Говорящая фамилия

Хотя говорящие имена встречаются ещё в античной литературе, наибольшее распространение они получили в драматургии классицизма (в русской литературе — c XVIII века). Яркими примерами говорящих антропонимов являются имя заглавного персонажа комедийной пьесы Мольера «Тартюф» (Тартюф — с фр. «ханжа, лицемер»), имена действующих лиц Скотинин и Правдин пьесы «Недоросль» Д. Фонвизина^[5]. Говорящие фамилии особенно распространены в сатирической литературе (Молчалин («Горе от ума»))^[6].

Несмотря на то, что наличие говорящих имён является яркой приметой классицистического произведения^[7], данный тип антропонима активно используется и в произведениях XIX века, которые относятся к русской классической (реалистической) традиции. Такие имена встречаются в произведениях А. С. Грибоедова^[8], Н. В. Гоголя^[9], М. Е. Салтыкова-Щедрина^[10], И. А. Гончарова^[11], А. Н. Островского^[12], Ф. М. Достоевского^[13][14], Л. Н. Толстого^[15], А. П. Чехова^[5] и других русских писателей.

В литературе XX века также встречается использование говорящих имён (например, в творчестве М. Зощенко^[16] и С. Довлатова^[17]).

Использование говорящих имён актуализировалось в литературе постмодернизма (С. Шаргунов^[18], В. Пелевин^[19], В. Маканин^[20]), что связано с обращением к ономастическим играм^[21][22].

Экспрессивно-оценочные, «говорящие» имена с «прозрачной» семантикой противопоставляют стилистически нейтральным, не участвующим в раскрытии образа, «неговорящим» (Тушин в «Войне и мире», Андрей Соколов в «Судьбе Человека»). Вместе с тем современные исследователи отмечают, что «обычные», «нейтральные» имена «выразительны не меньше, чем редкие или вымышленные»^[23]. Юрий Тынянов отмечал, что в художественном произведении нет неговорящих имён: «Все имена говорят. Каждое имя, названное в произведении, есть уже обозначение, играющее всеми красками, на которые только оно способно. Оно с максимальной силой развивает оттенки, мимо которых мы проходим в жизни»^[24].