Гай Луцилий Гирр

Уроженец Помпей Гай Луцилий Гирр, как следует из одного письма Марка Целия Руфа Цицерону, принадлежал к Пупиниевой трибе^[2]. Упомянут своим современником, Марком Теренцием Варроном^[3], в качестве владельца огромных стад крупного рогатого скота в Бруттии, который в своё время обучался сельскому хозяйству у Гнея Тремеллия Скрофы^[4].

В 54 году до н. э. Гай Луцилий выставил свою кандидатуру на выборах народных трибунов^[5][6]. 10 декабря этого года, уже после своего избрания и до фактического назначения, Луцилий объявил, что в ближайшее время внесёт в сенат законопроект с предложением наделить Гнея Помпея Великого диктаторскими полномочиями^[7][8]. Такое поведение Луцилия вызвало оживлённые дискуссии в среде сенаторов, особенно между Марком Туллием Цицероном и Катоном Утическим. Во время трибуната Гирр совместно с Марком Целием Виницианом вынес эту инициативу на рассмотрение сената. Вначале их поддерживал и другой трибун, Публий Лициний Красс Юниан, но под давлением Цицерона незадолго до голосования резко изменил свою точку зрения^[9]; в итоге, из данной затеи ничего не вышло.

Этот политический шаг сделал Гирра непопулярным среди плебса (как и бывшего коллегу Гая, Марка Целия): в 52 году до н. э. на выборах в коллегию авгуров его обошёл Цицерон. В следующем году Гай выдвинул свою кандидатуру в эдилы^[10], но также проиграл выборы. В канун октябрьских календ (30 сентября) 51 года до н. э. Луцилий присутствовал при записи постановления и суждений сената касательно отзыва Гая Юлия Цезаря из обеих Галлий^[2][11].

С первых дней гражданской войне 49—45 годов до н. э. между Гнеем Помпеем и Юлием Цезарем Луцилий находился в лагере сторонников Республики: на начальном этапе вооружённого конфликта он набирал войска в Пицене^[12], после чего во главе шести когорт занял Камерин (Умбрия^[13]). Однако, с наступлением цезарианцев бежал оттуда вместе с солдатами, которых передал Вибуллию Руфу^[14]. Под Корфинием Луция Домиция Агенобарба с 30 когортами атаковал и захватил в плен Цезарь, но вскоре отпустил^[15]. Сам Луцилий, видимо, тоже попал в плен, но сумел бежать, так как не оказался в числе помилованных^[16][17].

Позже Помпей направил Гая Луцилия с дипломатической миссией к парфянам^[18]. При этом Гирра заверили, что проводить выборы преторов в его отсутствие не станут. Несмотря на это, сразу после отбытия Гая Луцилия в стане Помпея уже оспаривали данное обещание^[19]. Дион Кассий вскользь упоминает некоего римского посланника времён Фарсальской битвы, направленного в Парфию и там пленённого^[20].

После очередного пленения Гаю Луцилию удалось выпросить у диктатора прощение и, таким образом, вернуться домой. Благодаря античным авторам известно, что Гирр стал свидетелем триумфа Гая Юлия Цезаря в 45 году до н. э., подав в качестве угощения 6 000 отборных мурен^[21] (согласно Варрону, он одолжил Цезарю на вес 2 000 рыбин^[22][23]). Предполагается^[24], что с убийством Юлия Цезаря и скором образовании тайного политического союза между пасынком покойного, Антонием и Лепидом, имя Луцилия кто-то из завистников внёс в проскрипционные списки, а его земельные владения и живорыбные садки были выставлены на аукцион. Ввиду такого неожиданного поворота событий Гирру снова пришлось бежать: он направился на Балканы к республиканцам. Там Луцилий вошёл в круг близких друзей Марка Юния Брута^[25]. В ходе второй битвы при Филиппах Луцилий, заметив, что отряд варварской конницы триумвиров упорно гонится за убегающим Юнием Брутом, решил любой ценой их остановить^[26]. Выдав себя за Брута, он отдался в руки преследователей и велел привести его к Марку Антонию; последний весьма радушно принял Луцилия, в связи с чем тот сохранил верность Антонию вплоть до самоубийства триумвира в 30 году до н. э^[27].

Возможно, упомянут Варроном под именем претора Гиррия (так же его зовёт и Плиний Старший^[21]), речь которого учёный сравнивает с бычьим мычанием^[28]; если Гай Луцилий и этот Гиррий — тождественны, его предполагаемую претуру следует датировать промежутком между 47 и 37 годами до н. э.

Не позднее 37 года до н. э. Луцилий женился на дочери или внучке Луция Коссиния^[3][29], претора 73 года до н. э^[30]., погибшего в одном из боёв со взбунтовавшимися гладиаторами в ходе восстания Спартака^[31]. Неизвестно, впрочем, родились ли в этом союзе дети.

О некоем Гирре, «обобравшим малолетних»^[32], вскользь упоминает в одной из своих «Сатир» Децим Юний Ювенал^[33]. Помимо того, имя Гая Луцилия фигурирует в серии книг современной австралийской писательницы Колин Маккалоу «Владыки Рима»: исторической новелле «Цезарь» (1998), а также романе «Падение титана, или Октябрьский конь» (2002).