Кредо убийцы: Угли

В 1524 году, через двенадцать лет после обнаружения секретной библиотеки Альтаира, Эцио Аудиторе ушел из Ордена Ассасинов и живёт мирной жизнью в сельской местности Тосканы со своей женой Софией и детьми Флавией и Марчелло, пока пишет свои мемуары. Однажды появляется незнакомка из китайского Братства Ассасинов по имени Шао Цзюнь, которая приехала к Эцио, чтобы узнать о его жизни в качестве ассасина. Хотя Эцио предпочитает, чтобы Цзюнь не оставался, из-за его нежелания вспоминать свои дни в качестве Ассасина, София позволяет ей остаться на ночь. На следующий день Эцио ловит Цзюнь за чтением его мемуаров и предлагает ей уйти, но смягчается после того, как она спрашивает его о том, что значит быть ассасином.

Во время поездки во Флоренцию Эцио рассказывает Цзюнь свою историю о том, как его отец и братья были казнены на городской площади, заставив его стать ассасином, и то что такая жизнь приносит только страдания. Когда они уходят, на них нападает незнакомец. После убийства Цзюнь признается, что она бывшая наложница китайского императора Чжэндэ и сейчас скрывается от его слуг. Вернувшись домой, Эцио велит Софии и своим детям уехать из дома, понимая, что придут другие. Затем он учит Цзюнь ключу к освобождению её народа от влияния Императора. Позже той же ночью вилла Эцио подвергается нападению большего количества врагов Цзюнь. Эцио и Цзюнь удается убить их всех, хотя битва утомляет Эцио. На следующее утро Эцио протягивает Цзюнь небольшую коробку и говорит, что однажды она пригодится, но только в том случае, если «ты потеряешь дорогу». Затем он отсылает её, когда на виллу прибывают два всадника.

Некоторое время спустя Эцио отправляется во Флоренцию с Софией и Флавией, несмотря на плохое самочувствие. Отдыхая на скамейке, молодой человек со шрамом на лице подходит к Эцио и ругает женщин Флоренции, напоминая Эцио о его молодости. Сказав Эцио немного отдохнуть, мужчина уходит, в то время как у Эцио начинается сердечный приступ и он умирает на глазах у своей семьи. Фильм заканчивается тем, перед своей смертью Эцио написал небольшое прощальное письмо он сказал:

«Когда я был молод, у меня была свобода, время и любовь, которых я не видел, не знал и не чувствовал. Тридцать долгих лет прошло, прежде чем я постиг смысл этих слов. И сейчас, на закате лет, он ясен мне как никогда. Любовь, свобода, время, которые я когда-то не ценил, теперь придают мне сил двигаться вперёд — особенно любовь, дорогая. К тебе, нашим детям, братьям и сёстрам, и огромному, непостижимому миру, что дал нам жизнь и наполнил её смыслом. Я люблю тебя, моя София. Навеки твой, Эцио Аудиторе».