Штеппа, Константин Феодосьевич

Константи́н Феодо́сьевич Ште́ппа (укр. Костянти́н (Кость) Теодо́сійович Ште́па; 15 [27] декабря 1896, Лохвица, Полтавская губерния19 ноября 1958, Нью-Йорк, США) — украинский и советский историк, византинист и этнограф, представитель российской научной диаспоры в США, специалист по советской историографии и украинистике. Ученик Михаила Грушевского, коллаборационист. Во время Гражданской войны выступал на стороне белых, однако в 1919 году оказался в плену и сумел скрыть своё прошлое. При советской власти с 1938 года до Великой Отечественной войны — профессор, декан Нежинского ИНО, зав. отдела народного просвещения при Киевском университете, в дальнейшем — его ректор во время немецкой оккупации (1941). В эмиграции с 1943 г. Соучредитель Мюнхенского института по изучению истории и культуры СССР. Обозреватель радиостанции «Свобода» в США. Публицист и деятель антикоммунистического движения на Западе[1].

Общие сведения
Константин Феодосьевич Штеппа
Ректор Киевского университета
Начало полномочий 1941
Окончание полномочий 1942
Предшественник Русько, Алексей Никитич
Преемник Русько, Алексей Никитич
Личные данные
Дата рождения 15 (27) декабря 1896
Место рождения
Дата смерти 19 ноября 1958(1958-11-19) (61 год)
Место смерти
Страна
Научная сфера история
Учёная степень доктор исторических наук
Учёное звание профессор
Образование

Биография

Родился в семье православного священника немецкого происхождения и дочери полтавского помещика[2][3][4]. Имел двух братьев[2].

Окончил Полтавскую духовную семнарию, где учился в 1910—1914 годах и под влиянием В. А. Пархоменко увлёкся историей[2], затем поступил на историко-филологический факультет Петроградского университета, учился у М. И. Ростовцева.

В 1916 году перешёл в военное училище и затем в звании прапорщика попал в 1-й гвардейский полк[2]. Участник Первой мировой войны, был дважды ранен[2].

В годы Гражданской войны в 1919-20 гг. в рядах Белой армии, капитан, раненым попал в плен при отступлении Врангеля от Перекопа[2][3]. В госпитале Штеппе удалось получить новые документы на фамилию Штепа и начать таким образом «новую» жизнь[2].

В 1920—1921 гг. преподавал в школе в городе Ромны[5]. В 1921 году переехал в Нежин, где со следующего года продолжил образование в Нежинском ИНО аспирантом профессоров Семёнова и Турцевича, в 1924 году защитил посвящённую демонологии работу[4] и с того же года сотрудник там же[2], с 1927 года профессор[3], в 1926-27(8?[2]) гг. декан[4]. Возглавлял Нежинский музей им. Гоголя[2]. Осенью 1927 года в Одессе на кафедре украинской литературы защитил докторскую диссертацию и получил степень доктора истории европейской культуры[2][4].В 1927 г. защитил диссертацию «О демонологии средневековой инквизиции». В 1928—1929 гг. принимал активное участие в научной жизни Всеукраинской академии наук (ВУАН), числясь в её составе лишь формально и не получая зарплаты.[5] Его указывают первым получившим докторскую степень европейской культуры в Советской Украине и единственным в СССР доктором наук из провинциального научного центра[6]. С того же времени начал сотрудничать с М. Грушевским[2].

С 1930 года в Киеве, преподаватель Института профобразования (возникший на базе расформированного Киевского университета)[4]. Заведовал кафедрой истории древнего мира и средних веков Киевского университета, позднее декан исторического факультета. Председатель Комиссии по истории Византии АН УССР (1931). Депутат Киевского горсовета.

Дружил с А. П. Оглоблиным, вместе с которым подготовил ряд статей, направленных против «великодержавного шовинизма и местного национализма»[7]. В 1934 г. был переведён в состав Историко-археографического института ВУАН, где фактически возглавил сектор истории Запада и Востока. Занимался в этот период вопросами экономической истории, воззрениями классиков марксизма на проблемы феодального общества, опровержением постулатов «буржуазной» историографии. В это же время возглавил исторический факультет Киевского государственного университета. В том же году Историко-археографический институт был ликвидирован, Штеппа полностью перешёл на преподавательскую работу[5].

