АссистентНовый вопросИсторияОбласти знаний
Партнёрские проектыСпецпроектыСтать автором
Сменить язык
О РУВИКИ

Шахт, Йозеф

Йозеф Франц Шахт (нем. Joseph Franz Schacht; 15 апреля 1902[1] или 15 марта 1902[2], Рацибуж, Оппельн, Силезия, Королевство Пруссия, Германская империя — 1 августа 1969[3][4][…], Энглвуд, Берген, Нью-Джерси, США) — британо-немецкий профессор арабского языка и ислама в Колумбийском университете в Нью-Йорке. Ведущий западный исследователь в области исламского права и хадисоведения.

Его труд «Истоки магометанской юриспруденции» (1950) считается центральным произведением по этой теме. Автор множества статей в первом и втором изданиях «Энциклопедии ислама», соредактор второго издания «Наследия ислама» и автор учебника «Введение в исламское право» (1964).

Общие сведения
Йозеф Шахт
Joseph Franz Schacht
Дата рождения 15 марта 1902(1902-03-15)
Место рождения Ратибор, провинция Силезия, Германская империя
Дата смерти 1 августа 1969(1969-08-01) (67 лет)
Место смерти Инглвуд, Нью-Джерси, США
Страна
Образование
Род деятельности историк, академик
Награды и премии

Жизнь и карьера

Шахт родился в католической семье, но с раннего возраста стал учеником еврейской школы. В Бреслау и Лейпциге изучал семитские языки, греческий и латынь под руководством профессоров, включая Готхельфа Бергштрессера.

В 1924 году опубликовал свою хабилитационную диссертацию «Das kitab al-hiial fil-fiqh (Buch d. Rechtskniffe) des abū Hātim Mahmūd ibn al-Hasan al-Qazuīnī» с переводом и комментариями.

В 1925 году получил свою первую академическую должность во Фрайбургском университете в Брайсгау. В 1927 году стал там экстраординарным профессором, став самым молодым профессором во всей Германии, а в 1929 году — ординарным профессором семитских языков. В 1932 году был назначен профессором в Кёнигсбергском университете. В 1934 году, будучи противником нацистского режима, Шахт уехал в Каир, где преподавал до 1939 года. В начале Второй мировой войны в 1939 году он оказался в Англии, где предложил свои услуги британскому правительству и работал на BBC. В 1947 году получил британское гражданство.

Шахт преподавал в Оксфордском университете с 1946 года. В 1954 году переехал в Нидерланды и преподавал в Лейденском университете. В 1957—1958 учебном году преподавал в Колумбийском университете, где в 1959 году стал полным профессором арабского языка и исламоведения. Он оставался в Колумбийском университете до выхода на пенсию в 1969 году в качестве почётного профессора.

Одним из главных вкладов Шахта в историю раннего ислама является признание того, что хадисы, вероятно, происходят от тех, в ком сходятся различные традиции прошлого, и это схождение Шахт описывает как «общее звено». Эта концепция позже использовалась многими другими востоковедами[5][6][7].

Мысль

Теория исламского права

Шахт утверждал, что исламское право не было, как учила классическая исламская юриспруденция, продуктом упорядоченного следования четырём источникам/компонентам (которые в порядке важности/старшинства были):

  1. Коран,
  2. Сунна (совокупность традиционных социальных и правовых обычаев и практик исламской общины),
  3. Кияс (процесс дедуктивной аналогии), и
  4. Иджма (консенсус/согласие мусульманских учёных).

Его хронология не следовала прямому пути от Аллаха к Мухаммеду, затем к сподвижникам, последователям и фикху. Развитие фикха не было сосредоточено вскоре после смерти Мухаммеда в городе (Медина), где он основал своё государство и где память и традиции о нём были наиболее сильны.

Право возникло из исторического развития трёх различных «сунн» — совокупностей обычаев, правил и законов — действовавших параллельно в период Омейядского халифата:

  1. «Доисламская сунна» Аравии,
  2. смешанная сунна обычного и административного права отдалённых провинций Омейядов, и позже
  3. «живые традиции» вновь образованных исламских школ.

Унификация исламской правовой мысли (так что осталась только одна сунна) произошла при правоведе Аш-Шафии (767—820), когда хадисы Мухаммеда стали преобладающими (за исключением Корана). Наиболее важная из школ исламского права развилась в Куфе в Месопотамии, согласно исследованиям Шахта, и её правовые предписания распространились в другие города, такие как Медина[8][9][10].

