Ответ на вопрос
Эллинистический иудаизм
Эллинисти́ческий иудаи́зм — период в развитии иудаизма с IV века до н. э. по II век н. э., а также особая форма древней иудейской религии и образа жизни, сложившаяся под влиянием эллинизма[1].
Данный этап частично пересекается с периодом иудаизма Второго храма (конец VI века до н. э. — 70 год н. э.) и сочетал в себе еврейскую религиозную традицию с элементами греческой культуры и философии. Главными центрами эллинистического иудаизма были Александрия в Египте и Северная Сирия с центром в Антиохии-на-Оронте — крупнейшие греческие полисы на Ближнем Востоке, основанные в конце IV века до н. э. после завоеваний Александра Великого. Эллинистический иудаизм также существовал в самом Иерусалиме, где стал причиной острого конфликта между сторонниками эллинизации и традиционалистами. Со своей стороны, иудаизм оказывал обратное влияние на эллинистический мир: Иерусалимский храм стал центром притяжения не только для еврейской диаспоры, но и для приверженцев иудаизма из других народов.
Общие сведения
| Эллинистический иудаизм | |
|---|---|
| Эра | эллинизм |
Историография
Долгое время в науке господствовала дихотомическая модель. Согласно ей, «эллинистический иудаизм» диаспоры был открыт греческому влиянию, а иудаизм Палестины считался «нормативным» и якобы сохранялся в относительной чистоте. Перелом произошёл после выхода фундаментального труда Мартина Хенгеля «Иудаизм и эллинизм» (1974), в котором автор отметил, что с III века до н. э. палестинский иудаизм был гораздо сильнее подвержен эллинистическим влияниям, чем считалось ранее[2].
В современной науке принято считать, что все течения иудаизма периода Второго храма — как в диаспоре, так и в Палестине — в той или иной мере были «эллинистическими», и проводить границу следует не между «эллинизированным» и «чистым» иудаизмом, а между грекоязычным иудаизмом западной диаспоры и арамеоязычным иудаизмом Палестины и Вавилонии. При этом степень эллинизации Галилеи остаётся предметом научных дискуссий[3].
История
Эллинизм и Хасмонеи
Завоевания Александра Македонского в последней трети IV века до н. э. привели к распространению греческой культуры и колонизации на негреческих землях, включая Левант. Этот процесс, названный эллинизацией, создавал единую универсальную культуру, соединявшую традиции Афин V века до н. э. с ближневосточными элементами[4]. Греческая культура и язык (койне) сильно влияли на еврейское население как в Иудее, так и в диаспоре. Местные элиты часто продвигали эллинизм, и часть еврейского общества отказывалась от традиционных обычаев ради греческих норм[5].
В IV—II веках до н. э. Земля Израиля была подчинена эллинистическим державам Птолемеев и Селевкидов. Под властью Птолемеевского Египта Иудея переживала период относительного мира, а её институты находились под защитой правителей[6]. За помощь в борьбе против Птолемеев селевкидский царь Антиох III Великий пообещал еврейским подданным снижение налогов и выделение средств на восстановление Иерусалима и Второго храма. Его преемники Селевк IV, а затем Антиох IV Эпифан радикально изменили политику: по причинам, до конца не известным, был введён запрет на ключевые еврейские религиозные обряды в Иудее (хотя эти меры не коснулись диаспоры). Это спровоцировало Восстание Маккавеев, в результате которого было создано Хасмонейское царство (164—37 годы до н. э.)[7]. В этот период в состав еврейского народа влились как эллинизированные группы, так и нееврейские семитские народы Негева (Идумея) и Заиорданья. Хасмонеи порой прибегали к насильственному обращению покорённых народов: Иоханан Гиркан I принудил принять обрезание идумеев[8], Аристобул I — итуреев. В итоге из-за внутренних распрей династия Хасмонеев потеряла автономию[9].
