Бегин, Менахем

Родился в семье секретаря брест-литовской еврейской общины Вольфа Бегуна, одним из первых в городе примкнувшего к сионизму; мать — Хася Бегун (урождённая Косовская)^[2]. Окончил в Брест-Литовске еврейскую религиозную школу, затем государственную гимназию (1931) и поступил на юридический факультет Варшавского университета, который и окончил в 1935 со степенью магистра права (навыки правоведа впоследствии были для него характерны как для политического деятеля).

Будучи сионистом по семейной традиции, Бегин с 10-летнего возраста состоял в детской (скаутской) сионистской организации «Хашомер-Хацаир». В 16 лет он примкнул к движению, «ревизионистскому сионизму», увлечённый выступлениями его основателя Зеева Жаботинского. Бегин вступил в молодёжную организацию ревизионистов «Бейтар». «В Бейтаре меня покорил цельный, интегральный сионизм, Страна Израиля, еврейское государство вскоре, в наши дни» — писал он впоследствии. Он быстро сделал карьеру, превращаясь сначала в руководителя брестского отделения и одного из 9 высших «офицеров» Бейтар, а затем (март 1939) был назначен Жаботинским общим руководителем («комендантом») «Бейтар» в Польше. «Этот парень далеко пойдет» — сказал о нём Жаботинский.

При этом сам Бегин выступал с крайних позиций против самого Жаботинского (которого он всегда считал своим учителем). В 1939 году был осужден на 6 недель тюрьмы за организацию демонстрации протеста перед посольством Великобритании. Став руководителем Бейтара, Бегин тотчас начал формировать ячейки боевой организации «Эцель» (Иргун) и одновременно пытался организовать массовые выезды польских евреев в Палестину. С нападением Германии на Польшу Бегин предложил польскому правительству сформировать часть из бейтаровцев, но получил отказ.

При приближении немцев к Варшаве он бежал в Вильнюс (впоследствии вся его семья была убита немцами в 1941). 20 сентября 1940 года в Вильнюсе Бегин был арестован НКВД и заключен в Лукишкскую тюрьму. Позже он описал свой тюремный опыт и ход следствия. Его обвиняли в том, что он «агент британского империализма» и угрожали 58-й статьёй УК РСФСР, но приговорили к восьми годам заключения как социально-опасного элемента или СОЭ. 1 июня 1941 года его этапировали в лагерь на станции Кожва Северо-Печорского ИТЛ в Коми АССР. Десятилетие спустя Бегин описал свои размышления о переживаниях на допросах и жизни в лагере в воспоминаниях «В белые ночи»^[3].

В 1941 году был освобождён из лагеря как польский подданный и вступил в армию Андерса, в составе которой вскоре в мае 1942 года оказался в Палестине. В 1943 году вышел из армии Андерса и полностью посвятил себя борьбе за создание еврейского государства.

В декабре 1943 г. Бегин стал руководителем подпольной организации «Иргун» и в этом качестве провозгласил восстание против английского мандата, начав нападения и террористические акции против английских войск, властей и учреждений (из них наиболее известен взрыв английской штаб-квартиры в иерусалимской гостинице «Царь Давид»). По данным архивов британской разведки (MI5), Бегин был одним из самых разыскиваемых людей, и за его голову была назначена награда в 10 тыс. фунтов (30 тыс. долларов).

Впоследствии, в одном из интервью на замечание, что он, как и Ясир Арафат, является террористом, Бегин ответил: «Я террорист, а он — бандит!», таким образом проводя грань между национально-освободительной борьбой против военных объектов и неизбирательным насилием^[4].

В 1944 и 1948 годах дважды возникали ситуации, когда «Иргун» была на грани вооруженных столкновений с Хаганой (подпольная вооружённая организация, подчинявшаяся руководству Сионистской федерации); оба раза только прямой запрет Бегина на акции против евреев спас сионистов от междоусобной войны.

В 2025 году правительство Израиля инициировало проект по поиску и реставрации затонувшего судна «Альталена»^[5].

Бегин — активный участник Войны за независимость Израиля.

В 1948 г., после создания Государства Израиль, Иргун самораспустился и влился в Армию обороны Израиля. На основе Иргуна Бегин создал партию «Херут» («Свобода») и, в качестве её руководителя, стал лидером правой оппозиции в Кнессете. На выборах в Кнессет 1-го созыва 25 января 1949 г. Херут получил 11,5 % голосов.

По своей программе «Херут» продолжала традиции ревизионизма, сочетая приверженность идее Эрец-Исраэль (официальный гимн партии, — на стихи Зеэва Жаботинского,- включал слова «Два берега у Иордана — и оба наши!»^[6]) с праволиберальной экономической платформой, основанной на свободном рынке, частном предпринимательстве и конкуренции^[7], и резко выступая против социалистического руководства страны.

В 1952 г. были установлены дипломатические отношения с ФРГ и подписаны соглашения о репарациях (выплате правительством Германии денежной компенсации евреям, пострадавшим во Второй мировой войне). «Херут» активно выступила против «прощения врагу», и Бегин возглавил массовые антиправительственные демонстрации протеста: он произнёс резкую речь, за которую был временно отстранён от заседаний Кнессета, а у здания парламента произошли ожесточённые столкновения демонстрантов с полицией^[8]. С этого момента начался неуклонный рост популярности «Херута», и на выборах 1961 г. представительство партии увеличилось до 17 мандатов^[6].

Накануне Шестидневной войны 1967 г., когда ситуация требовала консолидации всех национальных сил, Бегин впервые вошёл в правительство (как министр без портфеля), и оставался на посту до 1970 г. После создания в 1973 г. правого блока Ликуд возглавил этот блок и в результате его победы на выборах в 1977 г. сформировал первое в истории Израиля правое (не социалистическое) правительство.