Начиная примерно с 100 года хиджры (720 год н. э.), хадисы Мухаммеда «начали фабриковаться», формируя исламскую Сунну в том виде, в каком она известна сегодня. Хотя учёные признавали, что многие хадисы были ложными, и пытались отсеять их с помощью ʻilm al-ḥadīth, это было тщетно, так как большинство, если не все, неаутентичны. Согласно Шахту, за исключением «нескольких модификаций, продиктованных Кораном», исламская «Сунна» совпадает с «сунной» «доисламской Аравии»[11]. Одним из примеров силы традиционного права было то, что при халифате кража наказывалась поркой, хотя Коран предписывал увечье/ампутацию[12].

Шахт утверждает, что отчасти фабрикация хадисов происходила из «литературной условности, которая нашла особую благосклонность в Ираке», когда авторы/учёные ставили свою «собственную доктрину или работу под эгиду древнего авторитета»[13][14]. Высшим престижным «древним авторитетом» в этом контексте был Мухаммед, и «около 120 года хиджры» учёные в Куфе, «за которыми через несколько лет последовали мединцы», начали ложно приписывать «свои новые доктрины более ранним юристам», а со временем распространили их на Мухаммеда[13][15]. Шахт также винит религиозный пыл тех, кто «ненавидел» использование Кияса и Иджмы. Подозрительным оправданием для фабрикаторов-«традиционалистов» служили хадисы, такие как «изречения, приписываемые мне, которые согласуются с Кораном, восходят ко мне, независимо от того, говорил ли я их на самом деле или нет»[16]. Хотя подделки были ложными, они также могли быть оправданы как признание «окончательной легитимности того, что делал и говорил пророк Мухаммед»[17].

Доказательства позднего создания

В качестве доказательства того, что большинство хадисов были созданы после 100 года хиджры, Шахт отмечает, что:

  1. все аутентичные ранние труды по исламскому праву практически не содержат упоминаний о хадисах Мухаммеда[18];
  2. ранние доктрины правовых школ «почти всегда восходили» к более раннему юристу или к сахабам («сподвижникам» Мухаммеда), но «практически никогда» к Мухаммеду[19][20];
  3. но «лучшим способом доказать, что традиция не существовала в определённое время», по словам Шахта, было «показать, что она не используется в качестве правового аргумента в дискуссии, которая сделала бы ссылку на неё обязательной, если бы она существовала»[21]. В ответ на аргумент, что юристы и т. д. могли не использовать правовой аргумент в дискуссии, потому что они о нём не знали, Шахт заявляет:
a. коммуникации в исламской империи в то время были достаточно хорошими, чтобы «доктрины и взгляды» могли «легко и быстро распространяться из одного юридического центра в другой»;
b. если поведение и высказывания Мухаммеда были основой исламского права с самого начала исламского общества, маловероятно, что те, кто занимался вопросами права — «среди самых учёных и благочестивых людей ислама» — не знали бы их;
c. были не десятки, а «сотни примеров, в которых имело место несоответствие между ранним решением и более поздней традицией». По словам Дэвида Ф. Форте, «выходит за рамки рационального убеждения думать, что эти люди были бы так последовательно в неведении о противоположных действиях Пророка»[22].

«Истоки магометанской юриспруденции» (книга)

В целом, «Истоки» критикуют методы и стандарты проверки хадисов, как они были впервые сформулированы Аш-Шафии и впоследствии развиты его учениками в VIII и IX веках н. э., на раннем и центрально важном этапе формирования исламской юриспруденции. Его исследование опирается на работы важных фигур в изучении исламского права в Европе XIX и XX веков, таких как Густав Вейль и Игнац Гольдциер. В частности, Шахт выступает за скептический подход к средневековым формам критики иснада, которые он рассматривает как сфабрикованные и составляющие большую часть суннитских подходов к проверке пророческих традиций правового характера[23].

Аргументация и метод

Шахт относит истоки 'ilm al-ḥadīth к VIII и IX векам н. э., моменту в развитии исламского правового мышления, совпадающему с профессионализацией классов традиционалистов (muḥaddith) и юристов (faqīh) в городских центрах Ближнего Востока.

Шахт приписывает имаму аш-Шафии, основателю одноимённой школы исламской юриспруденции[24], «создание» «основ» теории фикха (системы исламской юриспруденции), состоящей из четырёх принципов/источников/компонентов, упомянутых выше: Корана, хадисов пророка Мухаммеда и его сподвижников, консенсуса учёных (ijmāʿ), рассуждения по аналогии (qiyās)[25][26][27][28][29].