Римское завоевание
В 63—37 годах до н. э. Иудея была завоёвана Римом[10]. В 70 году н. э. в ходе Первой Иудейской войны римские войска разрушили Второй Иерусалимский храм и выселили значительную часть еврейского населения[11]. В начале II века н. э. общины эллинистических евреев по всему римскому Ближнему Востоку сильно пострадали во время восстания еврейских диаспор (115—117 годы н. э.). Волна жестоких восстаний, подогреваемых мессианскими настроениями, вспыхнула одновременно в Египте, Киренаике и на Кипре. Рим при императоре Траяне ответил исключительно сурово; ряд современных историков характеризует эти меры как этнические чистки или геноцид, хотя полного консенсуса в историографии нет. В Египте влиятельная община Александрии была ликвидирована, а её синагога превратилась в руины; небольшие общины начали восстанавливаться в регионе лишь в III веке, но никогда не вернули прежнего влияния[12].
Упадок
Возникнув как течение внутри иудаизма периода Второго храма, раннее христианство постепенно трансформировалось в самостоятельную религию. Ключевую роль в этом процессе сыграла миссионерская деятельность апостола Павла, переориентировавшего движение на язычников (прозелитов и «богобоязненных»)[13]. Отказ от обязательного соблюдения норм Моисеева закона, в частности обрезания и пищевых запретов, устранил главные барьеры для вступления в общины некоренного населения. К началу II века н. э. произошёл окончательный разрыв между христианством и традиционным иудаизмом. При этом христианская церковь полностью унаследовала интеллектуальное и литературное наследие эллинистического иудаизма, включая Септуагинту и филоновскую концепцию логоса. Это, в свою очередь, побудило формирующийся раввинистический иудаизм полностью отказаться от грекоязычной традиции[14]. После разрушения Иерусалимского храма в 70 году н. э. раввинистическое движение реструктурировало иудейскую религиозную практику, заместив храмовый культ изучением Торы и исполнением заповедей в повседневной жизни[15]. В археологическом и эпиграфическом материале западной диаспоры этого периода прослеживается тенденция к реевреизации: повсеместное распространение изображений меноры, вытеснение греческих имён семитскими, использование еврейского письма и появление титула «раввин». Исследовательница Анна Коллар обозначила этот феномен термином «евреизация» (Hebraization). Однако её тезис о том, что данные изменения являлись прямым следствием ранних раввинистических реформ, подвергся критике. Ряд современных исследователей указывали, что эти визуальные маркеры развивались как независимая идентичность диаспоры, тогда как институциональная раввинизация западных общин началась значительно позже — не ранее VI века н. э.[16][17].
Аспекты
Регионы расселения
Евреи, проживавшие к западу от Леванта, образовали эллинистическую диаспору, наиболее изученной частью которой является египетская община в Александрии, где евреи, по некоторым оценкам, составляли до 2/5 населения. Наряду с древнееврейским и арамейским языками в обиход прочно вошёл древнегреческий язык (койне)[18]. Адаптация к эллинистической культуре не требовала компромисса с еврейскими заповедями — единственным ключевым отличием был строгий запрет на политеизм. Помимо Египта, значительные общины существовали в Сирии (особенно в Антиохии, где евреи получили права гражданства от Селевка I Никатора), Малой Азии, Месопотамии и Риме[19].
Децентрализованные общины существовали и в римских провинциях Иллирик, Мёзия и Фракия, где они селились вдоль укреплённого лимеса на Эгнатиевой дороге и Дунае. Археологические находки в Стоби, Никополе-на-Истре, Ульпия-Эскус и Новы (мозаики, эпитафии, изображения меноры) подтвердили активность этих общин. На территории Греции на протяжении двух тысячелетий проживали евреи-романиоты, говорившие на иудео-греческом диалекте[20].
Храм Онии
Около 145 года до н. э. лишённый должности первосвященник Ония IV бежал в Египет и основал собственный храм в Леонтополе[21], обосновав свои действия пророчеством Исаии о «жертвеннике Господу посреди земли Египетской»[22]. Храм Онии действовал около двухсот лет и стал религиозным центром евреев Египта, несмотря на то, что Тора запрещает принесение жертв за пределами Иерусалимского храма. Это указывает на то, что эллинистическая диаспора иногда допускала отступления от палестинских норм. Храм был закрыт по приказу Веспасиана после Иудейской войны[23].
