Каринский, Михаил Иванович

Родился 4 (16) ноября 1840 года в Москве в семье священника: «Ноября четвёртого дня за тысяча восемьсот сороковой год родился Михаил, крещён 8 числа, родители его означенной больницы Диакон Иоанн Каринский и законная жена его Марья [Мария] Герасимовна, оба греко-российского исповедания, восприемники были оной больницы доктор медицины Алексей Казмич [Кузьмич] Щировский и письмоводителя 14 класса чиновника Андрея Майкова жена Варвара Алексеевна. Крестил священник Иоанн Баршев с пономарём Александром Лебедевым»^[2]. Отец — Иоанн Александрович Каринский (1815—1891); мать — Каринская (урожд. Лебедева) Мария Герасимовна (1818—1878). Всего в семье родились 15 детей, до взрослого возраста дожили только трое: Михаил; Сергей (1839—1901) — надворный советник, московский чиновник; Феодосия (1855—1930), в браке за М. А. Некрасовым, преподавателем философии, психологии, логики и дидактики Вифанской духовной семинарии.

Михаил Каринский поступил в Московскую духовную семинарию (Божедомский пер.) в 1852 году. Посвящён в стихарь 12 мая 1857 года. По окончании курса семинарского обучения в июле 1858 года был причислен к первому разряду семинарских воспитанников, возведён в степень студента и уволен в Епархиальное ведомство^[3].

В августе 1858 года поступил в Московскую духовную академию (XXIII учебный курс). В Академии учился философии у профессора В. Д. Кудрявцева-Платонова, известного представителя «школы верующего разума», строившего систему трансцендентального монизма. По окончании курса академического учения в июне 1862 г. был причислен к первому разряду воспитанников Академии и 28.09.1862 г. возведён Святейшим Правительствующим Синодом в степень магистра. 15 февраля 1863 г. Михаилу Каринскому был вручён магистерский диплом и аттестат об успехах и поведении в Академии^[4].

4 января 1863 г. определён в Вифанскую духовную семинарию профессором по классу гражданской истории и греческого языка во 2-ом классе низшего отделения; с 28 сентября 1864 г. ему поручено преподавание латинского языка вместо греческого в том же классе.

13 августа 1865 года он был перемещён в Московскую духовную семинарию профессором по классу логики, психологии и латинского языка. 10/20 июня 1868 г. М. И. Каринскому поручено преподавание педагогики в 5 классе семинарии. 18/30 сентября 1868 г. переведён на кафедру латинского языка с преподаванием в 1, 2 и 4 классах.

17.08/04.09 1867 г. избран членом Педагогического и распорядительного собрания Правления Московской духовной семинарии (уволен от звания члена собрания 08.07.1868 г. в соответствии с прошением). 31.01.1869 г. вновь избран членом Педагогического собрания Правления семинарии.

После смерти В. Н. Карпова, последовавшей в декабре 1867 г., М. И. Каринский выставил свою кандидатуру на занятие вакантной должности по кафедре логики и психологии Санкт-Петербургской духовной академии, представив на конкурс свою программу. Программа получила высокую оценку, но конкурс выиграл воспитанник академии и преподаватель Петербургской духовной семинарии А. Е. Светилин, назначенный бакалавром кафедры и ставший впоследствии профессором.

Петербургский период в деятельности М. И. Каринского начинается с середины 1869 г. После избрания Советом Санкт-Петербургской Духовной академии он был утверждён 15 августа 1869 г. в должности доцента кафедры метафизики.

Отмечая заслуги М. И. Каринского, Правление Московской духовной семинарии 1 сентября 1869 г. постановило выразить ему «искреннюю признательность за отличную и примерную службу в должности наставника семинарии и члена Правления».

15 марта 1871 года с Высочайшего соизволения от 25 февраля 1871 г. М. И. Каринский командирован Святейшим Синодом за границу на один год «для ближайшего ознакомления с состоянием преподаваемой им науки». В 1871—1872 г.г. находился в Германии, где стажировался в университетах Гейдельберга, Йены и Гёттингена: слушал лекции знаменитых профессоров К. Фишера, Р. Г. Лотце, Э. Г. Целлера, К. Рейхлина фон Мельдегга и др., по результатам этой стажировки опубликовал свой «Критический обзор последнего периода германской философии» (1873).

