В горнице

Самый ранний из сохранившихся автографов стихотворения имеет заголовок «В звёздную ночь»^[1] и авторскую датировку «июль 1963 г.». В письме Н. М. Рубцова к Н. Сидоренко от 10 июля 1964 года стихотворение воспроизведено без названия^[2].

Первоначальная версия стихотворения существенно отличается от окончательной, совпадая с ней лишь в двух строфах. Финальные две строфы полностью различны. В ранней версии герой обращён в прошлое, созерцая в ночном видении прошедшие словно у него на глазах «тысячи безвестных лет», слыша звон «вымерших пасхальных сёл». Таким образом, в ранней версии преобладают трагические интонации плача по русской деревне^[3][4].

Первая публикация ― 31 октября 1964 года в тотемской газете «Ленинское знамя». Вошло в сборники «Звезда полей» (1967) и «Душа хранит» (1969) под заголовком «В горнице»^[2][5].

Н. Шантаренков вспоминал, что в 1967 году поэт предлагал для публикации так изменить начало второй строфы: «Ранние цветы мои / К вечеру завяли все»^[2].

Критик И. О. Шайтанов назвал стихи поэта «простодушными», объясняя эту характеристику так:

В лучших стихах Рубцова эта наивная искренность сказывается не отчаянием философа, а мастерством поэта. Он работает почти на грани примитива, который не есть условный приём, а естественный способ зрения^[4].

Исследователи отмечают самоироничное отношение автора к своему лирическому герою, который предстаёт в стихотворении растерянным, слабым и неустроенным, но в то же время не растерявшим веры, что его положение поправимо. Он размышляет о своей нелёгкой судьбе^[6]:

Красные цветы мои

В садике завяли все.

Лодка на речной мели

Скоро догниёт совсем.

Однако герой смотрит на будущее с надеждой с завтрашнего дня начать менять жизнь к лучшему^[6]:

Буду поливать цветы,

Думать о своей судьбе,

Буду до ночной звезды

Лодку мастерить себе…

И. О. Шайтанов, сопоставляя окончательную версию стихотворения с ранним вариантом, утверждает, что в нём описана не бытовая зарисовка, а зыбкое переживание, скользящее на грани яви и сна. Образ матери, ходившей ночью за водой, он интерпретирует как возникший в сновидении или грёзах наяву и отражающий тоску раннего сиротства поэта. В финале ночные грёзы перерастают в мечту о созидательном труде и надежду на скорое её исполнение в реальности. Таким образом, в работе над стихотворением поэт движется от отвлечённой мысли о гибели деревни к простодушному оптимизму и предметному воплощению мечты^[4].

В. И. Коровин рассматривает лирический сюжет стихотворения как сон или мечту лирического героя о светлой комнате в родительском доме и счастье от того, что мать рядом («Матушка возьмёт ведро, / Молча принесёт воды…»). Иллюзорность образов счастья, по его мнению, лишь делает более острой реальность раннего сиротства. Однако память о матери сама по себе становится для поэта духовной опорой^[7].

А. Е. Чернова назвала стихотворение одним из самых загадочных в творчестве поэта, потому что за внешней простотой оно скрывает сложный символический пласт^[8]. В поэзии ладья часто символизирует человеческую душу, поэтому строку «Лодку мастерить себе» М. Л. Бедрикова трактует как восстановление души после пережитых несчастий или бесцельно прожитой жизни^[3].

Образ красных цветов в лирике Н. М. Рубцова ассоциируется со страданием (поскольку связан с детским воспоминанием о смерти матери^{[~ 1]}), в то же время с красотой и любовью, которые очищают душу^[9]. Писатель Н. М. Коняев, ставший биографом поэта, отметил: «…Те красные цветы, которые в поэтическом мире Рубцова неразрывно связаны с матерью, с её смертью… <…> Красный цветок нёс шестилетний Рубцов за гробом матери… Чтобы полить этот увядший в памяти цветок, и приносит матушка воды»^[10].

По мнению А. Е. Черновой, пространство горницы объединяет земной мир с потусторонним, небесным (из которого является мать героя). Свет звезды, соединяющий небо и землю, — один из лейтмотивных образов в лирике Н. М. Рубцова, здесь он также соединяет прошлое с настоящим^[8].

Исследователи подчёркивают простоту рифм, иногда неточных (мои / мели), иногда однокоренных (все / совсем), музыкальность, следование народно-песенным традициям^[6][11].

Стихотворение написано четырёхстопным хореем. Рифмовка перекрёстная, с мужскими окончаниями (abab).

Стихотворение положили на музыку композиторы А. Б. Матюхин и А. С. Морозов (исполняют группа «Кукуруза», И. Жукова, О. Любимов, М. Капуро, А. Климашевская, В. Косарев, А. Макарский и В. Морозова и др.)^[12][13].

Н. М. Рубцов также исполнял песню «В горнице» под гитару (сохранилась запись 1965 года)^[14][15].