Социотропность

В психологии личности и психопатологии свойство, характеризующееся чрезмерной значимостью межличностных отношений, выраженной потребностью в социальном одобрении и зависимостью самооценки от качества связей с окружающими. Данный конструкт был введён американским психотерапевтом, основателем когнитивной психотерапии Аароном Т. Беком в начале 1980-х годов в рамках когнитивной модели уязвимости к депрессии^[1].

Люди, отличающиеся социотропностью, склонны иметь ярко выраженную потребность в общественном признании. Для социотропов важны отношения с другими людьми. Они стремятся к близости, зависимости и взаимности с теми, кто им дорог. Это делает их особенно чувствительными к социальной изоляции или отвержению со стороны сверстников. В таких ситуациях они часто впадают в депрессию^[2].

В психологической литературе социотропия всегда рассматривалась в качестве антонима термина автономия (автономность). Автономные индивиды, в отличие от социотропных, придают большое значение независимости от социума, а также собственным успехам, мобильности, личностному саморазвитию и очень чувствительны к ограничениям их свободы. Люди, ориентированные на социум, по-разному ведут себя в ситуациях, требующих самоконтроля. В частности, они могут пытаться копировать поведение своих сверстников в вопросах питания и стиля одежды, полагая, что это поможет им завоевать их расположение^[3].

В работах А. Т. Бека (1983) социотропность рассматривалась как один из двух личностных стилей (наряду с автономией), формирующих когнитивную уязвимость к аффективным расстройствам. В соответствии с концепцией Бека, люди, которые стремятся к общению и взаимодействию с другими, получают ощущение своей значимости и ценности в основном благодаря отношениям с окружающими. В то же время те, кто ценит свою независимость, нацелены на личные достижения и контроль над окружающей средой.

Изначально концепция разрабатывалась для объяснения индивидуальных различий в предрасположенности к реактивной депрессии — депрессивным состояниям, возникающим в ответ на жизненные стрессы, связанные с утратой или угрозой межличностных связей. Бек утверждал, что социотропность повышает уязвимость к депрессии в ситуациях, затрагивающих социальное отвержение, потерю близких или разрыв значимых отношений^[1][2].

Социотропность как психологическая черта включает несколько взаимосвязанных компонентов:

• Потребность в социальном принятии: социотропные личности остро нуждаются в одобрении, поддержке и признании со стороны окружающих. Их самооценка напрямую зависит от того, как к ним относятся другие люди. Негативная оценка или отвержение воспринимается как катастрофическая угроза самоценности.
• Страх отвержения и разлуки: социотропные индивиды испытывают повышенную тревогу в ситуациях, связанных с возможной потерей социальной поддержки. Они склонны избегать конфликтов, подавлять собственные потребности и проявлять избыточную уступчивость для сохранения отношений.
• Склонность к подражанию: для получения одобрения социотропы стремятся соответствовать ожиданиям окружающих. Такая стратегия служит инструментом установления и поддержания социальных связей.
• Альтруистическая направленность: социотропы проявляют заботу о благополучии других, стремятся избегать конфликтов, легко прощают обиды. Эти качества способствуют формированию устойчивых социальных сетей и получению поддержки в трудных ситуациях.
• Повышенная тревожность: высокая значимость социальных оценок обусловливает хроническую тревожность в ситуациях социального оценивания, включая публичные выступления, знакомства, взаимодействие с авторитетными фигурами^[1][3][4].

В современной психологии социотропность и автономия рассматриваются как независимые (ортогональные) характеристики, а не как полюса единой шкалы. Индивид может демонстрировать одновременно высокие показатели как по социотропности, так и по автономии, или низкие по обоим параметрам.

Социотропность и автономия представляют собой два различных личностных стиля, отличающихся по нескольким ключевым параметрам. Основа самооценки при социотропности определяется качеством межличностных отношений, тогда как при автономии — достижениями и личным контролем. Основная мотивация социотропных индивидов заключается в социальном принятии, в то время как автономные личности ориентированы на независимость. В эмоциональной сфере социотропы испытывают страх отвержения и одиночества, а автономы боятся неудач и ограничения свободы. Стресс-уязвимость при социотропности проявляется в ситуациях разрыва отношений и конфликтов, а при автономии — при профессиональных неудачах^[1][4].

Несмотря на связь с уязвимостью к депрессии и тревожным расстройствам, социотропность имеет адаптивные аспекты:

• социотропы легче обращаются за помощью и находят социальную поддержку в трудных ситуациях;
• они проявляют эмпатию, заботу о других, способствуют гармонизации межличностных отношений;
• высокая мотивация к поддержанию связей способствует формированию устойчивых социальных сетей, что является важным фактором психологического благополучия^[4].

