Россия зовёт! (2021)

Открылась программа пленарной сессией с участием президента Владимира Путина. Глава государства провёл беседу с иностранными предпринимателями и инвесторами по видеосвязи. В ходе диалога он ответил на вопросы 16 представителей бизнес‑сообщества. Обсуждались меры по поддержанию финансовой устойчивости экономики и потенциал инвестиций в ESG‑проекты на территории России^[4].

Большая часть дискуссий была посвящена влиянию пандемии COVID‑19 на глобальные экономические процессы. Президент обратил особое внимание на распространение нового омикрон‑штамма, который начал распространяться в ноябре из ЮАР. Путин поручил правительству в недельный срок разработать обновлённый план по борьбе с пандемией, подчеркнув необходимость готовности к любому развитию событий и важность отслеживания эффективности тестов и вакцин^[5].

В рамках панельной дискуссии Олег Дерипаска выразил недовольство в адрес Банка России из‑за высокой ключевой ставки, утверждая, что она ограничивает рост предложения. Глава ЦБ Эльвира Набиуллина ответила, что долгосрочное планирование требует воздействия на инфляцию, поскольку банковские ставки по долгосрочным кредитам зависят не только от ключевой ставки, но и от инфляционных ожиданий на перспективу 5-10 лет^[6].

Министр финансов Антон Силуанов высказался о роли налоговой политики в борьбе с инфляцией. Он отметил, что снижение налогов благоприятно для производителей, однако для снижения инфляции требуются иные инструменты. Силуанов подчеркнул, что для устойчивого развития экономики необходим сбалансированный и умеренно жёсткий бюджет в сочетании с мягкой и адекватной денежно‑кредитной политикой^[7].

Программа второго дня началась с сессии, посвящённой инфраструктурным проектам. Представители ВЭБ.РФ сообщили о завершении тестирования системы оценки качества инфраструктурных проектов IRIIS. По словам заместителя главы ВЭБ.РФ Светланы Ячевской, данная система позволит зарубежным инвесторам оперативно принимать решения о вложении средств в конкретные объекты. Планировалось, что в 2022 году система начнёт функционировать на рыночных условиях^[8].

Важным событием стало подписание меморандума между ВТБ и ВЭБ.РФ о сертификации инфраструктурных проектов по системе IRIIS (Impact and Responsible Investing for Infrastructure Sustainability) — системы оценки качества и сертификации инфраструктурных проектов. Она разработана в 2020 году государственной корпорацией развития «ВЭБ.РФ» совместно с АНО «Национальный Центр ГЧП» при поддержке Министерства финансов. Первым в России, прошедшим сертификацию по этой системе, стал Восточный выезд из Уфы на федеральную трассу М-5 «Урал», проект «Башкирской концессионной компании» (в составе ВТБ)^[9].

Министр по развитию Дальнего Востока и Арктики Алексей Чекунков представил концепцию инфраструктурной ипотеки как способа ускорения запуска инвестиционных проектов в населённых пунктах Дальнего Востока. Он пояснил, что механизм Дальневосточной и Арктической концессий позволяет государству гарантировать инвесторам возврат их вложений^[10].

Далее участники форума перешли к обсуждению влияния частных инвесторов на современные фондовые рынки. Председатель правления Московской биржи Юрий Денисов указал на ряд факторов, способствовавших приходу частных инвесторов на биржи: низкие процентные ставки в банках, налоговые льготы и развитие технологий, упрощающих доступ к биржевым торгам.

Генеральный директор СПБ Биржи Роман Горюнов обратил внимание на появление феномена «эмоционального инвестирования», при котором инвесторы выбирают компании, которым доверяют и которые им симпатичны. Он предупредил, что скоординированные действия розничных инвесторов могут оказывать существенное влияние на отдельные ценные бумаги или на рынок в целом.

