Иа-Иа

В оригинале имя ослика Eeyore звучит как Ии-о, что передаёт обычные звуки, издаваемые ослами, в английском варианте (hee-haw)^[2]. Для русского перевода Борис Заходер, первый переводчик книг о Винни-Пухе, выбрал аналогичный русский вариант Иа^[3][4].

Подобно многим другим героям книг о Винни-Пухе, персонаж связан с мягкой игрушкой, которая была подарена сыну Милна, Кристоферу Робину, в раннем детстве (в Рождество после первого дня рождения^[5]). Шея у ослика надломилась и, по словам самого Милна, «это придало ему грустный вид», что предположительно повлияло на характер персонажа^[6].

В советской адаптации герои-животные утратили ассоциацию с игрушками; только у Иа остался небольшой рудиментарный признак — хвост, который, как предмет гардероба, можно запросто отделить от туловища и надеть обратно^[4].

Иа-Иа единственный, кто вносит в книги элементы негативизма и пессимизма, всегда предполагая худшее, ожидая подвохов со стороны других, предсказывая плохую погоду и делая намёки на возможность ранений и смерти, которые в других местах у Милна отсутствуют — даже в таких драматических эпизодах, как падение Ру в воду и разрушение дома Совы^[7]. Когда Пятачок для спасения Тигры и Ру, которые залезли на дерево и не могут спуститься, предлагает построить живую пирамиду (с Иа-Иа на нижнем уровне), ослик заявляет: «И если бы спина Иа-Иа неожиданно треснула, то мы бы все здорово посмеялись. Ха-ха-ха! Как забавно!» (в отличие от других персонажей, Иа-Иа говорит о себе в третьем лице^[8]).

Коннолли отмечает, что через проявляемую жалость к себе и пессимизм Иа-Иа манипулирует своими друзьями. Так, потеряв хвост, Иа-Иа даже не пытается его искать, и Пуху приходится отправиться на поиски самому^[8]. В тех же целях ослик использует и сарказм, например, в день своего рождения, указав Пуху на пустое место и сообщив: «смотри на все подарки, которые я получил…», он вынуждает Пуха организовать для Иа-Иа праздник.

Американский писатель Бенджамен Хофф объяснял древнекитайскую философию даосизма на примере героев «Винни-Пуха» и называл отношение к жизни ослика «эффектом Иа», описывая психотип пассивных нытиков и ворчунов, которые знают всё лучше других и любят самоутверждаться за счёт тех, кто слабее. Филолог и лингвист Вадим Руднев сравнил ослика с Ф. М. Достоевским, отмечая, что Иа, «по-видимому, страдает тяжёлой эндогенной депрессией, а также, как и русский классик, обладает мозаичным характером. Ослик совмещает в себе агрессивные черты эпилептоида и шизоидную оторванность от реальности. Но, издеваясь над окружающими и виня их за невнимание, Иа в глубине души является добрым и тонким существом»^[4].

В советской адаптации Иа, заимствуя многие черты оригинала, менее ворчлив и меланхоличен; в финале он, радуясь счастливой развязке, смеётся, танцует и поёт вместе с друзьями^[4].

Иа-Иа появляется в 4, 6, 8 и 10 главах «Винни-Пуха», и упоминается в остальных; появляется во всех главах, кроме 7, «До́ма на Пу́ховой опушке». Везде он описан как пожилой серый ослик, всегда печальный, не ждущий от жизни ничего хорошего^[9].

Живёт в юго-восточной части Чудесного леса в шалаше, который регулярно разрушается^[10].

Иа-Иа, в отличие от многих других жителей Леса, умеет писа́ть, и даже написал стихотворение «Стихотворение (Прощание с Кристофером Робином)»^[11]. Лучше всех в Чудесном лесу играет в «пустяки»^[12].

Любимая пища — чертополох^[9].

Имеет необычную особенность: его хвост может безболезненно отделяться от тела и так же легко «становиться» на место^[9].

Иа-Иа появлялся почти во всех диснеевских мультфильмах о Винни-Пухе. В новом переводе его зовут Ушастик.

Иа-Иа был ярко представлен в цикле советских мультфильмов о Винни-Пухе (1969—1972) (реж. Фёдор Хитрук).