Репродуктивный регистр речи

Репродуктивный регистр речи порождается непосредственным восприятием события. В этом типе текста реализуется актуальное временное значение, то есть время наблюдения совпадает со временем события. Репродуктивный регистр связан с фигурой наблюдателя, фиксированная или подразумеваемая позиция которого обнаруживается в условном «присутствии» во времени-месте действия (см. хронотоп)^[5].

К языковым признакам репродуктивного регистра относятся конкретно-референтные имена предметов, названия наблюдаемых признаков — процессуальных и непроцессуальных, конкретные пространственно-временные локализаторы, организованные вокруг центра координат, которым является «здесь и сейчас» говорящего-наблюдателя. Высказываниям репродуктивного типа соответствуют перцептивные модусные рамки «Я слышу, как…», «Я чувствую, как…» и др.^[5].

В репродуктивном регистре, ориентированном на ситуацию «здесь и сейчас», отчётливо прослеживается тенденция к генерализации референциального плана^[6].

Репродуктивный регистр существует в двух подтипах^[5][7]:

• для репродуктивно-повествовательного подтипа, динамической разновидности репродуктивного регистра, характерны развивающие сюжетную линию динамические предикаты вариативной функции, прикреплённой к актуально наблюдаемым единичным действиям, последовательно меняющим друг друга (наблюдаемая последовательность действий);
• для репродуктивно-описательного подтипа, статической разновидности репродуктивного регистра, характерны нединамические предикаты, обозначающие состояние, качество, количество, местонахождение, — имперфективные (процессуально-длительные) или перфективные.

Блоки описательных подтипов репродуктивного и информативного регистров речи функционально противопоставлены: высказывания репродуктивно-описательного регистра передают портрет, пейзаж и интерьер через восприятие персонажа, подчёркивая лиричность повествования, тогда как высказывания информативно-описательного регистра, подчёркивая достоверность событий, выводят на первый план рассказчика, передавая от его имени сведения о портрете, пейзаже и интерьере^[8].

• Вновь оснежённые колонны, // Елагин мост и два огня. // И голос женщины влюблённый. // И хруст песка и храп коня (А. Блок).
• Не отрываясь от газеты, он рассеянно проверил одним пальцем ту часть мужской одежды, которая у портных зовётся гульфик, и зашевелил губами ещё внимательнее (В. Набоков).
• Мы вошли; в ресторане был занят только один, очень длинный и большой, стол, уставленный множеством бутылок, и за этим столом сидело человек тридцать казаков, все коротко остриженные, все в одинаковых синих костюмах, сшитых, по-видимому, у одного и того же портного, все в белых крахмальных воротничках, резко выделявшихся на красноватых, крепких шеях (Г. Газданов).

Репродуктивно-повествовательный подтип:

• Степан Аркадьич придвинул к себе бумаги из присутствия, быстро перелистовал два дела, большим карандашом сделал несколько отметок и, отодвинув дела, взялся за кофе (Л. Толстой).
• Неожиданно поднявшись с дивана, он [кот] на задних лапах подошёл к подзеркальному столику, передней лапой вытащил пробку из графина, налил воды в стакан, выпил её, водрузил пробку на место и гримировальной тряпкой вытер усы (М. Булгаков).
• Виктор кладёт свёрток, подходит к зеркалу, поправляет причёску, садится на банкетку. Возвращается Теля. Виктор встаёт (Л. Зорин).
• На трибуну поднимаются члены Конвента и нового правительства. <…> Председатель Конвента соединяет руки Жанны и Филиппа (из либретто А. Белинского и А. Ратманского к балету «Пламя Парижа»).

Репродуктивно-описательный подтип:

• Рязанов стоял на балконе и смотрел в сад. Прямо напротив него сквозь зелёную чащу акаций виднелась старая с провалившеюся крышей беседка, вся заросшая репейником и крапивою; дальше яблони цвели. За садом белела колокольня, а потом всё луга, воды, сверкающие на солнце, зелёные холмы и опять луга (В. Слепцов).
• Городская квартира в новом типовом доме. Входная дверь, дверь на кухню, дверь в другую комнату. Одно окно. Мебель обыкновенная. На подоконнике большой плюшевый кот с бантом на шее. Беспорядок. На переднем плане тахта, на которой спит Зилов. У изголовья столик с телефоном. В окно видны последний этаж и крыша типового дома, стоящего напротив. Над крышей узкая полоска серого неба. День дождливый (А. Вампилов).
• Софичка, девятнадцатилетняя чегемская девушка, сидела на взгорье у выхода из каштановой рощи и отдыхала, погружённая в томительные раздумья. Она сидела опершись спиной о могучий серебристый ствол поваленного бука. Рядом с ней стояла плетёная корзина, наполненная ежевикой, и солнечные лучи мерцали и дробились на иссиня-чёрных зернистых ягодах (Ф. Искандер).
• Околица. Печальный миг прощания с солнцем. Последняя вспышка зари окрасила бледным золотом изгородь, деревянные ворота. Тень наступает, она погасила яркий изумруд трав, покрыла лиловым пологом листву (из описания картины И. Левитана «Летний вечер» (Долгополова)).