Сентинельцы

Точная численность сентинельцев неизвестна, разброс оценок составляет от 15 до 500 человек (оценка по ресурсам острова для охотников-собирателей — от 80 до 150 человек)^[2]. При переписи в 2001 году официально было записано 39 человек^[4]: 21 мужчина и 18 женщин; однако данная перепись проводилась на расстоянии^[5] и, возможно, не отражает точный размер населения, живущего на острове площадью в 59,67 км². Последствия землетрясения в Индийском океане в 2004 году для сентинельцев остаются неизвестными, кроме подтверждения того, что они всё-таки выжили: через несколько дней после цунами вертолёт индийского правительства наблюдал нескольких жителей, которые стреляли из луков по этому вертолёту с явным намерением его отогнать^[6]. По официальной переписи андаманских племён 2011 года, сентинельцев насчитывается 15 человек^[7].

При визите на остров в 1967 году группа индийских антропологов во главе с Т. Пандитт обнаружила в лесу поселение из 18 хижин, которое было предназначено для 40—60 человек; последняя величина, по-видимому, более точно отражает размер племени. В момент этого визита обитатели острова прятались в джунглях. В 1970—1980-х годах антропологи видели на острове от 30 до 40 человек. По оценкам Пандитт, ресурсы острова могут прокормить от 30 до 100 охотников-собирателей^[1].

Сентинельцы и другие коренные андаманцы часто относятся к негритосам — этот термин употребляется в отношении различных широко распространённых народов Юго-Восточной Азии, таких как семанги с Малайского архипелага и аэта с Филиппин, а также аборигены Австралии. Характеристики негритосов (которые не относятся к монофилетической группе) включают в себя: сравнительно небольшой рост, тёмную кожу и курчавые волосы — качества, обнаруживаемые также на всём континенте Африки. Сентинельцы, однако, кажутся заметно более высокими в среднем, чем андаманцы: средний рост мужчин — 1,6 м, женщин — 1,5 м.

Одним из первых европейцев изучал андаманцев, в том числе сентинельцев, британский офицер Морис Видал Портман в 1880-х годах. Его команда ловила андаманцев из разных племён, делала их обмеры. Им были сделаны выводы, что наибольшую угрозу для андаманцев представляют инфекции, так как у них, живущих в полной изоляции, отсутствует иммунитет ко многим распространённым болезням^[8]. Портман забрал с острова шестерых сентинельцев (двух взрослых и четырёх детей) и привёз их в Порт-Блэр. Все они вскоре заболели, двое взрослых умерли. Четверых больных детей Портман отвёз обратно на остров и оставил на берегу^[2].

Живущие на острове люди могут фактически представлять первых азиатов, представителей самой ранней волны переселения людей из Африки, более 40 000 лет назад. Островитяне привлекают учёных тем, что они представляют собой один из древних форпостов человечества на пути расселения из Африки в Австралию, причём последний из сохранившихся в практически неизменном виде^[9].

Большая часть того, что известно о сентинельской культуре, основывается на исследованиях, проводившихся в конце XX столетия с целью установления контактов. Сентинельцы ведут образ жизни охотников-собирателей «каменного века», добывая себе пропитание охотой, рыбной ловлей, сбором моллюсков и дикоросов; нет никаких свидетельств ведения ими земледелия. Могут строить небольшие каноэ для рыбной ловли в лагунах и на рифе острова, которые приводят в движение не вёслами, а длинными шестами; на основе найденного Портманом в их поселениях обилия жареных раковин предполагается, что в основном в море их интересуют моллюски. Также сентинельцы плетут корзины для переноски припасов и добычи^[2].

Их жильё представляет собой «временную хижину» в виде навеса на четырёх шестах, без стен и пола, с наклонной крышей, крытой листьями, на семью из 3—4 человек и их вещей; постоянных больших хижин они не строят^[10][2]. Одежду как таковую сентинельцы не носят, исключение составляют пояса из древесной коры (мужчины затыкают за них кинжалы), а также украшения — ожерелья и повязки на головы^[11].

Технология выплавки металлов неизвестна сентинельцам. Однако было замечено, что аборигены весьма ловко используют металлические предметы, найденные на берегу, демонстрируя при этом навыки холодной ковки и заточки. Они использовали эти детали при изготовлении оружия и других предметов. Так, в конце 1980-х два контейнеровоза сели на мель на внешнем коралловом рифе острова, и сентинельцы получили немало образцов металла с этих судов^[2][12]. Ранее, в 1974 году, исследователи Национального географического общества подарили сентинельцам алюминиевую посуду, которую те забрали^[13].

Вооружение сентинельцев состоит из копья и лука, стреляющего весьма точно по целям размером с человека на расстоянии до 100 метров. Документально подтверждено использование, как минимум, 3 различных видов стрел: для рыбалки, охоты и незаострённых — для предупредительных выстрелов.

О сентинельском языке практически ничего неизвестно: ни список слов, ни языковые образцы пока не стали достоянием исследователей. По-видимому, он относится к семье андаманских языков, но каково это родство и как близко он может относиться к другим языкам этой группы, неизвестно. Морис Видал Портман считал, что язык сентинельцев ближе всего к языку джарава, а их культура похожа на культуру джарава^[14]. Также предполагалось сходство сентинельского с языком онге, но эксперимент 1974 года не позволил точно установить, поняли ли сентинельцы обращения на онге (исследователи не расслышали их ответные крики с берега)^[13].

