Гибель богов (фильм)

Германия, 27 февраля 1933 года. Барон Йоахим фон Эссенбек, глава металлургического концерна, празднует день своего рождения в кругу родственников и приближённых. Здесь собираются: младший сын Йоахима, Константин фон Эссенбек с сыном Гюнтером; внучатая племянница Элизабет и её муж Герберт Тальман, вице-президент концерна; вдова старшего сына Йоахима, Софи фон Эссенбек, её сын Мартин, законный наследник достояния фирмы, а также её любовник Фридрих Брукман, исполнительный директор сталелитейных заводов. Кроме того, присутствует кузен Софи — гауптштурмфюрер СС Ашенбах^[2].

Когда Мартин в женском обличье имитирует танец Марлен Дитрих из «Голубого ангела», торжество прерывает срочное сообщение из Берлина о поджоге Рейхстага. Глава семейства объявляет своё решение назначить вице-президентом Константина, члена нацистской партии, занимающего важный пост в СА. Отправленный в отставку Герберт. Пользуясь ситуацией, Фридрих, подстрекаемый Софи и Ашенбахом, ночью убивает старого Йоахима в его спальне; ответственность за это возлагается на бежавшего Герберта.

Отныне формальным главой концерна должен стать наследник — Мартин, юноша со скованной волей. По наущению матери он выдвигает на пост президента Фридриха. После самоубийства несовершеннолетней девочки-еврейки Лизы Келлер, которую совратил Мартин, осведомлённый Константин начинает шантажировать Мартина, и тот, запаниковав, прячется на чердаке замка. Софи договаривается с Ашенбахом о том, как замять это дело и как устранить Константина с помощью Фридриха.

На рассвете 30 июня 1934 года в Бад-Висзее, в расположение отрядов СА, где накануне состоялось празднество, закончившееся пьяной оргией, прибывает отряд СС во главе с Ашенбахом, чтобы истребить собравшихся здесь штурмовиков (Ночь длинных ножей). В этой акции участвует Фридрих, который, исполняя волю Софи, расстреливает Константина из автомата. Всячески провоцируя борьбу за власть в семействе Эссенбеков, эсэсовец Ашенбах использует каждого из участников этой борьбы в интересах нацистского дела.

Софи устраняет Элизабет, добившись отправки её в концлагерь и интернирования детей, чтобы вынудить её мужа Герберта вернуться и предать себя в руки гестапо. Ашенбах убеждает юного Гюнтера, сына Константина, вступить в гитлеровскую партию, но главную свою ставку делает теперь на Мартина, разжигая в нём жажду власти и настраивая против матери, якобы подавляющей его волю.

Мартин устраивает в фамильном замке издевательскую имитацию Софи свадьбы с Брукманом. Ритуал венчания состоялся, и «новобрачные» получают «свадебный подарок» от Мартина: ампулы с цианистым калием.

• Хельмут Бергер — Мартин фон Эссенбек
• Дирк Богард — Фридрих Брукман
• Ингрид Тулин — Софи фон Эссенбек
• Хельмут Грим — Ашенбах
• Рено Верле — Гюнтер фон Эссенбек
• Умберто Орсини — Герберт Тальман
• Рейнхард Кольдехоф — Константин фон Эссенбек
• Альбрехт Шёнхальс — Йоахим фон Эссенбек
• Флоринда Болкан — Ольга
• Нора Риччи — гувернантка
• Шарлотта Рэмплинг — Элизабет Тальман
• Ирина Ванка — Лиза
• Карин Миттендорф — Тильда Тальман
• Валентина Риччи — Эрика Тальман
• Вольфганг Хиллингер — Янек
• Эстер Карлони — Маделина

Идея снять фильм об истоках нацизма родилась у Висконти из планов переснять «Макбет» на современном историческом материале^[1]. Размышляя о возможных соответствиях сюжету шекспировской пьесы в современной истории, он натолкнулся на журнальную статью о семействе Круппов, которое финансировало военную индустрию нацистской Германии^[1]. По мере работы над сценарием в сюжет были введены мотивы «Царя Эдипа» (кровосмесительная связь сына с матерью) и «Гамлета» (мстящий матери и её любовнику сын-изгой)^[1]. История нравственного разложения семейства была переосмыслена как образ «гибели богов» — падения патриархальной Европы с её вековыми культурными устоями. По мнению А. Плахова, Висконти удалось сплавить воедино миф и историю, зарифмовать семейное и социальное^[3].

После выхода фильма в прокат одни рецензенты критиковали его за декадентство и тяжеловесное жонглирование приевшимися литературными реминисценциями, другие — сравнивали с произведениями оперного искусства. По словам одного французского критика, «Гибель богов» — это «шекспировская трагедия, поставленная как опера Вагнера»^[4]; другой критик писал, что это история Круппов, увиденная глазами Верди^[5]. Фильм выдвигался на премии «Оскар» за лучший оригинальный сценарий и «Золотой глобус». В американский прокат лента вышла в урезанном виде и под другим названием — «Проклятые» (The Damned).