18 марта 1938 г. арестован по обвинению в антисоветской деятельности. Во время его заключения у него родилась дочь (третий ребёнок), которая вскоре умерла от голода, так как семья лишилась источников к существованию[7]. Об обстоятельствах его ареста писал в книге «Большой террор» Роберт Конквест: «…После сурового допроса, который вели 13 следователей в течение 50 дней, его объявили одним из заговорщиков, замышлявших покушение на жизнь Косиора. После падения Косиора это обвинение было снято как с него, так и со многих других и заменено… шпионажем в пользу Японии»[8]. В 1939 г. был освобождён[5]. В 1927—1938 гг. был осведомителем НКВД, благодаря чему получил в 1939 году освобождение[2]. Ему было возвращено профессорское звание и должность заведующего кафедрой.

Во время оккупации Киева заведовал отделом народного образования в городской управе, которую короткое время возглавлял его друг А. П. Оглоблин; одним из его заместителей был известный скульптор и кинорежиссёр И. П. Кавалеридзе. Позднее — ректор Киевского университета, который в годы оккупации фактически не функционировал.

После ареста редакции газеты «Украинское слово» во главе с И. Рогачом стал редактором газеты, которая была переименована в «Новое украинское слово», также сотрудничал с газетой «Последние новости», которую редактировал Л. Дудин. Новую линию газеты высоко оценил рейхскомиссар Украины Э. Кох, который отметил, что газета «по собственной инициативе поддерживает новое содружество европейских народов и отвергает ошибочную националистическую идеологию», и посетовал, что такая линия не встречает понимания среди населения[9][10]. По воспоминаниям литературоведа Якубского, Штеппа был настолько напуган арестом прежней редколлегии, что тональность всех статей при нём свелась к двум характерным для периодических изданий на оккупированной территории СССР в годы Великой Отечественной войны темам — антисоветской и антисемитской[9].

Зарубежные украинские историки оценивают взгляды Штеппы как «имперско-российские»; так это было или не так, но процесс «украинизации» на страницах газеты при нём был свёрнут. Много лет спустя в работе «Формула меньшего зла» он оценил Переяславский акт 1654 г. о присоединении Украины к России как «меньшее зло» по сравнению с другими альтернативами. Возможно, именно в виду таких взглядов после войны прерываются его отношения с А. Оглоблиным (который совершенно не упоминает Штеппу в своей обзорной работе по украинской историографии).

В конце 1941 г. Штеппа подписал обязательство о сотрудничестве с СД и написал ряд доносов, которые в настоящее время хранятся в архиве СБУ.

В 1943 г. эмигрировал в Берлин. В 1947—1949 гг. был сотрудником журналов «Грани» и «Посев», где публиковался под псевдонимами, принял гражданство ФРГ. В 1950 г. выступил одним из учредителей и сотрудников Мюнхенского института по изучению истории и культуры СССР[5].

После отступления немецких войск с Украины — в Берлине. В 1944 г. его семья получила немецкое гражданство. Редактировал журнал для остарбайтеров и власовцев «На досуге», что настроило против него украинские эмигрантские круги.

После войны сотрудничал с изданиями НТС — журналами «Грани» и «Посев», где писал под псевдонимами Громов, Годин, Лагодин и др. В 1950 г. — учредитель и сотрудник Мюнхенского института по изучению истории и культуры СССР. В соавторстве с известным физиком-ядерщиком Ф. Хоутермансом, своим бывшим сокамерником в довоенный период, опубликовал книгу о сталинских репрессиях (Beck, F. and Godin, W. «Russian Purge and the Extraction of Confession», Hurst and Blackett, 1951).

С 1952 г. — в США (поселился в Бруклине, Кингс). Сотрудничал с ЦРУ. Автор исторических исследований «Ежовщина», «Основы сталинизма», «Русские историки и советское государство», «Формула меньшего зла» и др.[11]. Работал как обозреватель радиостанции «Свобода». Принял активное участие в создании антикоммунистического Союза борьбы за освобождение народов России. В 1950-е годы при поддержке Фонда Форда подготовил к изданию рукопись «Русские историки и советское государство». Книга была опубликована после смерти Штеппы на английском языке под названием «Russian Historians and the Soviet State» (1962)[5].

Скончался 19 ноября 1958 г. в Нью-Йорке.