Поскольку в Коране относительно мало стихов, относящихся к фикху, система аш-Шафии означала, что «основная часть» правил исламского права была выведена из хадисов[30]. Шахт утверждает, что Шафии неоднократно настаивал на том, что «ничто» не может отменить авторитет Пророка, даже если он «подтверждён только изолированной традицией», и что если хадис был «хорошо аутентифицирован» (Ṣaḥīḥ), восходя к исламскому пророку Мухаммеду, он имел «приоритет над мнениями его сподвижников, их преемников и более поздних авторитетов»[31].

Следуя работе Гольдциера до него, Шахт утверждает, что именно аш-Шафии впервые возвёл сунну и её составные традиции в ранг большой правовой значимости. Материальная важность Корана и хадисов впоследствии пользовалась статусом, сопоставимым со статусом юридического консенсуса, хотя для аш-Шафии традиции, достоверно приписываемые Пророку, должны были считаться более авторитетными, чем традиции его сподвижников, и действительно могли заменить все другие источники правового авторитета. Более того, уже существующий правовой стандарт, основанный на такой традиции, мог быть отменён только при появлении хадиса, который мог бы быть более достоверно приписан Пророку[32][33]. Аш-Шафии заходит так далеко, что утверждает, что такие хорошо устоявшиеся традиции не вызывают споров об их обоснованности; их истинность просто навязывается человеческому разуму, не оставляя места для сомнений или спекуляций[34][35]. Шахт указывает, однако, что аш-Шафии непоследовательно применяет это правило в своей собственной работе, утверждая, что в некоторых случаях юрист отдавал предпочтение хадисам, переданным от сподвижников, которые открыто противоречили тем, которые приписывались Пророку. Эти традиции обычно включали те, которые подтверждали ритуальные практики, которые были либо общепризнанными, либо независимо проверяемыми (такие как ежедневная молитва), и те, которые оспаривали правовые позиции оппонентов аш-Шафии[36][37].

Опираясь на этот последний пункт, Шахт утверждает, что наука о хадисах аш-Шафии сводится к некритическому принятию пророческих традиций, которые оправдывали его собственные правовые предпочтения. Эти же традиции, утверждает Шахт, не могли бы выжить при более сильной программе расследования[38]. Хотя техническая оценка традиций продолжала развиваться на протяжении многих поколений мусульманских учёных, она, по-видимому, в значительной степени шла по линии несовершенной формы критики иснада, впервые сформулированной здесь аш-Шафии[39]. Позже в «Истоках» Шахт представляет доказательства, которые, по его оценке, предполагают, что на самом деле имела место крупномасштабная фабрикация пророческих иснадов в поколении, предшествовавшем жизни собственного учителя аш-Шафии, Малика ибн Анаса (ум. 795 н. э.). Даже в уважаемой золотой повествовательной цепи Малика есть подозрительные пробелы и очевидные замены, сеющие значительные сомнения в достоверности отношений, которые он, как утверждалось, имел с определёнными ключевыми передатчиками. По этим причинам современные учёные не могут быть столь же оптимистичны в отношении историко-аналитической ценности литературы хадисов, как их средневековые мусульманские коллеги[40].

Восприятие

Взгляды Шахта по этому вопросу подверглись критике со стороны учёных в последние десятилетия. Среди его известных критиков — М. Мустафа аль-Азами[41] и Ваэль Халлак. Работа аль-Азами «О происхождении магометанской юриспруденции Шахта» представляет собой систематический ответ на тезис Шахта, обрисовывая его внутренние противоречия, очень широкие обобщения Шахта и его постоянные особые просьбы перед лицом данных. Халлак утверждает, что Шахт ошибочно предполагает, что средневековые мусульманские учёные считали хадисы аподиктически истинными. По словам Халлака, более вероятно — и действительно очевидно для внимательного читателя при изучении литературы — что, по крайней мере, там, где дело касалось вопросов права, средневековые мусульманские учёные оценивали большинство хадисов лишь как вероятностно истинные. Именно эпистемическая сумма вероятных традиций, а не гарантированная истинность какой-либо одной традиции в частности, на которой они строили свои правовые решения.

Наследие

Научная реакция на работу Шахта породила «три лагеря учёных», согласно Мохсену Хареди, цитирующему Ваэля Халлака. Те (такие как Джон Уонсбро и Майкл Кук), кто стремится «подтвердить его выводы», а иногда и выйти за их пределы; те, кто пытается их опровергнуть (Набия Эбботт, Ф. Сезгин, М. Азами, Грегор Шёлер и Иоганн Фюк), и те, кто «стремится создать среднюю, возможно, синтезированную позицию между двумя» (Мотцки, Д. Сантиллана, Г. Х. Джуйнболл, Фазлур Рахман и Джеймс Робсон)[42][43].