Прозелитизм
Распространение иудаизма в эллинистическую эпоху сопровождалось масштабным прозелитическим движением. В Римской империи, по оценкам некоторых исследователей, до 8-10 % населения могли быть связаны с иудаизмом в той или иной степени[24]. Обращавшиеся язычники делились на несколько категорий. «Прозелиты праведности» проходили обрезание, ритуальное омовение и приносили жертву в храме, становясь полноправными членами общины[25]. «Прозелиты врат» (гер-тошав) принимали веру в единого Бога и обязывались соблюдать «Ноевы заповеди», но не проходили обрезания[26]. Особую многочисленную категорию составляли «богобоязненные» — язычники, сочувствовавшие иудаизму, посещавшие синагоги, соблюдавшие субботу и пищевые запреты, но не становившиеся полными прозелитами[27]. Женщины обращались чаще мужчин, поскольку для обращения им требовалось лишь ритуальное омовение. В общинах отношение к прозелитам было неоднозначным: школа Шаммая относилась к ним с осторожностью, школа Гиллеля приветствовала обращение. Римские императоры неоднократно издавали законы против прозелитизма, а языческие авторы вроде Тацита и Сенеки вели против него полемику[28][29].
Синагога как институт эллинистического иудаизма
Синагога — одно из ключевых нововведений эллинистической эпохи. Само слово означает «собрание» и происходит из еврейского диалекта койне. В эллинистический период использовались два термина: proseuche («дом молитвы»), засвидетельствованный в египетских надписях с III века до н. э., и synagoge («собрание»). Согласно наиболее обоснованной теории, синагога возникла в эллинистической диаспоре — вероятно, в Александрии — в III века до н. э. как ответ на потребность евреев, живущих вдали от Иерусалимского храма, в общем месте для молитвы и чтения Торы[30]. В синагогах диаспоры богослужение велось на греческом койне, использовались тексты Септуагинты[31]. Синагога выполняла функции общинного центра, суда, школы и места для общественных трапез. Многие синагоги были построены ещё в I веке до н. э. — в Делосе, Антиохии, Александретте, Дура-Европос. Из-за обилия мозаик и фресок с изображениями библейских персонажей эти ранние синагоги первоначально ошибочно принимались исследователями за языческие храмы[32].
Внутренние течения: саддукеи, фарисеи и ессеи
Эпоха эллинизма стала временем формирования и размежевания основных религиозных течений внутри иудаизма[28].
- Саддукеи (цадоким) представляли партию священнической и родовой аристократии, тесно связанной с храмом. Они признавали авторитет только письменной Торы, отвергали устное предание, а также учения о воскресении мёртвых, посмертном воздаянии и ангелах — концепции, проникшие в иудаизм, вероятно, под влиянием иранских и греческих представлений. Саддукеи были более глубоко эллинизированы и после 70 года н. э. фактически исчезли[33][34].
- Фарисеи (прушим — «отделённые») опирались на книжников, законоучителей и простой народ. Они признавали устное предание наряду с письменной Торой и разработали нормы ритуальной чистоты для повседневной жизни. Хотя фарисеи выступали против радикальной эллинизации, они сами восприняли ряд эллинистических форм: их высший совет был организован по образцу эллинистических ассоциаций[35]. Учение о воскресении мёртвых имело эллинистические параллели (в частности, у пифагорейцев), но было переосмыслено как акт свободной воли Бога, а не как круговорот душ[33][34].
- Ессеи образовали аскетические общины, вероятно, включая Кумранскую общину, оставившую Свитки Мёртвого моря[36]. Они отвергали авторитет храма, считая собственную общину «новым храмом». В ессейских общинах прослеживается влияние пифагореизма — особенно в дуализме духа и материи и в общинной организации[33][34].