Сентинельцы весьма враждебны по отношению к любым незнакомцам и требуют активной демонстрации мирных намерений прежде, чем позволяют чужеземцам подойти на расстояние выстрела из лука. Предпринимаемые в конце 1960-х попытки оставления им материальных ценностей привели к тому, что сентинельцы стали использовать домашнюю утварь и металлические предметы в быту, кокосы были ими съедены, но не были посажены, кукла была похоронена, свинья не была съедена, но была убита и тоже похоронена. Красные вёдра были приняты с очевидным восхищением, в то время как зелёные были отвергнуты^[15].

Для более близкого изучения аборигенов исследователи периодически подбрасывали на пустынную часть пляжа различные предметы, в основном кокосы, причём сами учёные наблюдали за происходящим с безопасного расстояния. Аборигены подходили к предметам с опаской, группами. Контакт приходилось прерывать всякий раз, как только сентинельцы начинали демонстрировать своё оружие, целясь в исследователей.

29 марта 1970 года группа индийских антропологов, включавшая антрополога Трилокнатха Пандита, оказалась на рифе между островами Северный Сентинел и Констанс. Один из очевидцев сделал следующую запись, находясь в лодке, причалившей к берегу:

Довольно многие сложили своё оружие и начали жестикулировать нам, чтобы бросили им рыбу. Женщины повыходили из тени, чтобы посмотреть на наше поведение. Несколько мужчин подошли и подняли рыбу. Они казались удовлетворёнными, но не было ощущения смягчения в их враждебном настрое. Все они начали выкрикивать непонятные слова. Мы стали кричать в ответ и показывать жестами, что мы всего лишь хотим с ними подружиться. Напряжённость не ослаблялась. В этот момент произошла странная вещь — одна из женщин подошла к воину и села с ним на песок в страстном объятии. Этот акт стал повторяться другими женщинами, каждой со своим мужчиной, это стало выглядеть как некий групповой акт соития. Таким образом воинственно настроенная группа уменьшилась. Это продолжалось в течение достаточно долгого времени, когда вдруг темп этого бешеного танца желаний уменьшился и пары вернулись в тень джунглей. Однако некоторые воины всё ещё оставались на страже. Мы подошли вплотную к берегу и бросили ещё немного рыбы, которую тут же подобрала молодёжь. Было далеко за полдень, и мы стали возвращаться на судно^[16].

Та же экспедиция описывала обнаруженную среди других вещей поселения прямоугольную доску, выглядящую как шахматная доска 8×8; происхождение и назначение этого объекта неизвестны, но народности онге и джарава не используют у себя настольные игры. В принципе, это могла быть настоящая шахматная доска, заброшенная на остров морем^[17].

Экспедиция «National Geographic» к острову в 1974 году была прервана после того, как кинооператор получил ранение стрелой в бедро, а 2 индийских гида были убиты аборигенами^[2][15]. Подобные контакты индийских учёных были прекращены в 1990-х годах; более поздние исследования проводились уже с дальних дистанций или с воздуха.

Остров Северный Сентинел номинально является частью управляемой Индией союзной территории Андаманских и Никобарских островов. Фактически же сентинельцы существуют полностью автономно, индийское правительство проводит политику невмешательства в дела аборигенов, ограничиваясь лишь случайными наблюдениями, и защищает аборигенов от вмешательства извне (правительство Индии защищает от влияния остального мира не только сентинельцев, подобная политика проводится в отношении многих автономно живущих народов, так называемых защищенных племен, для посещения которых нужно получить специальное разрешение). По индийскому закону запрещено не только высаживаться на остров, но и приближаться к нему менее чем на 5 миль. Индийские пограничные катера периодически патрулируют прибрежные воды острова для предотвращения проникновения посторонних^[8][18].

В 2006 году сентинельские стрелки убили двух индийских рыбаков, которые осуществляли незаконный лов в границах острова, и прогнали градом стрел вертолёт, который был послан, чтобы забрать тела^[19]. Тела рыбаков так и не были забраны, однако нисходящий поток воздуха от винта посланного вертолёта обнажил тела, которые были похоронены сентинельцами в неглубоких могилах^[9].

17 ноября 2018 года 26-летний американский миссионер Джон Аллен Чау попытался установить контакт с сентинельцами с целью обратить их в христианство. Для контакта с ними Чау воспользовался помощью индийских рыбаков. Известно, что он посетил остров не менее двух раз и в итоге был застрелен из лука^[2].

29 марта 2025 года на Северный Сентинел нелегально высадился американский путешественник Михаил Поляков, проведший на пляже и возле побережья более часа, но так и не увидевший ни одного сентинельца, тем не менее оставив им на берегу диетическую колу и кокосы в качестве подарков^[20]. По возвращении в Индию Поляков был арестован, а его поступок подвергся осуждению^[21].

Артур Конан Дойл описал представителя сентинельцев (андаманцев) в романе «Знак четырёх» по имени Тонга, в образе которого Дойл собрал европейские стереотипы о «дикарях». В 1983 году по этому роману в СССР был снят фильм «Сокровища Агры»^[8], а в Великобритании — «Знак четырёх»^[22].