Периодические издания на оккупированной территории СССР в годы Великой Отечественной войны

Оккупационные периодические издания выходили на территории всех оккупированных республик — в Белоруссии, Молдавии, Латвии, Литве, Эстонии, России, на Украине. Немецкие оккупационные газеты выпускались на русском, украинском, белорусском, молдавском, литовском, латышском, эстонском и других языках народов СССР, среди них особую роль играли газеты на русском языке^[3]. Чаще всего коллаборационистские периодические издания имели строгую привязку к регионам^[4]. Были и специализированные издания, ориентированные на конкретные группы читателей — крестьян, рабочих, военных, женщин и т. д. Антисемитская тема присутствовала во всех оккупационных периодических изданиях^[5], большое значение имела религиозная риторика, издавался отдельный журнал «Православный христианин»^[6]. Большинство немецких оккупационных газет придерживались тезиса о превентивности войны Германии против СССР, обвиняя в развязывании войны СССР^[7].

Изначально, оккупационные газеты представляли собой лишь небольшие информационные листки. Со временем, при активном участии советских коллаборационистов, некоторые из которых имели издательский опыт, и специально приглашённых немцами представителей белой эмиграции с соответствующим опытом работы, газеты разрослись до серьёзных изданий.

Например, рижскую газету «Русский вестник» редактировал известный в эмиграции писатель и журналист В. Клопотовский, ответственными редакторами русскоязычной киевской газеты «Последние новости» были первоначально доцент Л. В. Дудин, а затем профессор К. Штепа. Однако в целом, по признанию оккупационной газеты «Голос Крыма» даже в 1943 году журналистов, сотрудничавших с немецкими властями «по существу до бедности мало… Положение прессы при отсутствии журналистов крайне затруднительно»^[8].

В целом, немецкие газеты давали однообразный, в основном пропагандистский, материал и сообщения о боевых успехах вермахта, позже сообщения о РОА^[9]. Как отмечал историк И. Б. Красильников,

Историк Олег Романько, указывал на то, что, несмотря на однообразие в содержании немецких газет, запрещалось распространение газет, предназначенных для одного региона в другом, такое распространение каралось наравне с распространением советских газет^[10]. Делалось это, в том числе, и из страха перед возможной консолидацией русских антисоветских сил против самих немцев. Один из редакторов коллаборационистской газеты утверждал по этому поводу следующее:

Немецкие издания на территории России в годы Великой Отечественной войны были представлены, в основном, русскоязычными газетами и журналами, разовые тиражи которых доходили до 100 тыс. экземпляров. Известными оккупационными многотиражками были псковская газета «За родину»^[11], орловская «Речь» и смоленская «Новый путь»^[12].

Зачастую, оккупационные издания возглавляли бывшие сотрудники советских газет^[13]. Так, редактором немецкой газеты «Новый путь» стал бывший редактор советской газеты «Рабочий путь»^[14]. Работу коллаборационистскую газеты «За родину» курировал бывший главный редактор «Псковского Колхозника», причём вместе с ним к немцам перешла вся редакция.

В Крыму, в Симферополе, с декабря 1941 издавалась газета «Голос Крыма» — коллаборационистская газета на русском языке. Там же, частично на базе типографии и персонала советской газеты «Къзыл Кърым», с января 1942 года в качестве печатного органа Симферопольского мусульманского комитета издавалась коллаборационистская газета «Азат Кърым» («Свободный Крым»)^[15][16].

С 22 марта 1942 года в Смоленском районе в тиражом в 150 тысяч экземпляров выходила специальная газета для крестьян «Колокол»^[17]. На Северном Кавказе выходила коллаборационистская газета «Газават», специализирующаяся на военной пропаганде среди мусульман^[18], её лозунгом был «Аллах над нами — Гитлер с нами»^[19]. Иногда даже в небольших населённых пунктах был налажен выпуск собственных газет, например, в станице Лабинской, где редактором оккупационного СМИ был местный школьный учитель русского языка и литературы^[20], который в последствии был приговорён к 10 года лишения свободы^[21].

Активное участие в создании периодических изданий оккупированных территория Украины приняли походные группы ОУН, выпускавшие многочисленные издания на украинском языке. Одним из первых таких изданий стало «Украинское слово», редакция которого перемещалась из города в город вплоть до занятия немцами Киева. В декабре сотрудники редакции газеты была арестованы и вскоре расстреляны немцами, а новый редактор К. Ф. Штеппа переименовал газету в «Новое украинское слово», которое стало выходить на русском языке. Одновременно в Киеве Л. Дудин издавал газету «Последние новости».

В Харькове активную роль в издании местной прессы играли А. Любченко и В. Петров (оказавшийся советским разведчиком).

На западе Украины заметную роль в журналистике и издательстве оккупационной прессы играл Улас Самчук. В ноябре 1941 г. он совершил поездку по центральным и восточным районам Украины, где взял интервью у деятелей местной оккупационной администрации.

