Русский корпус

Русский корпус был организован в 1941 году после оккупации нацистами Югославии. В то время в Югославии жило много белых офицеров. Летом 1941 года по Югославии прокатилась волна убийств^[3] сербскими прокоммунистическими партизанами русских эмигрантов и их семей. Партизаны считали, что югославская армия потерпела поражение от немцев чуть ли не исключительно из-за русских белоэмигрантов, преподававших военное дело и по призыву РОВС вступивших в югославскую армию после нападения Германии на Югославию. РОВС был запрещён в Югославии оккупационными германскими властями. Тогда монархист-легитимист (сторонник Владимира Кирилловича, в общем и в целом не признаваемого РОВС, стоявшим на позиции непредрешения) генерал-майор М. Ф. Скородумов выступил с инициативой организации русской части для защиты эмигрантского населения. 12 сентября 1941 года он отдал приказ о формировании Отдельного русского корпуса, получив на это согласие немецкого полковника Кевиша. Скородумов пытался добиться максимальной автономности корпуса от немецкого командования. Приказ о формировании корпуса заканчивался его словами: «С Божьей помощью, при общем единодушии и выполнив наш долг в отношении приютившей нас страны, я приведу вас в Россию». Это вызвало конфликт, и уже 14 сентября он был на три недели арестован немцами. Формирование корпуса, однако, продолжилось под командованием другого русского эмигранта — Б. А. Штейфона^[4].

Первоначальное ядро чинов Корпуса составили проживавшие в Югославии. На 12 сентября 1944 года из 11 197 человек личного состава 3198 было из Сербии, 272 — Хорватии; из Румынии прибыло 5067, Болгарии — 1961, Венгрии — 288, Греции — 58, Польши — 19, Латвии — 8, Германии — 7, Италии — 3, Франции — 2; бывших советских военнопленных — 314. За всё время из состава корпуса выбыло 11 506 человек: убито и умерло — 1132, пропало без вести — 2297, ранено — 3280, эвакуировано по болезни и уволено — 3740, убыло самовольно — 1057. Общее число прошедших через Корпус определяется в 17 090 чел. К концу войны общие потери Корпуса составили 11 506 человек.

В Русский корпус записалось 90 корниловцев и взвод кутеповской роты. Полковник Кондратьев приехал в Корпус со знаменем 2-го Корниловского ударного полка. Первоначально военнослужащие носили переделанную на русский манер форму югославской армии. Погоны и прочие знаки различия нашивались по последнему чину в Русской армии. Впрочем, эти знаки различия не играли никакой практической роли. Действительные в Корпусе знаки различия носились в петлицах у офицеров или в виде шевронов у рядовых. К головным уборам крепились старые русские кокарды. Первоначально обучение личного состава Корпуса (охранной группы) производилось по уставам Русской императорской армии, однако вскоре в связи с изменением тактики боя пришлось перейти на уставы Красной армии^[4].

Первоначально «Русская охранная группа» оперативно подчинялась германскому хозяйственному управлению в Сербии под командованием группенфюрера Нейхаузена, а с осени 1943 года — вновь сформированному немецкому Сербскому армейскому корпусу генерала Фельбера^[5]. 30 ноября 1942 года корпус был включён в состав Вермахта, были введены немецкие уставы, немецкая форма и знаки различия, личный состав должен был присягать на верность фюреру. Но даже после включения в состав вермахта корпус до конца войны оставался русским воинским соединением с русским командным составом^[4].

Командные кадры готовились в 1-м Русском Великого Князя Константина Константиновича кадетском корпусе, существовавшем в Югославии с 1920 по 1944 годы. Кроме того, в полках имелись юнкерские роты, в которые была сведена молодёжь, не завершившая военного обучения. В сентябре 1943 года корпус насчитывал 4,8 тысяч солдат и офицеров, а к сентябрю 1944 года — свыше 11 тысяч. К этому времени в него входили: штаб, пять полков, отдельный батальон «Белград» (роты: караульная, транспортная, запасная и снабжения), роты ветеринарная и связи. В подчинении штаба корпуса находились два лазарета с русскими врачами и санитарами. Каждый полк имел три батальона и взводы: артиллерийский (2 полевых орудия калибра 75 мм), противотанковый (2-3 противотанковые пушки 37 мм), сапёрный, конный, связи; батальон — 3 стрелковые роты (в каждой 170 человек, 16 ручных и 2 станковых пулемёта, 4 ротных миномёта) и взвод тяжёлого оружия (4 станковых пулемёта и 4 батальонных миномёта). Штатная численность 1-го (командующий В. Э. Зборовский) и 4-го полков составляла — 2211 человек, остальных — по 2183 человека. При штабе Корпуса находился немецкий штаб связи, в полках и батальонах находились немецкие офицеры связи, а в ротах — ротные инструкторы.

Солдатами и офицерами корпуса были белоэмигранты, придерживавшиеся монархических убеждений и осуждавшие большевизм и советскую власть. Генерал-майор Скородумов расценивал Германию как временного союзника, ожидая, что немцы будут воевать против РККА, а не против гражданского населения. Однако после первых известий о военных преступлениях солдат вермахта и СС против гражданского населения СССР в корпусе начался рост антигерманских настроений^[6]. Скородумов обвинял немцев во лжи, поскольку те и не думали прекращать вести захватническую политику на востоке, но был убеждён, что эмиграция «должна быть способной защищать себя и свои семьи от коммунистов». При этом ему угрожали репрессиями, если тот сделает хотя бы одно антинемецкое высказывание^[7].