По словам Дэвида Форте, «почти все западные исламские учёные согласны с тем, что доказательства Шахта против подлинности традиций практически неопровержимы»[44]. Среди его сторонников: Морис Годфруа-Демомбин, который пишет, что многие хадисы «являются апокрифическими и были изобретены в VIII веке, чтобы оправдать нововведения и тенденции, которые были очень чужды намерениям Пророка»[45]; Дж. Н. Д. Андерсон, который утверждает, что большинство хадисов были «вне сомнения, сфабрикованы»[46]; Герберт Либесни[47]; и Сеймур Веси-Фицджеральд, который заявляет, что «имела место преднамеренная подделка традиций ответственными юристами в таком масштабе, что ни одна чисто правовая традиция самого Пророка не может считаться вне подозрений»[48].

Библиография

  • Bergsträsser, Gotthelf: Grundzüge des islamischen Rechts. Editor: Joseph Schacht. Berlin-Leipzig 1935.
  • Islam in Northern Nigeria. In: Studia Islamica 8 (1957) 123–146.
  • Schacht, Joseph: An Introduction to Islamic Law. Oxford 1964.
  • Schacht, Joseph: The Origins of Muhammadan Jurisprudence. Oxford University Press 1950, (1967 with corrections and Additions).

Примечания

  1. ↑ Deutsche Nationalbibliothek, Staatsbibliothek zu Berlin, Bayerische Staatsbibliothek, Österreichische Nationalbibliothek Record #117091340 // Gemeinsame Normdatei (нем.) — 2012—2016.
  2. ↑ Leidse Hoogleraren (нидерл.)
  3. ↑ Joseph Schacht — 2009.
  4. ↑ J. Schacht // KNAW Past Members (англ.)
  5. ↑ Wakin, Jeanette: Remembering Joseph Schacht (1902–1969). Islamic Legal Studies Program. Harvard Law School. Occasional Publications 4, January 2003.
  6. ↑ Rainer Brunner. Schacht, Josef Franz // Neue Deutsche Biographie (нем.). — Berlin: Duncker & Humblot, 2005. — Bd. 22. — S. 491—492. — ISBN 3-428-11203-2.
  7. ↑ Bernard Lewis. Joseph Schacht. Bulletin of the School of Oriental and African Studies, vol. 33, part 2 378–381 (1970). Дата обращения: 2 июля 2026. Архивировано 20 октября 2009 года.
  8. ↑ J. SCHACHT, The Origins of Muhammadan Jurisprudence (1950), supra note 5, at 228
  9. ↑ J. SCHACHT, An Introduction to Islamic Law (1964), supra note 5, at 29.
  10. ↑ Forte, David F. Islamic Law; the impact of Joseph Schacht // Loyola Los Angeles International and Comparative Law Review. — 1978. — Т. 1. — С. 11.
  11. ↑ Forte, David F. Islamic Law; the impact of Joseph Schacht // Loyola Los Angeles International and Comparative Law Review. — 1978. — Т. 1. — С. 9–10.
  12. ↑ J. Schacht, An Introduction to Islamic Law (1964), supra note 5, at 15.
  13. ↑ 1 2 Forte, David F. Islamic Law; the impact of Joseph Schacht // Loyola Los Angeles International and Comparative Law Review. — 1978. — Т. 1. — С. 12.
  14. ↑ "Pre-Islamic Background and the Early Development of Jurisprudence", in 1 Law in the Middle East 28 (M. Khadduri & H. Liebesny eds. 1955), supra note 5, at 43.
  15. ↑ "Pre-Islamic Background and the Early Development of Jurisprudence", in 1 Law in the Middle East 28 (M. Khadduri & H. Liebesny eds. 1955), supra note 5, at 33.
  16. ↑ Joseph Schacht, "Pre-Islamic Background and the Early Development of Jurisprudence", in 1 Law in the Middle East 28 (M. Khadduri & H. Liebesny eds. 1955), supra note 5, at 46.
  17. ↑ J. SCHACHT, An Introduction to Islamic Law (1964), supra note 5, at 35-36.