Образование и эллинизация быта
Основным проводником греческого влияния были образовательные учреждения. После основания первосвященником Ясоном гимнасия в Иерусалиме (ок. 175 г. до н. э.) знатные юноши получили доступ к греческому образованию — атлетике, литературе, философии. Гимнасий, однако, требовал компромисса с религиозными нормами: занятия проходили обнажёнными, что делало видимым обрезание, и сопровождались языческими ритуалами. Эллинизированные евреи пытались скрывать обрезание[37]. Согласно Иосифу Флавию, при раввине Гамлиэле Старшем (I век н. э.) наряду с 500 учениками, изучавшими Тору, было 500 учеников, изучавших «греческую мудрость»[38]. В Египте евреи также стремились записать детей в греческие гимнасии — пока император Клавдий не запретил эту практику в 41 году н. э.[18].
Проявления эллинизации были заметны и в консервативной среде Иудеи. Традиционные имена менялись на греческий лад: «Хони» становился Менелаем, а «Иешуа» — Ясоном[39]. Надпись в Иерусалимском храме, запрещавшая иноземцам проходить дальше определённой отметки под угрозой смерти, была выполнена на греческом языке из-за присутствия грекоязычных евреев из диаспоры. Лари в храме, где хранились пожертвования в виде шекелей, были помечены греческими буквами. В Святом городе существовали отдельные синагоги либертинцев, киринейцев, александрийцев, киликийцев и жителей Азии[30]. Дворы перестроенного Иродом храма были выполнены в греческом стиле, а синкретические мотивы обнаружены на мозаиках и росписях синагог как в диаспоре (Дура-Европос), так и в Палестине[40].
Религиозно-философская мысль и литература
Септуагинта
Главным литературным памятником взаимодействия иудаизма и эллинистической культуры является Септуагинта — перевод Танаха на древнегреческий язык койне, выполненный в Александрии в III—II веках до н. э. К этому же периоду относится расцвет апокрифической, псевдоэпиграфической и апокалиптической литературы: Книга Премудрости Соломона, Книга Сирахова, Успение Моисея, Заветы двенадцати патриархов, Книга Варуха и Греческий апокалипсис Варуха[41].
В переводах Библии на греческий и арамейский языки проявилось стремление устранить антропоморфизм, соответствующие места систематически смягчались или исключались. Наиболее сильно эта тенденция проявилась в философской литературе египетской диаспоры. Греческие философы представляли высшее существо как воплощение добра, истины и красоты (Платон) или как движущую силу мира (Аристотель). Эллинистическая еврейская литература соединяла этот отвлечённый образ с главным атрибутом Бога в иудаизме — этическим персонализмом[42].
Помимо Септуагинты и апокрифов, в эллинистический период была создана оригинальная литература на греческом языке. Египетско-еврейские авторы писали эпические поэмы в гомеровском стиле (Филон Старший — поэма об основании Иерусалима гекзаметром) и трагедии под влиянием Еврипида (Иезекииль Трагик — драма «Исход»)[43]. Историки Артапан, Евполем и Клеодем Малх излагали еврейскую историю в формах эллинистической историографии[44]. Аристобул Александрийский предпринял попытку синтеза Писаний с греческой философией, утверждая, что Гомер, Платон и Пифагор заимствовали свои идеи из Моисеева закона. Эта литература носила апологетический характер, представляя иудаизм эллинистическому миру как универсальную монотеотическую мораль[18].
Филон Александрийский
Наиболее видным еврейским философом периода был Филон Александрийский (ок. 20 г. до н. э. — ок. 50 г. н. э.), считавший, что Бог неизмеримо выше понятий добра, истины и красоты и не может быть до конца постигнут разумом. Для примирения библейских текстов с античной мыслью Филон использовал метод аллегорического толкования. Поскольку связь между трансцендентным Богом и материальным миром невозможна, Филон ввёл промежуточные звенья — заимствованные у Платона и истолкованные аллегорически понятия: ангел, идея и в первую очередь логос. Если в классической греческой философии этот термин означал «разум» или «закон», то Филон трактовал его как совокупность божественных мыслей и повелений, через которые был сотворён мир. Он называл логос «первородным сыном» Бога и первосвященником, посредствующим между Богом и человечеством[45][31].
Филон получил традиционное греческое образование, знал Гомера, Еврипида, Демосфена, но считал себя ортодоксальным евреем. Его система — синтез среднеплатонизма со стоицизмом и пифагореизмом — стала преобладать в эллинистическом иудаизме[18]. После его смерти произведения Филона сохранила не еврейская, а христианская традиция, увидевшая в его учении о логосе предвосхищение христианского богословия[46].
