Имамы Чечни и Дагестана

В доисламской Аравии «имамом» называли общественного или племенного лидера^[1], дальнейшее семантическое расширение этого термина и приобретение им религиозной коннотации связано с формированием и развитием ислама. После переселения (хиджры) основоположника ислама Мухаммеда и его последователей из Мекки в Медину, сложилась первая мусульманская община — умма, возглавляемая имамом, выполняющим функции религиозного предводителя, светского правителя, судьи и военачальника^[2]. Первым имамом стал сам пророк Мухамед, после смерти которого роль духовного и государственного лидера перешла к его ближайшим сподвижникам — халифам. Убийство третьего халифа Усмана Ибн Аффана (656) вызвало борьбу за власть и раскол мусульманской общины на два исламских течения: суннизм и шиизм, которыми по-разному решался вопрос о политическом и духовном лидерстве. С VII века начинает складываться концепция исламского государства (имамата). Шиитская доктрина государственности базировалась на сакрализации власти: имамом мог стать только потомок пророка Мухамеда из рода Алидов, обладающий святостью и непогрешимостью^[3]. Суннитская политическая теория признавала за имамом не связанное с божественной легитимацией верховенство в духовной и светской жизни мусульман^[4]. В отличие от шиитских теологов сунниты не считали имама наместником Аллаха, получившим власть по его воле. Суннитская концепция имамата видела источник власти имама в мусульманской общине, избирающей авторитетного лидера для управления духовными и мирскими делами по нормам шариата. Имамом мог стать избранный общиной праведный мусульманин, обладающий необходимыми для правителя качествами (мудрость, справедливость, храбрость, отсутствие физических недостатков)^[5]. При этом члены общины подчиняются имаму до тех пор, пока он действует согласно шариату и на благо общины; в противном случае имам лишается власти^[6].

На территории Северного Кавказа в конце XVIII — начале ХIХ века начинается активное развитие суннитского ислама и мюридизма, сыгравшего консолидирующую роль для сельских горских общин Кавказа. В начавшемся движении за создание независимого мусульманского государства особая роль принадлежала имамам — религиозным и военным предводителям некоторых народов Северного Кавказа.

Сопротивление части местного населения присутствию Российской империи на Кавказе привело к объединению ряда горских племён на основе ислама суннитского толка. Первые попытки образовать в Чечне самостоятельное мусульманское государство во главе с имамом были предприняты в 1785—1791 годах шейхом Мансуром. Став во главе восстания чеченских горных сельских обществ (так называемых вольных общества), алдыйский пастух Умшур в 1784 провозгласил себя имамом с именем Мансур^[7] и в 1785 году призвал к борьбе за возвращение к аскетичному исламу, искоренение адатов и утверждение шариата, провозгласив газават против не признающих ислам^[8]. Его влияние быстро распространилось за пределы Чечни: в апреле 1786 года сподвижники Мансура организовали в Большой Кабарде съезд представителей народов Северного Кавказа, на котором обсуждался вопрос об образовании общекавказского государства^[9]. К 1787 году Мансур добился признания своего главенства у горцев Ингушетии, в Кабарде, Кумыкии, Нагорном Дагестане и со стороны Турецкого султана, официально признавшего Мансура имамом^[10]. В июле 1791 года бунт был подавлен.

После взятия Мансура в плен на территории Чечни ни раз вспыхивали новые восстания, предводители которых провозглашали себя с одобрения своих приверженцев имами. При этом ни один из этих имамов не обладал всей полнотой власти, осуществляя преимущественно военные или религиозные функции. Например, во время восстаний в Чечне в 1821—1825 годах Бейбулат Таймиев осуществлял только военное руководство восставшими, а для духовного наставничества года в Майртупе собранием представителей чеченских обществ был избран Магомед Майртупский^[11][12]. Таким образом, после Мансура чеченским имамам долгое время не удавалось объединить под своей властью обширные территории Северного Кавказа.

Новым центром вооружённой борьбы стал Нагорный Дагестан. Во главе повстанцев стал аварец из села Гимры Гази-Мухаммад, мюрид влиятельных накшбандийских шейхов Мухаммеда Ярагского и Джамалуддина Казикумухского. Уже в 1825 году в Гимрах он впервые провозгласил себя имамом^[13], хотя формально им ещё не являлся. Тогда он успешно осуществлял проповедническую деятельность, призывая к соблюдению шариата, и гимринцы признавали его своим духовным наставником и предводителем^[14]. В 1829 году мусульманские общины ряда аварских селений избрали его своим имамом^[15], а тот в свою очередь призвал к созданию имамата и его территориальному расширению.

К началу 1830-х годов популярность первого дагестанского имама достигла Чечни, где в 1830—1831 годах развернулось восстание сторонников Гази-Мухаммеда, также признавших его своим имамом^[10]. Таким образом, первый имам закладывал территориальные основы Северо-Кавказского имамата, к 1831 году включившего в себя территории Нагорного Дагестана и Чечни. Однако уже в 1832 году бунтовщики потеряли контроль над Чечнёй, занятой российскими войсками. Гази-Мухаммед вынужден был уйти в Дагестан, где продолжал сопротивление до своей гибели 17 (29) октября 1832 года^[16].