С 13 июня 1873 года М. И. Каринский — экстраординарный профессор по кафедре метафизики^[5]. 31.08.1873 г. Советом Академии ему было поручено временное чтение лекций по истории философии, к которому он приступил с 01.10.1873 г. С 13 мая 1874 г. решением Святейшего Синода М. И. Каринский согласно его прошению перемещён с кафедры метафизики на кафедру истории философии.

В октябре 1874 г., после смерти П. Д. Юркевича, открылась вакансия профессора по кафедре философии Московского университета, и профессор церковной истории историко-филологического факультета А. М. Иванцов-Платонов предложил М. И. Каринского в качестве профессора. Однако назначение не состоялась, поскольку М. И. Каринский к тому времени защитил только магистерскую диссертацию.

16 сентября 1876 года приват-доцентом метафизики Санкт-Петербургской духовной академии стал М. И. Смоленский^[6], а Каринский с 31 августа 1877 года был избран на четыре года членом обыкновенных собраний Совета Академии от богословского отделения.

Указами Правительствующего Сената (по департаменту Герольдии):
от 24.11.1878 г. № 3437 утверждён в чине титулярного советника по степени магистра со старшинством с 04.01.1863 г.;
от 01.03.1879 г. № 564 произведён за выслугу лет в чин коллежского асессора со старшинством с 04.01.1866 г.;
от 08.10.1879 г. № 2907 произведён за выслугу лет в чин надворного советника со старшинством с 04.01.1870 г.

30 мая 1880 года после публичной защиты диссертации («рассуждений») «Классификация выводов» на историко-филологическом факультете Санкт-Петербургского университета был удостоен учёной степени доктора философии и утверждён в этой степени решением Совета университета от 31.05.1880 г.

7 июня 1880 г. М. И. Каринский избран ординарным профессором Санкт-Петербургской Духовной академии и утверждён в этом звании указом Святейшего Синода от 4 августа 1880 г. № 3003.

31.08.1881 г. вновь избран членом обыкновенных собраний Совета Духовной академии от богословского отделения.

Указами Правительствующего Сената (по департаменту Герольдии):
от 10.07.1880 г. № 2421 произведён в чин коллежского советника со старшинством с 04.01.1874 г.;
от 15.03.1882 г. произведён за выслугу лет в чин статского советника со старшинством с 04.01.1878 г.^[7].

Преподавал историю философии в Санкт-Петербургской Духовной Академии до 24 сентября 1894 г. Читал лекции по истории философии, логике и психологии на Высших женских курсах (1882—1889 г.г.) и на Педагогических курсах (1891—1892 г.г.).

Среди его работ этого периода были «Борьба против силлогизма в новой философии» (1880), Лекции по истории новой философии (1884), «Бесконечное Анаксимандра» (1890) и др.

Действительный член Психологического общества при Московском университете^[8], почётный член Философского общества при Петербургском университете^[9] (почётными членами Общества также были: В. Вундт, Н. Ф. Каптерев, A. A. Козлов, Л. М. Лопатин, Л. Н. Толстой, Ш. Ренувье, Г. Спенсер, К. Фишер, Э. Целлер)

М. И. Каринский скончался 20 июня (3 июля) 1917 года на даче в деревне Большая Субботиха, Вятского уезда, Вятской губернии. Похоронен в Успенском Трифоновом монастыре^[10].

Современники высоко оценили итоги жизни и деятельности М. И. Каринского.

«Только с появлением трудов П. Юркевича, В. Кудрявцева-Платонова, Н. Дебольского, В. Соловьёва, М. Каринского, Б. Чичерина русский ум начал по-настоящему самостоятельное философствование» (Б. В. Яковенко. История русской философии)^[11].

«… Ещё нужно назвать имя М. И. Каринского, воспитанника Московских семинарии и академии, и затем многолетнего профессора Санкт-Петербургской академии, — это был тончайший аналитик и критик философских систем, сочетавший эту критическую требовательность с непреклонностью веры…» (Г. В. Флоровский. «Пути русского богословия»).