Мистические традиции и гностическое влияние
Еврейская мистическая традиция эллинистической эпохи испытала влияние иранской (зороастрийской) и гностической мифологии, а также греческой идеалистической философии (пифагореизма, платонизма) и внеконфессионального областей (астрологии, алхимии, наукообразной магии). Эти концепции воспринимались негативно сторонниками ортодоксии, но определяли космологические представления и философскую мысль носителей еврейской традиции, возрождаясь впоследствии в средневековой каббале[47][48].
Наследие
Раннее христианство и ранний раввинистический иудаизм активно заимствовали концепции из эллинистической философии и трудов грекоязычных еврейских авторов. Даже раввинам вавилонского происхождения, таким как Гиллель Старший, приходилось изучать греческий язык. Многие правовые нововведения Гиллеля носили греческие названия — например, Прозбол (др.-греч. προσβολή — «передача»). Как отмечал немецкий историк религии М. Хенгель, арамейский язык и иврит постоянно вбирали греческие заимствования, что отражено в Мишне и Медном свитке[49][50].
Концепция логоса, разработанная Филоном, была воспринята христианскими мыслителями — Климентом Александрийским, Оригеном и отцами церкви — и стала фундаментальным понятием христианского богословия. Влияние Филона на иудаизм, напротив, было ограниченным: его произведения не вошли в раввинистический канон и сохранились лишь благодаря христианским переписчикам[51]. Само слово «иудаизм» (др.-греч. Ἰουδαῖος) впервые зафиксировано в эллинистической еврейской литературе и обозначало монотеистическую религию евреев как противоположность эллинистическому язычеству[52].
Известные представители
Ранний эллинизм и эпоха Хасмонеев
- Андроник, сын Мешуллама — египетско-еврейский учёный II века до н. э., защитник фарисейской ортодоксии в полемике против самаритян.
- Антигон из Сохо — иудейский учёный первой половины III века до н. э., первый известный еврей с греческим именем, ученик Симона Праведного.
- Антигон II Маттатия — последний царь Иудеи из династии Хасмонеев, казнён римлянами в 37 году до н. э.
- Аристобул Александрийский (середина II века до н. э.) — философ-перипатетик, предпринявший синтез еврейских Писаний с греческой философией.
- Артапан Александрийский (III—II века до н. э.) — историк, автор труда «О евреях», цитаты из которого сохранились у Евсевия Кесарийского.
- Клеодем Малх — еврейский историк, на труды которого ссылались Александр Полигистор и Иосиф Флавий.
- Иезекииль Трагик — александрийский поэт, автор драмы «Исход» (Ἐξαγωγή).
- Ясон — первосвященник Иерусалимского храма (175—172 годы до н. э.), сторонник эллинизации, основатель гимнасия в Иерусалиме.
- Менелай — первосвященник в Иерусалиме (171—161 годы до н. э.).
- Бен-Сира (Иешуа, сын Сирахов) — учёный и теолог II века до н. э., автор «Книги премудрости Иисуса, сына Сирахова».
- Симон Тасси (ум. 135 до н. э.) — первый полновластный правитель Иудеи из династии Хасмонеев, военачальник в армии Селевкидов.
Римский и ранневизантийский периоды
- Филон Александрийский (ок. 20 г. до н. э. — ок. 50 г. н. э.) — крупнейший иудейский философ эллинистической эпохи. В 39-40 годах н. э. возглавлял посольство александрийских евреев к императору Калигуле.
- Иосиф Флавий — еврейский историк, принявший римское гражданство. Популяризировал идею о близости иудаизма к греческой философии.
- Юст Тивериадский — еврейский историк, секретарь царя Ирода Агриппы II.
- Юлиан и Папп — еврейские деятели, возглавлявшие сопротивление римлянам во время Восстания Квиета (115—117 годы н. э.).
- Лукуас — ливийский еврей, один из предводителей восстания в Северной Африке и Египте (115—117 годы н. э.).
- Трифон Еврей — иудейский учёный II века н. э., оппонент Иустина Философа.