Преемником Гази-Мухаммеда при поддержке шейха Мухаммеда Ярагского был избран Гамзат-бек^[17], расширивший пределы имамата, захватив Аварское ханство^[18]. После убийства Гамзат-бека в 1834 году новым, третьим по счёту имамом был избран Шамиль^[19], восстановивший контроль над Чечнёй, где боевики признали его своим имамом в апреле 1840 года^[10]. С именем Шамиля связано не только территориальное расширение имамата, но и становление государственно-правовых основ провозглашённого мусульманского государства. Если первые два имама стремились расширить территорию имамата, то Шамиль приступил к формированию аппарата управления, единой правовой системы и укреплению социально-экономических основ молодого государства^[20]. Несмотря на это, с середины 1850-х годов сопротивление горцев российским войскам стало ослабевать, а в августе 1859 году имам Шамиль попал в плен.

Имамат перестал существовать, однако горцы продолжили борьбу против Российской империи под руководством сподвижников бывшего имама, в частности наиба Байсангура. В мае 1865 года в Чечне вновь вспыхнуло восстание. Его предводителем стал житель аула Харачой Тоза Акмурзаев, провозгласивший себя имамом. К бунтовщикам присоединился ряд сёл, однако объединить всё население Чечни Акмурзаеву не удалось — восстание было подавлено к концу мая 1865 года^[21]. В целом, за период с 1859 по 1877 годы в кавказском регионе произошло 18 восстаний и выступлений, но все они имели локальный характер^[22].

Несмотря на имеющиеся отличия в деятельности имамов Северо-Кавказского имамата, в ней можно выделить общие черты:

1. каждый из правителей Северо-Кавказского имамата избирался на съездах горцев, в которых принимали участие наибы, учёные и представители горских общин, хотя допускалось и назначение преемника самим имамом, с последующим одобрением общины^[5];
2. имам осуществлял верховное государственное и военное управление, выполнял роль высшей судебной инстанции, являлся покровителем мусульман и защитником веры;
3. деятельность имамов Северного Кавказа основывалась на принципах шариата, в частности (адаты дагестанских и чеченских общин были заменены едиными нормами шариата; судебные решения имама как верховного толкователя шариата имели высшую юридическую силу^[5]);
4. вооружённая борьба против российского присутствия на Кавказе.

В 1877 году, под дипломатическим влиянием Османской империи, рассчитывавшей на поддержку мусульманского населения Северного Кавказа в войне с Россией, активизировалось движение за восстановление имамата^[10]. 13 (25) апреля 1877 года, одновременно с началом военных действий на кавказском фронте русско-турецкой войны, вспыхнуло восстание в Чечне под руководством Алибека-Хаджи Алдамова. В ночь с 12 (24) апреля 1877 на 13 (25) апреля 1877 года на тайном собрании мусульман Веденского округа Алибек-Хаджи был провозглашён имамом. Объявив газават, Алибек-Хаджи начал борьбу за возрождение независимого мусульманского имамата^[23]. В конце апреля — начале мая 1877 года к восстанию присоединились жители Дагестана. В августе 1877 года положение бунтовщиков в Чечне стало критическим, вооружённые отряды Алибека-Хаджи потерпели ряд поражений от регулярной армии, и к середине октября бунт в Чечне был окончательно подавлен^[24].

В Дагестане антироссийское движение активизировалось в сентябре 1877 года. 9 (21) сентября 1877 года в селе Соргатле на тайном заседании шуры — совета учёных и особо авторитетных лиц мусульманской общины — был избран имамом Мухаммед Соргатлинский (Гаджи-Магомед); на следующий день 10 (22) сентября 1877 года ему присягнули все жители Соргатля^[25]. Вскоре к беспорядкам примкнули Драгунский, Казикумухский, Кюринский, Самурский и Кайтаго-Табасаранский округа и уезды Северного Азербайджана и Восточной Грузии^[26]. К концу сентября 1877 года весь Дагестан был охвачен беспорядками, однако уже в ноябре восстание было подавлено. Таким образом, в ходе восстания горцев 1877 года было избрано два имама: в Чечне — Алибек-Хаджи и в Дагестане — Мухаммед Соргатлинский, власть которых ограничивалась военным и духовным руководством.

Революция 1917 года обострила национальные противоречия на окраинах Российской империи, поставив вопрос о будущем государственном устройстве России (унитарном или федеративном) и статусе, входящих в неё территорий. В обстановке революционных событий на Кавказе вновь актуализировались идеи об установлении независимого шариатского государства, проводником которых выступало мусульманское духовенство. 20—21 августа 1917 года авторитетные религиозные лидеры во главе с шейхом Узун-Хаджи созвали в селении Анди Андийского округа Дагестанской области общемусульманский съезд с целью провозглашения имамата и выборов имама^[27]. На пост имама претендовал муфтий Северного Кавказа Нажмудин Гоцинский^[28]. Однако под влиянием оппозиции выборы имама не состоялись. Несмотря на то, что Гоцинский не был официально признан имамом, его сторонники признавали его таковым^[29]. Гоцинский вёл борьбу за установление шариата, а с 1920 года руководил борьбой против советской власти в Нагорном Дагестане и выступал за создание независимого мусульманского государства^[30]. 5 сентября 1925 года Гоцинский был арестован, а 15 октября — приговорён судом к расстрелу^[31].

С завершением повстанческого движения, утверждением советской власти на Кавказе и проведением антирелигиозной политики институт имамов утратил своё прежнее значение^[32].