Орден Св. Анны 3-й степени — 14.07.1873 г.
Орден Св. Станислава 2-й степени — 09.06.1878 г.
Орден Св. Анны 2-й степени — 07.08.1882 г.
Орден Св. Владимира 4-й степени — 05.04.1887 г.

17 августа 1869 г. женился на Маргарите Викторовне Зотиковой (07.08.1849—н.д.), дочери московского чиновника, сестре В. В. Зотикова и Е. В. Зотикова.

Сыновья — Николай Михайлович Каринский (1873—1935), российский и советский филолог-славист, палеограф, диалектолог, член-корреспондент АН СССР (1921, до 1925 — РАН) и Владимир Михайлович Каринский (1874—1932), российский философ, профессор кафедры философии Харьковского университета.

Дочь — Нина Михайловна Луппова (урожд. Каринская) (1878—1957), жена П. Н. Луппова (1867—1949), историка Вятского края, доктора исторических наук, доктора богословия; окончила Высшие (Бестужевские) женские курсы, до 1917 г. учитель начальной школы в Петербурге, после переезда в Вятку (1917 г.) читала лекции по педагогике.

В. М. Каринский и Н. М. Каринская (Луппова) состояли членами Философского общества при Петербургском университете.

• «Египетские иудеи» («Христианское чтение», 1870, июль, — С. 121—163; сентябрь, — С. 398—461),
• «Критический обзор последнего периода германской философии» («Христианское чтение», 1873),
• «К вопросу о позитивизме» («Прав. обозр.», 1875),
• «Подложные стихи в сочинении иудейского философа Аристовула» («Ж. М. H. Пр.», 1876),
• «Аполлоний Тианский» (там же, 1876),
• «Явление и действительность» («Прав. обозр.», 1878),
• «Классификация выводов. Исследование М. Каринского» (СПб., 1880),
• «Тёмное свидетельство Ипполита о философе Анаксимене» («Христ. чтение», 1881),
• «Связь философских взглядов с физико-астрономическими в древнейший период греческой философии» (там же, 1883),
• «Учебники логики М. М. Троицкого» («Ж. М. Н. Пр.», 1889),
• «Бесконечное Анаксимандра» (там же, 1890),
• «Идеализм и реализм: Историко-критическое обозрение» Петра Линицкого" («Христ. чтение», 1892),
• «Об истинах самоочевидных» («Ж. М. H. Пр.», 1893),
• «По поводу статьи г. проф. А. И. Введенского» («Вопросы философии и психологии», 1895),
• «По поводу полемики г. проф. Введенского против моей книги» («Ж. М. H. Пр.», 1896),
• «Разбор мнения Милля о постулатах геометрического знания, подразумевающихся при геометрических дефинициях» (там же, 1897),
• «Ф. Козловский. Учебник логики» (там же, 1897),
• «Разногласие в школе нового эмпиризма по вопросу об истинах самоочевидных» (Пг., 1914),
• "Отрывок из литографированного издания Каринского «Логика» («Вопросы философии», 1947).

• Каринский М. И. Классификация выводов. // Избранные труды русских логиков XIX века. М.: Изд-во АН СССР, 1956. — 404 с., с. 3—177.
• Каринский М. И. Явление и действительность // Антология феноменологической философии в России / Под общ. ред. И. М. Чубарова. М., 1998. С. 18-52.
• Каринский М. И. Критический обзор последнего периода германской философии. Изд. 2-е, испр. Серия: «Из наследия философской мысли: история философии». М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2011. — 336 с.
• Каринский М. И. Об истинах самоочевидных. Изд. 2-е. Серия: «Из наследия мировой философской мысли: логика». М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2011. — 200 с.

В «Обзоре немецкой философии» Каринского представлен очерк развития основных идей немецкой философии, начиная с Канта и кончая Гартманом. История философии привела Каринсого к рассмотрению вопросов, составляющих догматическую часть его философии^[12].

