Саспенс

Альфред Хичкок часто назывался «мастером саспенса». Он различал suspense и surprise: если surprise — это неожиданное событие, то suspense — это ожидание события, которое ещё не произошло^[1]. Сам Хичкок приводил своему собеседнику Франсуа Трюффо в книге "Мистер Хичкок, как вы это делаете?" следующий пример: если под столом, за которым завтракают несколько человек, внезапно взрывается спрятанная бомба, это вызывает испуг и развлекает зрителя 20 секунд; если же зритель долго видит тлеющий фитиль, а персонажи ничего не подозревают, — это саспенс, который удерживает внимание пять или десять минут. Использование кинематографических средств и затраты при этом одинаковы, но эффект лучше. При саспенсе в понимании Хичкока необходимо различать знание персонажей и знание читателей или зрителей^[2].

В фильме Хичкока Психо напряжение знаменитой сцены в душе, где происходит убийство, относится к типу surprise: возбуждение зрителя возникает внезапно. Следующее за этим напряжение, напротив, относится к типу suspense, поскольку, по словам Хичкока, убийство прояснило масштаб угрозы, и для поддержания напряжения больше не нужны резкие действия.

Патриция Хайсмит в своём эссе «Suspense oder Wie man einen Thriller schreibt »(1966) избегает содержательного определения термина suspense и говорит скорее о литературном жанре преимущественно американского происхождения, связанном с определёнными ожиданиями публики, определённым отношением критиков и сравнительно низким престижем в литературной среде. Приравнивать типы напряжения к определённым жанрам, однако, сомнительно: саспенс может встречаться не только в триллерах и детективах, но и, например, в приключенческих романах.

В качестве общего термина для драматического напряжения обычно используется слово tension. В научной литературе принято деление на три типа: surprise, suspense и mystery. На практике эти три типа напряжения всегда связаны между собой.

• Surprise — это острая ситуация угрозы, которая обычно длится недолго (и лишь ограниченно может быть растянута во времени). Контекст повествования для такого напряжения, как правило, несущественен. Например, если героя фильма внезапно атакует убийца, этот эпизод будет напряжённым практически в любой ситуации. Элемент неожиданности — важный момент для создания tension.
• Suspense — это более широкий дуга напряжения, которую трудно передать без семантических связей. В приведённом выше примере убийца может скрыться после неудавшегося покушения. Тогда сохраняется опасность повторной атаки, и напряжение остаётся, даже если в дальнейшем действии нет явных угроз. В отличие от момента неожиданности, suspense основан на предсказуемости.
• Mystery — это скорее когнитивное напряжение, связанное с разгадыванием читателем или зрителем дальнейшего развития событий. Самый известный вариант — whodunit, вопрос о личности преступника, который раскрывается только в конце. Такой тип напряжения возникает из-за утаивания информации. И Хичкок, и Хайсмит считали его второстепенным.

Кроме того, существует тип напряжения puzzle. Здесь напряжение возникает из-за того, что читатель или зритель не может связать различные аспекты текста в единое целое^[3]. Например, в фильме Вавилон зрителю показывают сюжетные линии в Марокко, Японии и США. Интерес заключается в том, как они будут объединены.

Психологи с 1990-х годов активно изучают саспенс. В определении саспенса как эмоции американский медиапсихолог Дольф Циллман описывает его как «эмоциональную реакцию, которая обычно возникает из-за острой тревоги за любимых персонажей, которым угрожают ожидаемые события, причём эта тревога обусловлена высокой, но не полной субъективной уверенностью в наступлении ожидаемого нежелательного события»^[4].

Конфликт — столкновение противоположных сил — является основным элементом драматических произведений с XVIII века, после отхода от аристотелевской драмы. Эмоциональный опыт, связанный с предчувствием разрешения таких конфликтов, и составляет саспенс. При восприятии текста или фильма саспенс возникает из опасения, что случится что-то нежелательное, или из надежды на наступление желаемого обстоятельства^[5]. Чтобы зритель ожидал события, напряжённый текст или фильм должен дать ему предварительную информацию. Кроме того, зритель должен на основе текста сформировать предпочтения относительно возможных исходов. Желательность или нежелательность события зависит от того, как это подаёт текст. Эмпирические исследования показывают, что страхи и надежды одинаково зависят от величины опасности и от эмоционального отношения читателя к персонажам^[6]. Величина опасности или стимула описывает, что поставлено на карту для персонажей. Это может быть как неудача в достижении цели, так и физические повреждения или смерть. Надежды и страхи по поводу одного и того же события различаются для симпатичных и антипатичных персонажей^[7].

Медиа-зрители испытывают саспенс, наблюдая за драматическими событиями, происходящими с другими людьми. Они сами не находятся в опасности и не могут повлиять на ход событий. Беспомощное возбуждение, которое при этом возникает, соответствует дистрессу. Передача возбуждения от литературного или кинематографического персонажа к зрителю происходит опосредованно: в опасности находится только протагонист, но наблюдатель осознаёт, что для него поставлено на карту, и начинает сопереживать. Для того чтобы наблюдатель стал сочувствующим, необходима эмпатия. Следовательно, чтобы вызвать напряжение, текст должен сделать читателя сочувствующим наблюдателем.