  18. ↑ J. SCHACHT, The Origins of Muhammadan Jurisprudence (1950), supra note 5, at 141.
  19. ↑ J. SCHACHT, An Introduction to Islamic Law (1964), supra note 5, at 32
  20. ↑ J. SCHACHT, The Origins of Muhammadan Jurisprudence (1950), supra note 5, at 21, 29.
  21. ↑ J. SCHACHT, The Origins of Muhammadan Jurisprudence (1950), supra note 5, at 140.
  22. ↑ Forte, David F. Islamic Law; the impact of Joseph Schacht // Loyola Los Angeles International and Comparative Law Review. — 1978. — Т. 1. — С. 14.
  23. ↑ Schacht, Joseph. The Origins of Muhammadan Jurisprudence. — Oxford: Clarendon Press, 1967. — С. 1–20.
  24. ↑ Schacht, Joseph. The Origins of Muhammadan Jurisprudence. — Oxford: Clarendon Press, 1967. — С. 1–2.
  25. ↑ Schacht, Joseph. The Origins of Muhammadan Jurisprudence. — Oxford University Press, 1959. — С. 1.
  26. ↑ Snouck Hurgronje, C. Verspreide Geschriften. v.ii. 1923-7, page 286-315
  27. ↑ Étude sur la théorie du droit musulman (Paris : Marchal et Billard, 1892-1898.)
  28. ↑ Margoliouth, D.S., The Early Development of Mohammedanism, 1914, page 65ff
  29. ↑ Schacht, Joseph in Encyclopedia of Islam, 1913 v.IV, sv Usul
  30. ↑ Forte, David F. Islamic Law; the impact of Joseph Schacht // Loyola of Los Angeles International and Comparative Law Review. — 1978. — Т. 1. — С. 2.
  31. ↑ Schacht, Joseph. The Origins of Muhammadan Jurisprudence. — Oxford University Press, 1959. — С. 11.
  32. ↑ Schacht, Joseph. The Origins of Muhammadan Jurisprudence. — Oxford: Clarendon Press, 1967. — С. 2–5; 11–13.
  33. ↑ al-Shāfiʻī. Treatise III, Ikhtilāf Mālik wal-Shāfiʻī. — С. 177–249.
  34. ↑ Schacht, Joseph. The Origins of Muhammadan Jurisprudence.. — Oxford: Clarendon Press, 1967. — С. 13–14.
  35. ↑ al-Shāfiʻī. Ikhtilāf al-ḥadīth. — С. 33.
  36. ↑ Schacht, Joseph. The Origins of Muhammadan Jurisprudence.. — Oxford: Clarendon Press, 1967. — С. 14–5.
  37. ↑ al-Shāfiʻī. Ikhtilāf al-ḥadīth. — С. 57 & 88.
  38. ↑ Schacht, Joseph. The Origins of Muhammadan Jurisprudence.. — Oxford: Clarendon Press, 1967. — С. 16.
  39. ↑ Schacht, Joseph. An Introduction to Islamic Law. — Oxford: Clarendon Press, 1966. — С. 35–6.
  40. ↑ Schacht 163-4. compares the unique matn of al-Muw. i.371 with the same in al-Bukhārī, who has Abū Hurayra relate the tradition and not ‘Urwa. At 165-6 Schacht compares al-Shāf‘ī Tr. II with Muw. Al-Shay. 166 and Muw. ii.II.
  41. ↑ al-Aʻẓamī, M. Muṣṭafā. On Schacht's Origins of Muhammadan Jurisprudence. — Riyadh: King Saud University, 1985.
  42. ↑ Wael B. Hallaq, “The Authenticity of Prophetic Hadith: A Pseudo-problem”, in Studia Islamica, 89 (1999), p. 76.
  43. ↑ archive.islamonline.net. Islam Online Archive (2001). Дата обращения: 2 июля 2026.
  44. ↑ Forte, David F. Islamic Law; the impact of Joseph Schacht // Loyola Los Angeles International and Comparative Law Review. — 1978. — Т. 1. — С. 15.
  45. ↑ M. Gaudefroy-Demombynes, Muslim Institutions 62 (1950), supra note 40, at 65.
  46. ↑ J. N. D. Anderson, Islamic Law in the Modern World (1959), supra note 2, at 12.
  47. ↑ The Law of the NEAR AND MIDDLE EAST 24 (1970), "The Actual Historical Development."
  48. ↑ Vesey-Fitzgerald, "Nature and Sources of the Shari'a", in 1 Law In The Middle East 85-94 (M. Khadduri and H. Liebesny eds. 1955).

Ссылки

Дополнительно по теме

Категории