В качестве премьер-министра провёл программу либерализации экономики (так называемый «октябрьский экономический переворот» 1977 года). В краткосрочной перспективе эти реформы привели к гиперинфляции, а согласно современным исследованиям, заложили основу для долгосрочного роста социального неравенства^[9]. Для сокращения социального разрыва и помощи восточным евреям (мизрахи) правительство инициировало масштабную социальную программу «Проект Обновление» (Project Renewal), которая успешно занималась реабилитацией неблагополучных районов^[10]. В декабре 1977 года Бегин представил план административной автономии для арабских жителей Иудеи и Самарии, который стал основой для Кэмп-Дэвидских соглашений^[11]. Вскоре после прихода к власти он стал инициатором переговоров с президентом Египта Анваром Садатом, завершившихся подписанием в сентябре 1978 года Кэмп-Дэвидских соглашений (полноформатный мирный договор был подписан 26 марта 1979 года). За эти усилия Бегин, наряду с Садатом, был удостоен Нобелевской премии мира в 1978 году^[12]. В 1981 году по приказу Бегина израильская авиация уничтожила иракский атомный реактор, лишив таким образом Саддама Хусейна возможности получить атомную бомбу. Бегин полагал, что мир с Египтом развязывает Израилю руки для полного уничтожения ООП. Раскол в обществе по отношению к ливанской войне на фоне отчёта «Комиссии Кахана» и смерть жены привели к нервному срыву, результатом которого явилась его отставка 15 сентября 1983 года.

Последние годы прожил, отойдя от всякой публичной деятельности, в Иерусалиме и Тель-Авиве, где и умер. Похоронен на Масличной горе в Иерусалиме, рядом с казненными англичанами членами «Иргун». Его похороны, не носившие официального характера, тем не менее собрали тысячи людей.

Историк М. Хейфиц характеризует Бегина так: «Бегин был скромный европейский человек, хорошо воспитанный, сдержанный».

Он считался прекрасным оратором и полемистом; противники называли его «демагогом». Владел девятью языками и вообще обладал лингвистическими способностями: в гимназии латынь была одним из его любимых предметов.

Знавшие Бегина лично отмечали его особую элегантность и джентльменство (он, например, даже в самую сильную жару ходил в костюме и при галстуке). Даже при аресте в 1940 году Бегин отправился в тюрьму, не забыв начистить ботинки и повязать галстук.

В то же время был, как указывалось, скромен, охотно общался с «простыми людьми». Известен случай последних месяцев его премьерства: к нему на приём пришла мать солдата, пропавшего без вести в Ливане. В кабинете Бегина с женщиной случился истерический припадок. Хотя у Бегина была назначена дипломатическая встреча с видным чиновником из Вашингтона, он отказался покинуть женщину, пока она не успокоится.

В историографии и современном дискурсе сохраняется крайняя полярность оценок личности Бегина — от выдающегося государственного деятеля и миротворца до радикала и террориста в связи с его руководством организацией «Иргун»^[1][13].

Бегин — автор статей и трёх книг мемуарного характера:

• «Восстание» (о подпольной борьбе «Иргун», 1950, русский перевод Т.-А., 1976);
• «В белые ночи» (1953, о советской тюрьме и лагере; русский перевод Т.-А. 1978, Иер.-М., 1991; М., 1993):
• «В подполье: сочинения и документы» (4 тт., 1959-61).

Книга «В белые ночи», законченная за месяц до смерти Сталина, завершается любопытным предсказанием судьбы, ожидающей СССР после смерти диктатора: Бегин отвергает как мнение, что СССР развалится, так и мнение, что всё останется по-прежнему, но полагает, что борьба между преемниками Сталина, как и нарастание центробежных стремлений меньшинств, могут со временем привести к внутренним преобразованиям в советской империи.

В 2025 году была опубликована ранее неизвестная рукопись Бегина 1952 года «Личный взгляд, национальный взгляд и основные принципы»^[14]. Также вышли современные биографические исследования, посвящённые жизни и деятельности политика, среди которых работы Ави Шилона («Менахем Бегин: Жизнь») и Даниэля Гордиса («Менахем Бегин: Битва за душу Израиля»)^[15][16]

29 октября 2013 года в городе Бресте установлен бюст лауреата Нобелевской премии мира, премьер-министра Израиля в 1977—1983 годах Менахема Бегина. Бюст установлен недалеко от дома, в котором когда-то располагалась школа, где он учился. Над памятником работали: лауреат Ленинской премии СССР, председатель Союза белорусских еврейских общественных объединений и общин архитектор Леонид Левин, автор эскизных проектов Алеся Гурщенкова, главный архитектор Бреста Олег Ляшук и архитектор Константин Селиханов (Минск).

В 2013 году, на берегу реки Печора, на том месте, куда во времена ГУЛАГа приставали баржи с заключенными, была установлена плита с упоминанием Менахема Бегина, как одного из «подневольных строителей Печорского моста». После актов вандализма в том же году плита была демонтирована и передана в фонды Печорского историко-краеведческого музея^{[17][18][19][20]}.

В том же 2013 году, незадолго до 100-летнего юбилея Менахема Бегина, Коми посетила большая группа журналистов и общественных деятелей из Израиля, в составе которой была дочь Менахема Бегина Хасия Мило. В ходе этого визита, организованного лидером Еврейской национально-культурной автономии в Коми Леонидом Зильбергом, гости посетили Сыктывкар и Печору и участвовали в открытии установленной ранее плиты^[21].

В 2024 году улица Менахема Бегина (Дерех Бегин) в Тель-Авиве стала одним из главных центров массовых протестов семей похищенных заложников.