Существует несколько подходов к тому, как формируется связь между зрителем и персонажем. Одни считают, что это происходит через сходство (возраст, стиль жизни, пол и т. д.), другие — что положительная связь возникает благодаря морально положительному герою.

Саспенс возникает из открытых вопросов о дальнейшем развитии сюжета. Эмпирические исследования показывают, что не неопределённость усиливает переживание саспенса, а, напротив, субъективная уверенность, что любимый персонаж пострадает. Однако полная уверенность в исходе истории исключает саспенс^[6]. Уверенность в будущем негативном событии подготавливает зрителя к нему, защищая от чрезмерного эмоционального дистресса. Уверенность, что с героем ничего не случится, устраняет напряжение, так как нет причин для сопереживания. Наибольшее напряжение возникает, когда вероятность положительного исхода субъективно очень мала, но больше нуля.

Зрители оценивают вероятность успеха, сопоставляя степень опасности с защитными возможностями героя — его способностью справиться с вызовом^[8]. Например, вероятность того, что люди пострадают во время цунами, тем меньше, чем раньше они узнают об опасности, чем лучше их положение, чем они лучше оснащены и сильнее. Чем меньше у героя остаётся возможностей для решения проблемы (например, заканчиваются патроны), тем больше напряжение^[9]. Поскольку вероятность успеха зависит от соотношения опасности и защитных сил героя, саспенс можно усилить как увеличением опасности, так и уменьшением защитных возможностей. По аналогии с музыковедением эта техника называется крешчендо. Соответственно, саспенс возможен только в тех текстах, где симпатичные герои сталкиваются с угрожающими или соблазнительными событиями, к которым они, по-видимому, не готовы.

Исходя из этих положений, напряжённый текст или фильм должен показать, что герой попадает в конфликт. Необходимо раскрыть опасность (или стимул), которой подвергается герой, и последствия максимально возможного негативного исхода.

• Название задаёт определённые ожидания: Индиана Джонс: В поисках утраченного ковчега, Друг моей подруги, Смерть коммивояжёра, В ожидании Годо
• Жанровые конвенции подразумевают определённый исход (например, победу героя над противником или раскрытие тайны детективом)
• Передача информации
• Конфликты между оскорблённым (протагонист) и оскорбителем (антагонист) или внутренний конфликт (внутренний конфликт) предвещают борьбу, исход которой вызывает напряжение
• Неожиданный инцидент — часто убийство — требует раскрытия его предыстории, что также вызывает напряжение (Whodunit)
• Мантика — сны, предчувствия, символы, предсказания, надвигающаяся погода или предвещающая музыка подразумевают определённый исход

Как только текст или фильм установил негативный исход, эта негативная перспектива становится отправной точкой для попыток персонажей избежать опасности. При этом персонажи могут действовать совместно или по отдельности. Попытки могут делиться на части, которые могут быть как успешными, так и неудачными^[10].

Саспенс состоит из ожидания и сомнения. Ожидание связано с представлением о будущем событии. Поскольку любая воображаемая будущая ситуация может и не наступить, ожидание всегда сопряжено с представлением о неисполнении или — в положительном смысле — о наступлении чего-то иного, что может помешать осуществлению ожидаемого. В состоянии саспенса или напряжения воображение зрителя скачет между противоположными вариантами будущего — пугающим и желанным («У него получится!» — «Не получится!» — «А вдруг получится?» и т. д.). При саспенсе всегда есть две возможности: негативный исход наступит или не наступит.

В зависимости от содержания ожидания различают напряжение ожидания решения и напряжение ожидания объяснения. В первом случае интерес вызывает исход внешней или внутренней борьбы между героем и противником, во втором — объяснение загадочного обстоятельства (обычно убийства в детективе). Эти типы напряжения предполагают разные формы неожиданности.

Цель ожидания может быть достигнута либо расчётливыми, либо заклинающими действиями. Расчёт преобладает, например, при незаметной краже, заклинание — при ухаживании. В (неманипулируемой) азартной игре не помогают ни расчёт, ни заклинание, поэтому она имеет особое драматургическое значение.

Сила чувства напряжения зависит от важности воображаемых будущих событий для протагониста, а ещё больше — для зрителя (насколько его личные интересы затронуты), а также от значимости разницы между желаемым и пугающим исходом.

• Напряжение — в воображении возникает будущее событие
• Неожиданность — становится возможным неисполнение или наступление чего-то иного
• Запутывание — условия исполнения реализуются одно за другим, прерываемые новыми событиями, вызывающими сомнения
• Развязка — по законам опыта исполнение должно произойти, когда круг необходимости замыкается

Саспенс как публично допустимое и поощряемое медийное явление существует только с появлением спорта или сценической мелодрамы с конца XVIII века. Публичное возбуждение сильных эмоций требует достаточно высокого уровня цивилизации, чтобы не выйти из-под контроля. Кроме того, христианско-средневековая этика, возникшая в противовес римским гонкам на колесницах и гладиаторским боям (Тертуллиан), противостояла любым проявлениям саспенса.

Социолог Норберт Элиас исследовал появление положительно оцениваемого обществом напряжения с позднего Средневековья и связывал это с возникновением спорта. В качестве предпосылки он предлагал понятие мимесис: спортивное состязание — это не настоящий, а игровой, подражательный бой, и связанное с ним напряжение воспринимается как приятное.