Помимо возникших неприязненных отношений к немцам, чины Русского корпуса негативно относились к пронемецки настроенным усташам, которые были причастны к массовым убийствам и выселениям сербов, и не раз вступали с ними в бой. В отличие от усташей, которые не вступали в бой против превосходившего их по силе Русского корпуса без предварительной подготовки, корпус сам организовывал походы против усташей в знак мести за убитых гражданских лиц сербского происхождения^[7].

Корпус в основном использовался для охраны югославской территории от четников Михайловича и партизан Тито. Отдельные части корпуса были разбросаны по Сербии, Боснии, Македонии, занимаясь охраной заводов, складов, шахт и железных дорог от партизан и четников. Поэтому корпус имел множество боёв и столкновений с партизанами Иосипа Броза Тито и четниками Дражи Михайловича. В период с 1941 года до 1945 года столкновения, бои и акции против четников и партизан имели наступательный и агрессивный характер.

• 24 февраля 1943 года в ответ на акции саботажа и серию убийств конным взводом 1-го казачьего полка и чинами Гестапо в Вадошнице — Кук были произведены аресты сторонников Михайловича.
• 11 апреля 1943 года подобные акции были произведены чинами того же полка в ответ на мобилизации четниками местного населения. Дело всё чаще стало доходить до открытых ожесточённых боёв.
• 15 апреля 1944 года 5-й полк корпуса провёл зачистку села Моштаница от четников силами взводов 5-й, 7-й и 9-й рот. Командующий района Северо-Запад отмечал в своем приказе: «Посылаю 5-му полку РОК поздравление и полную признательность за блестящую операцию очистки 15.4.44 района Моштаницы. Оберст Хуг».
• 24 апреля 1944 года бойцы 3-й роты 5-го полка принимали участие в отражении нападения отряда четников силой до 500 человек на Вальево, в перестрелке погибли двое стрелков роты.
• 30 апреля 1944 года 1-й учебной сотней 1-го полка была произведена экспедиция в Мошево. В ходе завязавшегося боя с четниками бойцы корпуса потеряли одного человека убитым и одного раненым, захватив четверых пленных.
• 31 мая 1944 года имел место бой против четников между станциями Моштаница и Барич. Был остановлен поезд, идущий из Белграда в Обреновац. В составе поезда находился вагон с амуницией, а среди пассажиров — обер-цалмейстер 5-го полка с деньгами. Их сопровождал конвой из девяти нижних чинов 7-й роты того же полка под командой унтер-офицера Андрея Подрезова. Ответным огнём конвой без потерь со своей стороны обратил нападавших в бегство, уничтожив одного и захватив в плен четверых (двух тяжелораненых и двух здоровых) четников.

Корпус несколько раз вступал в стычки с усташами и проитальянскими албанскими боевиками, защищая югославское и особенно сербское гражданское население. Своими подобными действиями корпус не раз вызывал недовольство Хорватии, Германии и Италии.

В 1944 году после капитуляции Румынии и Болгарии с их последующим переходом на сторону СССР, из глубокого тыла Русский корпус вдруг оказался на передовой. Германское командование приказало корпусу прикрывать отход немецких войск из Греции. В это время корпус участвовал в боях не только с титовскими партизанами и четниками Михайловича, но и с регулярными частями Красной армии и её новыми румынскими и болгарскими союзниками. Когда Красная армия и её новые союзники перешли границу Югославии, батальон Русского корпуса в бою у Прахова разбил красноармейцев, взял пленных, 9 тяжёлых орудий, 6 тяжёлых минометов, 32 автомашины и 70 подвод. Другой батальон Русского корпуса, действовавший в группе генерала Фишера, отбил у советской армии 2 тяжёлых орудия, пулемёты, захватил пленных и различное имущество. Осенью 1944 года 3-й батальон 3-го полка под командой генерал-майора Н. А. Петровского был окружён советскими танками и вёл бои с превосходящими силами противника, но пробиться из окружения им не удалось: практически весь батальон погиб.

Зимой 1944—1945 годов Б. А. Штейфон встретился с генералом Русской освободительной армии Андреем Власовым, и они договорились о включении Русского корпуса в состав РОА. В это время корпус отступал в Словению, понеся в арьергардных боях большие потери^[4].

30 апреля 1945 года Штейфон умер (возможно, от сердечного приступа либо покончил жизнь самоубийством, есть версия и об убийстве), Корпус возглавил полковник А. И. Рогожин, выведший его в Австрию, где он и сдался британским войскам 12 мая 1945 года. Советские власти хотели, чтобы британцы выдали им пленных корпуса (как выдали казаков Казачьего стана), однако британские власти отказали, так как большинство служивших в Русском корпусе никогда не были советскими гражданами. 1 ноября 1945 года Рогожин официально объявил о роспуске корпуса и создании союза ветеранов корпуса — Союза чинов Русского корпуса (СЧРК).

После окончания Второй Мировой войны служившие в корпусе эмигрировали в США, Канаду, Бразилию, Аргентину и другие страны.

Отделы и отделения Союза чинов Русского корпуса начали действовать в ряде стран. Первым председателем СЧРК стал командующий Корпуса полковник А. И. Рогожин. СЧРК способствовал идейному единению бывших корпусников, оказывал материальную помощь нуждающимся соратникам, вёл антикоммунистическую, антисоциалистическую и патриотическую работу в белой эмиграции. С 1952 года под эгидой СЧРК издавался военный, политический и литературный журнал «Наши Вести». Деятельность Союза чинов Русского корпуса практически прекратилась в 1999 году, когда скончался его последний председатель — поручик Владимир Владимирович Гранитов.

На Русском кладбище «Ново-Дивеево», штат Нью-Йорк, была построена часовня святого Александра Невского в память о корпусе. Многие ветераны корпуса похоронены рядом.