Лампон

Лампон был знаменитым прорицателем, жрецом и «толкователем божественного права» в Древних Афинах^[1][2]. О влиятельности Лампона свидетельствует право пожизненного обеда в пританее. В здании заседали члены государственного совета Пятисот. Лампон получил право беспрепятственного доступа в один из высших органов власти Древних Афин в качестве толкователя божественных законов, который должен не допускать принятия нечестивых решений^[3]. Прорицатель принадлежал к близкому кругу Перикла, что можно трактовать в двух контекстах. Либо Перикл был не чужд суеверий^[4], либо использовал авторитет знаменитого прорицателя для влияния на народные массы^[5]. Плутарх пересказывает историю, которая передаёт противоположность двух мировоззрений — старых верований Лампона и научного подхода философа Анаксагора среди окружения Перикла. Когда тому принесли голову барана с одним рогом посередине, то Лампон увидел в этом свидетельство скорой победы Перикла над политическим оппонентом Фукидидом, сыном Мелесия. Анаксагор же смог объяснить уродство естественными явлениями. Правда, вскоре Фукидида изгнали, что увеличило авторитет Лампона^[6][7][8].

Согласно Диодору Сицилийскому, Лампон наряду с Ксенокритом в 446 году до н. э. был ойкистом города Фурии^[9]. Прорицателя отправили в Италию для организации религиозной жизни в городе^[10]. Ему также надлежало выбрать место для колонии исходя из каких-то предсказаний и оракулов^[11]. Основание этой колонии было частью экспанионистской и антидельфийской политики Перикла. Поэтому указание в античных источниках на то, что колонистами руководил человек из «ближнего круга» Перикла, принимается большинством историков. Среди переселенцев в Фурии были и другие близкие к Периклу люди, такие как историк Геродот, софист Протагор и архитектор Гипподам из Милета^[12][13].

Лампон не остался в Фуриях, а вернулся обратно в Афины. В 421 году до н. э. он входил в состав афинского посольства, которое отправили в Спарту для заключения так называемого «Никиева мира». При перечислении афинян, которые приносили клятвы и заключали мирный договор, Фукидид ставит на первое место Лампона. Его участие в посольстве свидетельствует о большом значении, которое придавали религиозным аспектам при заключении договоров^[14][7]. Возможно, Лампон давал предсказания перед началом Сицилийской экспедиции в 415 году до н. э.^[15]

Некоторые биографические данные о Лампоне содержатся в эпиграфических источниках. Остракон с надписью «Эсхреон, сын Лампона» предполагает вопрос об идентичности этого Лампона с прорицателем из ближнего круга Перикла^[16]. Сохранилась надпись с принятым по предложению Лампона декретом Народного собрания конца V века до н. э. В нём говорится, что архонт-басилевс должен определить границы теменоса Пиларгика. В его пределах было запрещено воздвигать алтари без соответствующих постановлений совета Пятисот и Народного собрания. Также с участка было запрещено выносить какие-либо предметы, в том числе камни и землю, являвшиеся священной собственностью божества. Нарушение запрета расценивалось как нечестивый поступок, что предполагало судебное разбирательство по обвинению в нечестии^[17]. Также Лампон инициировал проведение дополнительных пожертвований Дельфийскому оракулу и храму в Элевсине^[18].

О влиянии Лампона свидетельствует его частое высмеивание в древних аттических комедиях^[18]. Согласно Афинею комедиографы, среди которых он выделяет Каллия с пьесой «Скованные», Лисиппа с «Вакханками» и Кратина с «Беглянками», высмеивали прорицателя за чревоугодие. Сама комедия «Беглянки» датируется 444—443 годами до н. э. и посвящена основанию Фурий^[19]. Афиней приводит два фрагмента из сочинения Кратина: «Лампона, кого не мог / Декрет удержать ни один от пира дружеского,» и «Отрыгивает опять, / Ведь жадно он жрет всё, что есть; за султанку стал бы драться». Лампона также упоминает в комедии «Птицы» Аристофан. Его шутка связана с игрой слов^[20][21][7].

Разговор Перикла с Лампоном приводит Аристотель в «Риторике» в качестве примера одного из трёх случаев, когда в речи уместно прибегать к вопросу. По мнению Аристотеля, если два утверждения противоречат одно другому, то грамотно поставленный вопрос позволяет показать их нелепость^[22]:

Также Лампон фигурирует в качестве второстепенного персонажа в современных, посвящённых Периклу, художественных произведениях. Среди них можно выделить романы «Аспазия» Р. Гамерлинга^[23], «Человек из Афин» Г. Д. Гулиа^[24] и др.