Доннедьё де Вабр, Анри

Доннедье родился в Ниме в протестантской буржуазной семье^[3].

В 1914 году он читал курс гражданского судопроизводства в университете Монпелье. После Первой мировой войны он был назначен профессором юридического факультета в Париже, где в течение 30 лет возглавлял кафедру уголовного права^[4]. Одновременно он занимался международным правом^[5]. Он участвовал в международных форумах во Франции и других странах Европы.

В 1928 году он опубликовал книгу «Современные принципы международного уголовного права» (фр. «Les principes modernes du droit pénal international»)^[a][6]. В своём заключении он писал:

Анри Доннедьё де Вабр был признанным экспертом в области уголовного права. Поскольку Нюрнбергский трибунал был первым судом такого рода, возникла необходимость в научно обоснованном решении вопросов юрисдикции^[7]. Кроме того, Доннедьё де Вабр принимал участие в разработке Устава и Регламента Международного военного трибунала — документов, определявших процедуры и протоколы проведения судебного процесса^[8]. Именно этим был обусловлен выбор Доннедьё де Вабра в качестве члена Трибунала от Франции. Его заместителем был назначен бывший кассационный судья Робер Фалько^[9].

Во время открытых судебных заседаний в отличие от других членом Трибунала и их заместителей судья не задавал вопросов подсудимым и свидетелям^[10]. В ходе закрытых заседаний по приговору французская делегация в лице Анри Доннедьё де Вабра и Робера Фалько выступила с предложением исключить I раздел обвинения. Доннедьё де Вабра и его заместитель считали концепцию «общего плана» недостаточно обоснованной. Однако советская сторона в лице И. Т. Никитченко и А. Ф. Волчкова настаивала на значимости пункта обвинения для квалификации действий бывших функционеров нацистской Германии. В результате в приговоре оставили обвинение в «общем плане или заговоре и агрессивных войнах», объединив два пункта в один^[11].

При обсуждении смертной казни в качестве меры наказания судья Анри Доннедьё де Вабр предложил расстрел вместо повешения. Однако меру наказания оставили без изменения^[12]. Он выступил за пожизненное заключение подсудимых А. Розенберга, Г. Франка, В. Фрика и А. Йодля. Доннедьё де Вабр считал обвиняемого Р. Гесса ответственным по двум из четырёх пунктов и предлагал мерой наказания заключение сроком на 20 лет^[13]. В ходе заседаний достаточно времени было уделено вопросу виновности или невиновности подсудимых Я. Шахта, Ф. фон Папена и Г. Фриче. Доннедьё де Вабр считал их виновными: Шахта и Папена — в активном участии в «ведении агрессивной войны», Фриче — в «подстрекательстве к совершению массовых злодеяний»^[b]. При этом он выступал за более мягкое наказание для трёх подсудимых^[15].

Накануне оглашения приговора 29 сентября И. Т. Никитченко сообщил члену Международного трибунала от США Фрэнсису Биддлу, что планирует выразить несогласие с оправдательными приговорами^[16][17]. На следующий день, когда состоялось оглашение приговоров, советский судья публично опротестовал эти приговоры, посчитав их мягкими. Судья Анри Доннедьё де Вабр подверг критике такую позицию, назвав её противоречащей французским обычаям о единстве судей. Спустя год он заявил, что приговор был «результатом работы людей и, следовательно, относительным и допускающим ошибки»^[18].

По окончании трибунала судья Анри Доннедьё де Вабр участвовал в составлении текста конвенции ООН «о предупреждении геноцида».

Доннедье умер в Париже в 1952 году.