Каринский был убеждён в том, что на почве критической философии невозможно построение новой гносеологической системы. Попытка решения этой задачи была предпринята в докторской диссертации «Классификация выводов», которую по уровню логико-философской интуиции можно поставить в один ряд с логическими сочинениями Аристотеля, Ф.Бэкона, Лейбница, Дж. С.Милля, Гегеля^[13].

«Классификация выводов» — единственный русский труд Каринского по логике^[12]. Философ показывает здесь несостоятельность обоих противоположных направлений в логике — силлогистического, формального (Аристотелевского) и индуктивного (Бэкона и Милля). Он утверждает, что нельзя основывать классификацию выводов на противоположности между индукцией и силлогизмом. Среди силлогистических выводов найдутся такие, которые окажутся ближе к индуктивным, чем к другим силлогистическим; самый принцип деления силлогистических фигур, как чисто внешний, разъединяет сродное и соединяет совершенно различное. Противоположная школа Бэкона и Милля указала на некоторые существенные недостатки силлогистики, но сама не выдерживает критики. Отрицание силлогизма Бэконом покоится на недоразумении, и его теория индукции отлично уживается с силлогизмом. Утверждение Милля, что всякий силлогизм есть petitio principii и что мы заключаем от частного к частному — неверно, ибо заключение получается лишь в том случае, если сделать добавочное предположение о сходстве частных случаев между собою. Оба направления, как силлогистическое, так и индуктивное, имеют и общие недостатки — а именно они оставляют без внимания целый ряд законных выводов, необъяснимых с их точки зрения. Итак, нужно найти новый принцип для классификации выводов. Выводом называется перенесение одного из основных элементов установленного уже в нашем знании суждения на соответственное место в другом суждении на основании некоторого отношения между остальными элементами обоих суждений. Логически перенесение элементов суждения из одного в другое может быть оправдано в случаях тождества этих элементов. Итак, тождество есть оправдание всякого вывода^[12].

Данная мысль Каринского сближает его с математическим направлением логики (Гамильтона и др.). Так как основных элементов в суждении два, субъект и предикат, то из сличения их получаются две главных группы выводов: первая, основанная на сличении субъектов двух суждений, даёт выводы положительные; вторая, основанная на сличении предикатов двух суждений, даёт выводы отрицательные и гипотетические. Каринский даёт весьма подробное описание первой группы, причём останавливается на вполне законных выводах, обыкновенно не помещаемых в логиках, например, заключении от частей агрегата к агрегату и т. д.^[12]

Вторая задача логики состоит в перечислении и оправдании самоочевидных истин. На природу их в философии выражены два диаметрально противоположных взгляда: рационалистический и эмпирический. Эта противоположность направлений резко выступает в лице Канта и Милля. Каринский в первом выпуске своего труда «Об истинах самоочевидных» рассматривает пока только рационалистическое решение вопроса, причём, отождествляя в известном смысле рационализм с кантианизмом, подробно рассматривает «Критику чистого разума»^[12].

Экзистенциальная теория — теория, согласно которой любое предложение (суждение) является двучленным и состоит из константной идеи существования (бытия), с одной стороны, и переменной величины — того, что утверждается как существующее, — с другой^[14]. Идеи Каринского, который при определении предложения поставил в центр значение бытия и тем самым отвергал канонизированный научной традицией тезис Аристотеля об асемантичности связки, остались практически неизвестными лингвистическому сообществу. Это было обусловлено как временем выхода книги Каринского — в конце 1914 года, в период мировой войны, накануне революции и гражданской войны, так и скорой смертью учёного (1917 год), не успевшего разработать свою теорию^[15]. При этом главным «препятствием» в обращении к экзистенциальной теории в рамках лингвистики было отсутствие её языковедческого обоснования. В 1920—1930-е годы в СССР на государственном уровне утвердилось «новое учение о языке», а западноевропейская лингвистика окончательно перешла к системно-структурной парадигме и приняла требование изучать язык «в самом себе и для себя», тем самым определив неприятие идей, полученных на стыке лингвистики и других наук. Только с семантизацией синтаксических исследований положение дел значительно изменилось^[14].