На Донбассе, по сообщению берлинской газеты на русском языке «Новое слово» за 8 июля 1942 года, выходило более десяти газет. С октября—ноября 1941 года начали выходить: «Мариупольская газета» (на украинском языке), «Донецкий вестник», «Донецкая газета» (на украинском языке, Славянск), позже «Бахмутский вестник», «Новая жизнь» (Чистяково), «Снежнянский вестник», «Дебальцевский вестник» и «Харцызский вестник», а в начале 1942 года начали издаваться: «Украинский Донбасс» (Горловка), «Константиновские вести» и «Хлебороб» (Волноваха).

На территории Транснистрии (включая Одессу) русскоязычные издания имели прорумынскую направленность.

Для польского населения Ровенщины и партизан-поляков ровенского партизанского соединения № 1 выходила газета «Червоний штандарт»^[22].

Одним из заметных немецких оккупационных изданий Латвии была газета «Двинский вестник».

В 1941 году в Риге выходила русская еженедельная газета «Родина» (главный редактор — В. В. Клопотовский), а также пять номеров еженедельной русской газеты «Слово».

На русском и немецком языках печатался «Обзор русских газет. RussischePressespiegel». Газета состояла из материалов газет «За Родину!», «Северное слово», «Правда» и журнала «Новый путь».

В 1941—1943 годах в Риге издавалась газета «Правда», шапка которой имитировала советскую «Правду». Вышло: в 1941 году — 20 номеров, 1942-м — 52 номера, 1943-м —один номер и спецвыпуск.

В Ревеле (Таллин) в 1942—1944 годах трижды в неделю выходила иллюстрированная политико-литературная газета «Северное слово» (ответственный редактор — В. Смирнов) и как приложение к газете одноимённое специальное литературно-художественное издание (тираж — 100 тыс. экз.). Газета имела специальную еженедельную рубрику «Литературный календарь», в которой публиковались материалы о выдающихся российских писателях, а также статьи к юбилеям и памятным датам деятелей мировой и русской литературы, рецензии на изданные книги^[23].

За годы Великой Отечественной войны в Прибалтике издавались 15 газет, что составило 5 % от общего количества издаваемых на оккупированных территориях^[24].

На территории оккупированной Карело-Финской ССР финляндскими властями издавалось несколько газет — финноязычные «Vapaa Karjala» («Свободная Карелия», с августа 1941) и «Paatane Viesti» («Паданские вести»), а также русскоязычная «Северное слово»^[25].

Газета «Vapaa Karjala» («Свободная Карелия») выходила один раз в неделю на протяжении всех лет оккупации. Первый номер газеты вышел в августе 1941 года тиражом в 5 тыс. экземпляров, к концу этого года тираж достиг 10 тыс. экземпляров, а в 1943 году составлял уже 11,7 тыс. экземпляров. С 1942 года выпускалась газету «Paatenan Viesti» («Паданские вести») на финском языке тиражом 1400 экземпляров. Материалы газет носили идеологический характер и были направлены на принижение роли русского народа в жизни финно-угорских народов Карелии и возвеличивание идеи Великой Финляндии^[26].

К началу 1942 года на оккупированной немцами советской территории типографским способом издавалось немногим более 20 просоветских газет, но в 1943—1944 годах число изданий подпольной и партизанской печатной продукции возросло до 270^[27]. Порой ситуация с бумагой была настолько плачевной, что газеты печатали на бересте и на обоях^[28]. Из подпольных изданий, выходивших на оккупированной территории, наибольшей известностью пользовались газеты «За Советскую Украину!», «Большевистская правда», «Витебский рабочий», «В бой за Родину!»; из партизанских — «Красный партизан», «Партизан Украины», выходивших в отрядах С. А. Ковпака и А. Н. Сабурова^[29]. Главное политическое управление Советской армии выпускало листок «Вести с Советской Родины» (тираж —1,5 млн экземпляров), который постоянно информировал советских людей на захваченной временно врагом территории о положении на фронте и в тылу.

В 1941 году на занятом немцами Северо-Западе России в Полновском районе была создана первая партизанская типография небольшой производительности^[30], газеты же, отпечатанные в СССР, почти не доходили до населения оккупированных территорий из-за того, что советская печатная продукция разбрасывалась самолётами в прифронтовой зоне, откуда местные жители выселялись немцами^[31]. Однако, с развитием партизанского движения, в 1942—1943 гг. издательская деятельность расширилась настолько, что политотделы партизанских бригад и отрядов стали отправлять в Ленинград по пять обязательных экземпляров всех своих газет и листовок^[32].

Многие партизанские газеты печатались на оборудовании советских газет, например, газета «Новороссийский партизан» издавалась на печатной машине газеты «Новороссийский рабочий».

На оккупированной территории Белоруссии подпольно издавалось 162 газеты, в том числе республиканских — 3, областных — 14, межрайонных и районных — 145^[33], распространялись центральные советские газеты^[34]. В Минске оккупанты готовы были выплатить 75 тысяч марок тому, кто укажет место подпольной печати газета «Звязда»^[35].

В конце 1942 года начала выходить газета Полесского подпольного обкома и Мозырского подпольного горкома ЦК КП(б)Б «Бальшавік Палесся»(«Большевик Полесья»)^[36].