Семья и личная жизнь

После 1921 г. в Нежине женился на Валентине Л. Шепелевой (1902 г. р.)[2]. Сын К. Ф. Штеппы, Эразм (1925—2008). Дочь Аглая, в замужестве Горман (30 мая 1924 — 7 марта 2013[12]), работала профессором в колледже; до конца жизни жила в Галфпорт (Флорида), пригороде Сент-Питерсберга (штат Флорида, США)[13].

Избранные труды

  • Штепа, К. Ф. Селянськi рухи в Римськiй iмперiï // Записки Нiжинського Iнституту Народньоï Освiти. — 1930. — Кн. 10. — C. 3-46;
  • Штепа К. Нариси з iсторii античнойi и християнськоi демонологii (До питання про походення християнства) // Записки Нiжинського IНО. — Нiжин, 1926. — Кн. VI. — С. 125—194;
  • Штепа К. Нариси з iсторii античнойi и християнськоi демонологii (До питання про походення християнства) // Записки Нiжинського IНО. — Нiжин, 1927. — Кн. VII. — С. 45-138;
  • Штепа, К. Ф. Маркс, Энгельс i проблеми античного способу продукцi. — Киiv: Вид-во Всеукр. АН, 1934. — 108 с.;
  • Штепа, К. Ф. Восстания Стоцы (536—546 гг. н. э.) (к истории революционных движений в Римской Африке) // Вестник древней истории. — 1940. — № 3-4. — С.115-130;
  • Штепа К. Революція рабів в античному світі / К. Штепа. — Київ : Політвидав, 1941. — 22, [1] с. — (Лекції на допомогу вивчаючим марксизм-ленінізм. Серія історичних наук. Загальна історія і історія СРСР ; лекція 1);
  • Лагодин В. [Штеппа]. Советская система управления массами и её психологические последствия / В. Лагодин // Конференция научных работников (эмигрантов), состоявшейся в Мюнхене 11-14 января 1951 г. : Материалы / Институт по изучению истории и культуры СССР. — Мюнхен : Ин-т по изучению истории и культуры СССР. — Вып. II.: Заседание третье / Предисловие от ред-ции . — Мюнхен : Ин-т по изучению истории и культуры СССР, 1951. — 5-43;
  • Штеппа, К. Ф. Сталинизм (Главы из рукописи книги) / К. Ф. Штеппа // Грани. — 1994. — № 173 . — С. 264—292;
  • Штеппа, К. Ф. Сталинизм / К. Ф. Штеппа // В поисках истины. Пути и судьбы второй эмиграции : Сб. статей и документов / Сост. В. С. Карпов, А. В. Попов, Н. А. Троицкий ; Общ. ред. А. В. Попова ; Предисловие В. В. Захарова ; Вступит. статья А. В. Попова . — М. : Российский государственный гуманитарный университет (РГГУ), 1997. — 151—175 . — (Материалы к истории русской политической эмиграции; 2);
  • Штеппа, К. Ф. «Ежовщина» // ХХ век . История одной семьи / Ин-т полит. и воен. анализа, Центр по изучению Рус. Зарубежья. — М. : РУСАКИ, 2003. — С. 15-138 : ил. (Материалы к истории русской политической эмиграции; вып. 8);
  • Доклад профессора К. Ф. Штепы для штаба Розенберга о националистической направленности деятельности Украинской Автокефальной Церкви и необходимости поддержки в интересах Германии Украинской Автономной Православной Церкви. [Не позднее 5-6 августа 1942 г.] // Русская Православная Церковь в годы Великой Отечественной войны 1941—1945 гг. Сборник документов. — М.: РОССПЭН, 2019 — С. 570—577;
  • Фредерик Бек, Уильям Годин [Штепа]. Русская чистка и получение признаний. Глава VIII «Теории» // Неприкосновенный запас. — 2021. — № 2. — С. 13-30;
  • Beck F., Godin W. Russian Purge and Extraction of Confession. — New York: The Viking Press, 1951. — P. 214—277;
  • Godin, W. Russian purge and the extraction of confession / By F. Beck a. W. Godin ; Transl. from the Germ. by Eric Mosbacher a. David Porter. — London etc. : Hurst & Blackett, 1951. — 232 с.; 21 см;
  • Shteppa, Konstantin F. Russian historians and the Soviet state / Konstantin F. Shteppa. — New Brunswick (N.J.) : Rutgers univ. press, Cop. 1962. — 437, [15] с.; 24 см.

Примечания

Литература

Ссылки