Заместитель председателя Банка России Алексей Заботкин обратил внимание на риски, связанные с эмоциональным поведением частных инвесторов. Он подчеркнул, что биржевые риски существенно выше, чем риски, связанные с банковскими вкладами. При этом он отметил, что колебания рынка сами по себе не создают системных рисков для экономики; основную угрозу представляет торговля с использованием кредитного «плеча».

На заключительной сессии, посвящённой вопросам устойчивого развития и ESG, который оценивает компании не только по финансовым показателям, но и по тому, как они влияют на окружающую среду и общество и как выстроено их внутреннее управление, профессор географического факультета МГУ Наталья Зубаревич заявила о социальных рисках, связанных с внедрением ESG‑принципов. Она отметила, что первыми под удар попадают металлургия и угольная промышленность как наиболее загрязняющие отрасли. Эти риски, по её словам, создают угрозы для региональных бюджетов и социальной стабильности в таких регионах, как Кемеровская область и другие восточные территории^[11].

Владимир Путин подчеркнул системную значимость вопроса нехватки рабочей силы^[12]:

Эта проблема приобрела системообразующий экономический характер в связи с отсутствием нужного количества рабочих рук на рынке труда. <…> Потери составляют примерно 1,1-1,2 п.п. в год. И по гуманитарным соображениям, и с точки зрения укрепления нашей государственности, и по экономическим соображениям решение демографической проблемы — одно из главных.

Антон Силуанов изложил принцип сбалансированной политики:

Формула устойчивости нашей экономики, влияния на бюджет должна заключаться в том, что бюджет должен быть сбалансирован, даже умеренно жёстким, но денежно‑кредитная политика должна быть более‑менее мягкой, адекватной.

Министр финансов аргументировал отказ от временных мер:

Мы сколько раз снижали налоги и видели, что преимущество получали от этого в первую очередь производители тех или иных секторов экономики. Поэтому как инструмент снижения цен снижение налогов, я не думаю, что это хороший путь. Но для поддержки наших производителей — это хорошо было бы.

Максим Решетников разъяснил подход к отбору проектов для финансирования:

ФНБ — это дилемма — копить на худшие времена или попытаться всё‑таки, чтобы этих худших времён не допустить. <…> И это зависит от того потока проектов, готовых к финансированию, потому что под лозунгом развития мы уже видим, что некоторые ведомства приносят по факту убыточные проекты и пытаются закрыть убытки текущей деятельности.

Эльвира Набиуллина обозначила ориентир денежно‑кредитной политики:

Мы намерены проводить ту политику, которая позволит вернуть инфляцию к цели — к 4 %, мы рассчитываем, что это произойдёт к концу следующего года.

Олег Дерипаска призвал к смягчению условий финансирования:

Я всё время слышу, [дорожают] морковка, яйца, картошка. Ну давайте дадим предложение, денежные средства по доступным ставкам. Вас же завалят этим. <…> Давайте дадим более мягкие условия регионам Сибири и Дальнего Востока. У нас там 40 % мирового спроса, а мы там ничего предложить не можем, и денег нет.

Андрей Костин перечислил ключевые задачи для экономики:

Главный вызов — стабилизация инфляции без избыточного охлаждения экономики. Это вызов и для центральных банков во всём мире. Более долгосрочные вызовы связаны с адаптацией российской экономики к энергопереходу, необходимостью решать демографические проблемы и обеспечивать наличие в стране ключевых передовых технологий. Здесь два риска: отставание в развитии ключевых технологий и исключение из периметра торговли ключевыми компонентами. Главная возможность — занять новые ниши, когда мир стремится диверсифицировать производственные и транспортные цепочки, а также найти географии со стабильными условиями ведения бизнеса, в том числе хорошо обеспеченные энергоресурсами по приемлемым ценам.

Татьяна Ким описала парадоксальный тренд на рынке:

Мы видим, что у нас очень сильно растёт потребление шуб, холодильников, стиральных машин, ювелирных изделий. Такая противоречивая динамика. То есть, с одной стороны, [на] то, что потребляется каждодневно, цены падают, а с другой стороны, люди вкладывают все сбережения в то, что они привыкли считать надёжным вложением.