Основным инструментом диагностики социотропности является Шкала социотропности-автономии, разработанная Беком и коллегами (1983). SAS включает 60 пунктов, оцениваемых по 5-балльной шкале от 0 («совсем не согласен») до 4 («полностью согласен»). Шкала разделена на две части — по 30 пунктов для измерения социотропности и автономии.

В ходе последующих психометрических исследований были выделены три субфактора социотропности:

• озабоченность неодобрением — гиперчувствительность к критике и негативной оценке;
• привязанность / страх разлуки — потребность в близких отношениях и тревога при угрозе их разрыва;
• стремление угождать — тенденция ставить потребности других выше собственных.

Альтернативным инструментом является Опросник личностного стиля (Personal Style Inventory, PSI), разработанный К. Робинсом (англ. Clive J. Robins) и коллегами (1994). PSI был создан для устранения перекрёстной корреляции между субшкалами социотропности и автономии, которая наблюдалась в оригинальной версии SAS^[5].

Исследования, проведённые на различных культурных выборках, выявили неоднородность факторной структуры социотропности. В работе Т. Сато (англ. Toru Sato) (2003) на основе анализа пунктов PSI и SAS были идентифицированы четыре фактора: два, относящихся к социотропности (условно обозначенные как «потребность» и «связанность»), и два — к автономии.

Современная версия SAS выделяет в структуре социотропности два основных компонента:

• neediness (нужда) — связана с симптомами депрессии и отражает патологическую зависимость от других;
• сonnectedness (взаимосвязанность) — отражает здоровую чувствительность к другим и ценность отношений, не обязательно сопряжённую с психологическими нарушениями^[6].

Кросс-культурные исследования показывают, что проявления и последствия социотропности варьируют в зависимости от культурного контекста. Исследование на корейской выборке (2011) выявило иную факторную структуру социотропности по сравнению с западными данными. Вместо субфактора «зависимость», характерного для западных выборок и связанного с психологической дезадаптацией, в корейской выборке доминировал субфактор «стремление не обижать других», который был сильнее связан с депрессией и социальной тревогой. Авторы исследования интерпретируют эти различия как отражение коллективистских ценностей корейского общества, где поддержание гармонии в отношениях является культурной нормой. В таком контексте не столько страх разлуки, сколько давление социальных ожиданий (необходимость вести себя в соответствии с требованиями других) выступает фактором психологического дистресса^[7].

Наибольшее количество эмпирических исследований социотропности связано с её ролью в этиологии и феноменологии депрессивных расстройств.

Согласно когнитивной модели Бека, социотропность не является прямым предиктором депрессии, а представляет собой фактор уязвимости, активирующийся при определённых условиях. Специфический стрессор — угроза межличностным отношениям (отвержение, разрыв, конфликт), взаимодействует с социотропностью, повышая риск развития депрессивного эпизода.

Исследования показывают, что у депрессивных пациентов с высокими показателями социотропности доминируют такие симптомы, как дисфория (чувство печали, пустоты), ангедония, утомляемость, а также выраженная потребность в поддержке и утешении. Они более склонны искать одобрения у окружающих и острее переживают чувство покинутости. В работе К. Робинса и коллег (1991) было подтверждено, что социотропность специфически связана с клиническими признаками, характерными для реактивной депрессии (связанной с внешними событиями), в отличие от эндогенной депрессии, которая, согласно гипотезе Бека, должна быть более связана с автономией^[3].

Исследования показывают положительную корреляцию социотропности с нейротизмом: базовой чертой личности, отражающей эмоциональную нестабильность и склонность к переживанию негативных аффектов. Обнаружена отрицательная корреляция между социотропностью и открытостью опыту, что может отражать конформистскую направленность социотропных личностей и их стремление соответствовать социальным нормам. Социотропность связана с повышенной застенчивостью, трудностями в инициации общения и дискомфортом в ситуациях социального оценивания. Социотропные индивиды демонстрируют сниженный самоконтроль в ситуациях социального давления, подстраивая своё поведение под ожидания окружающих^[4][8].

Основные направления критики концепции социотропности включают в себя несколько ключевых проблем. Во-первых, это операционализационные проблемы. Первоначальная версия Шкалы социотропности-автономии (SAS) демонстрировала высокую перекрёстную корреляцию между субшкалами социотропности и автономии, что ставило под сомнение независимость этих конструктов. Во-вторых, исследователи указывают на культурную ограниченность концепции, поскольку большинство исследований проведено на западных выборках. Вопрос об универсальности структуры социотропности остаётся открытым. Кросс-культурные данные указывают на возможные различия в феноменологии социотропности в коллективистских культурах. В-третьих, существует критика, связанная со смешением социотропности с другими конструктами. Некоторые авторы указывают, что социотропность может быть неспецифическим фактором, тесно связанным с более широкими чертами личности, такими как нейротизм и зависимость^[9][10].