 по 1832 годы участвовал в боевых действиях в Дагестане и Чечне^[2][15], включая экспедицию отряда генерал-адъютанта Розена и генерал-лейтенанта Вельяминова в Малую Чечню в 1832 году^[21].

В декабре 1832 года Лачинов в чине прапорщика по болезни подал в отставку^[15].

Выйдя в отставку, Лачинов поселился в родовом имении Натальино, Землянского уезда Воронежской губернии. Там он занялся овцеводством. В середине 1850-х годов в Харькове при его участии была организована акционерная компания по торговле шерстью, а позже он на протяжении нескольких лет был председателем этой компании. Активно развивал торговый оборот и налаживал отношения с иностранным рынком. Позже аналогичную компанию Лачинов открыл и в Новороссийске^[2].

Евдоким Лачинов умер 20 августа (1 сентября) 1875 года в Москве. Существует две версии места его захоронения^[2]:

1. в Москве на Ваганьковском кладбище (могила не сохранилась)^[22].
2. в ограде Никольской церкви села Натальино, Землянского уезда Воронежской губернии (ныне Касторенский район Курской области).

Из письма, написанного Рылеевым (также будущим декабристом) в 1816 году Лачинову в Москву, где первый называет его «Питомцем муз» (то есть поэтом), следует полагать, что Лачинов ещё в юности писал стихи^[25]. В альманахе-ежегоднике для воспитанников школы-пансиона «Каллиопа» публиковались прозаические опыты Лачинова ― «Мысли разных писателей» (1815, Ч. 1) и «Разговор о путешествии» (1816, Ч. 2), а также различные переводы^[2].

Во время своего участия в посольской делегации в Персидскую империю Лачинов составил «Дневник следования посольства» (1817—1818)^[6], являвшийся ценным источником^[26].

После декабрьских событий 1825 года рукописи Лачинова, как, впрочем, и других осуждённых декабристов-литераторов, подвергались жёсткой цензуре. Если они размещались в изданиях, то публиковались анонимно или под какими-либо псевдонимами, а то и вовсе авторство могло принадлежать другим лицам. Так, к примеру, в журнале «Московский телеграф» (1828) была опубликована статья, автором которой являлся Лачинов, «Отрывок из Дневника путешествий по Эриванской области». Как пояснила редакция журнала: «Сии дорожные записки были ведены одним из чиновников, находившихся при генерал-лейтенанте А. И. Красовском… Издатель Телеграфа покорно благодарит почтенную особу, доставившую в Телеграф сии любопытные замечания…»^[27]. Профессор М. А. Полиевктов включил эту статью в свой обзор «Европейские путешественники по Кавказу 1800—1830 гг.» (1946)^[28] в качестве трудов анонимного автора^[29].

Также в петербургской газете «Северная пчела» было опубликовано пространное письмо без подписи «Путешествие по Эриванской области»^[30], написанное в Эриванской цитадели в конце декабря 1827 — начале января 1828 годов. Долгое время авторство данных рукописей приписывалось Грибоедову. Редактор «Собрания сочинений А. С. Грибоедова» (1889)^[31] И. А. Шляпкин даже поместил их в данный сборник. На то, что рукописи принадлежат перу декабриста Лачинова, впервые указал библиограф Н. М. Ченцов в «Восстании декабристов» (1929)^[32]. Тоже подтвердил и профессор М. Г. Нерсисян, проведя, главным образом, сравнительный анализ^[15][33].

Также анонимно в газете «Тифлисские ведомости» (1829)^[34] под рубрикой «Корреспонденция» были опубликованы — «Письма из Карса»^[29][35]. На Лачинова же, как на автора данных писем, впервые обратил внимание Е. Г. Вейденбаум^[36][37]. Академик П. В. Гугушвили указывает на то, что Лачинов являлся сотрудником «Тифлисских ведомостей»^[38].

Лачиновым был написан рассказ «Быль» (1828), посвящённый судьбе участника Отечественной войны 1812 года и сражений на Кавказе^[2]. По предположению Е. Г. Вейденбаума^[39], скрытым соавтором Екатерины Лачиновой при написании роман-памфлета под псевдонимом Е. Хамар-Дабанова «Проделки на Кавказе» (1844)^[40] мог являться Евдоким Лачинов, который был родным старшим братом её мужа флигель-адъютанта Николая Лачинова^[41].

Особо ценный сохранившийся источник представляет собой рукопись Лачинова под общим названием «Моя исповедь» с подзаголовком «Записки русского солдата». Большей частью она была составлена в виде дневника, а периодически и в виде писем^[15]. В ней Лачинов, кроме описания военных действий, как и в «Дневнике следования посольства», особое внимание уделял памятникам древней архитектуры (цитаделям, монастырям, церквам и мечетям)^[42]. Сохранились письма Лачинова, адресованные Н. Н. Муравьёву-Карскому, датированные 1818 годом^[43].

В 1850―1860-х годах Лачинов публиковал статьи по торговле шерстью и о деятельности компании в таких органах русской периодической печати, как «Северная почта», «Северная пчела», «Коммерческая газета», «Одесский вестник» и др.^[15]

В 1864 году Лачинов, используя свои дневники, опубликовал в «Сборнике материалов о событиях XIX в. в России» статью «Воспоминания декабриста», а в 1875 году (перед смертью) составил письмо на имя Великого князя Михаила Николаевича, содержащее свою автобиографию, которое было опубликовано в том же «Сборнике»^[2].

Уже после смерти Лачинова отрывки из его «Исповеди» с указанием на его авторство были опубликованы в «Кавказском сборнике» (1876^[44]—1877^[21]), а в 1967 году в «Историко-филологическом журнале» М. Г. Нерсисяном были опубликованы «Записки декабриста Е. Е. Лачинова о путешествии А. П. Ермолова в Иран в 1817 г.»^[6].

Известно, что в 1827 году Лачинов по поручению Красовского производил подробное статистическое описание Эриванской области. Относительно этого поручения Лачинов писал:

В проведении данных исследований Лачинову оказывал деятельную помощь Эчмиадзинский архиепископ Нерсес Аштаракеци, а также он пользовался замечаниями и наставлениями армянского учёного Шагана Джрпетяна^[35][45]. Однако после отбытия 11 (23) февраля 1828 года Красовского в Россию Лачинов был переведён в свой полк, соответственно, прекратив свою научную деятельность. Судьба выполненных им трудов по исследованию Армении осталась неизвестной^[42].

В 1829 году работу по изучению «вновь присоединённого края» по распоряжению исполняющего обязанности наместника на Кавказе графа И. Ф. Паскевича продолжил И. И. Шопен, который в 1852 году издал книгу «Исторический памятник состояния Армянской области в эпоху её присоединения к Российской империи»^[46]. По утверждению историка И. Г. Туняна, Шопен реализовал программу Лачинова, не упомянув при этом последнего. Основой к данному утверждению послужила высокая степень идентичности многих разделов «Исповеди» Лачинова и «Исторического памятника…» Шопена^[47].