Годовой поминальный митинг у стены коммунаров на кладбище Пер-Лашез в Париже

На полотне изображён митинг на кладбище Пер-Лашез в Париже, проходящий возле стены, у которой были расстреляны 147 коммунаров. Тысячи митингующих, держа в руках охапки цветов, собралась у стены. К стене прикреплены венки и приспущенный красный флаг. Особую тревожно-грустную атмосферу придают происходящему тускло-серое небо, на котором не видно солнца и уходящий в глубь ровный ряд блёкло-зелёных деревьев^[1].

Война между Францией и Пруссией, идущая в 1870—1871 года, завершилась полным поражением Франции. Это послужило толчком к тому, что во многих французских городах активизировалось революционное движение, лидеры которого хотели создать в своей стране социалистическое общество. Однако восстание Парижской Коммуны было подавлено, и тысячи коммунаров были безжалостно расстреляны. 147 коммунаров были расстреляны у стены на кладбище Пер-Лашез.

В апреле — мае 1883 года Илья Репин вместе с другом, известным художественным и музыкальным критиком Владимиром Стасовым, совершили путешествие в Европу. Они побывали в Германии, Италии, Голландии, Испании. В мае друзья приехали в Париж. Пребывая во французской столице, Репин и Стасов стали свидетелями мероприятий, проводимых парижанами в память о мужестве и самоотверженности революционеров^[2].

Но где мне удалось видеть рядом целую сотню народных ораторов, это на Пер-Лашез в годовщину расстрелянных коммунаров в 1871 г. Народу, блузников было тысяч до десяти, нанесли венков. Несли торжественно группами, всякая свои. Каждая группа заходила сначала на могилу Бланки, а оттуда шли на могилу братьев, сыновей, отцов, и вот здесь-то один за другим ораторы воодушевляли толпу. Раздавались страшные аплодисменты, летели в воздух шляпы, и крики «Vive la révolution social[e]!», «Vive la Commune!» оглашали воздух и увлекали толпу до страсти. Красное знамя на простой палке прикреплено к стене, окружённое массою громадных венков из цветов кровавого цвета, — описывал увиденное Илья Репин в письме своему другу художнику Василию Поленову^[1]. Мы с Владимиром Васильевичем не пропускали тогда ни одного собрания у социалистов. <…> А 15 мая и мы были в толпе на кладбище Пер-Лашез, у знаменитой стены, где ещё так недавно происходил расстрел героев Коммуны. Все были ещё полны только что пережитыми страшными событиями. Теперь здесь был большой общественный праздник. Стена эта была щедро украшена букетами красных цветов и имела праздничный вид. Всё свободное пространство перед нею оживляли живые толпы беспрерывно подходивших сюда группами, с огромными букетами красных цветов. <…> Публика всё прибывала, и высокая стена сплошь украсилась цветами — краснела и краснела до красноты персидского ковра. Не теряя времени, я в бывшем со мной дорожном альбоме зарисовал всю эту сцену. <…> Вернувшись к себе в отель, я под свежим впечатлением несколько дней писал масляными красками свою картинку, — так рассказывал Репин о создании картины в своей книге «Далёкое близкое»^[3]

В своём дневнике Владимир Стасов написал, что за создание полотна масляными красками Илья Ефимович взялся уже утром следующего дня. И писал «с самого утра… до 7 часов вечера». Работа над картиной продолжалась и в течение двух следующих дней. Утром 19 мая друзья были готовы к отъезду.

Создание полотна «Годовой поминальный митинг у стены коммунаров на кладбище Пер-Лашез в Париже» нельзя назвать случайным. Ещё во время первого посещения Парижа в 1873 году у Ильи Ефимовича родился интерес к Парижской Коммуне. В 1883 году художник познакомился с русским социологом, публицистом и философом Петром Лавровичем Лавровым, который в это время издал свою небольшую брошюру «Взгляд на прошедшее и настоящее русского социализма», в ней он написал о большом значении Парижской Коммуны для революционного движения в России^[1].