Спецоперация в Самашках

Село Самашки расположено в западной части Чеченской республики, в 4 км к северу от трассы Ростов — Баку, соединяющей Назрань с Грозным. Часть жителей села была из тейпа, к которому принадлежал Джохар Дудаев. Через село проходит железная дорога из Назрани в Грозный. К западу от села находится село Серноводское, которое в декабре 1994 года, после начала первой чеченской войны, было под контролем федеральных сил, а на дороге между Серноводским и Самашками был установлен блокпост.

Дальнейшее продвижение федеральных войск было остановлено блокировавшими трассу жителями села Новый Шарой, находящегося к югу от Самашек. Поскольку такое продвижение привело бы к столкновению с местными жителям, а потом и с имеющимся в сёлах отрядами ополчения, сформированных из вернувшихся участников незаконных вооружённых формирований ЧРИ и вступивших в ряды народной милиции, вооружённые автоматами, пулемётами и гранатомётами. Федеральные силы закрепились на условной линии, проходящей западнее Самашек и Нового Шароя. На границе дислокации войск возникла зона, в которой не было «ни мира, ни войны»^[2].

Участок трассы к юго-западу от Самашек был заблокирован, а взамен к северу от Самашек была построена обходная военная дорога, которая вела через малонаселённый Сунженский хребет на восток к Грозному и использовалась в ходе штурма Грозного для подвоза военных грузов и подхода федеральных частей. При этом через Самашки проходил гуманитарный коридор: на блокпосту между Серноводским и Самашками МВД проверяли документы и отсутствие оружия, дальше путь шёл на юг и далее по трассе в сторону Грозного.

В селе Самашки, по сообщению сельской администрации, имелось 2100 дворов (в каждом обычно по 2—3 дома), а к началу апреля проживало 5—6 тысяч человек (по оценкам старейшин — 4,5–5 тысяч человек). Большую часть проживающих составляли чеченцы.

Старейшины чеченских сёл старались удерживать местное население от нападений на федеральные силы, призывая к чисто оборонительной тактике и предлагая желающим вести активные боевые действия уходить в Грозный. Несмотря на это, по данным командования ВВ МВД РФ, с 11 декабря 1994 года по конец марта 1995 года в районе Самашек погибло около 30 российских солдат, офицеров и сотрудников МВД^[3].

По мере того, как федеральные войска продвигались в ходе штурма Грозного, чеченские сепаратисты вытеснялись в другие части Чечни, в том числе в село Самашки. В конце февраля — начале марта федеральные силы, вытеснившие боевиков из Грозного, начали разоружение сёл и вытеснение из них боевиков. Часть боевиков ушла в Самашкинский лес^[4][5].

В Самашках переговоры велись с 21 февраля, когда глава администрации села Лема Абдулхаджиев и старейшины встретились с генералом Ю. А. Косолаповым. Генерал требовал сдачи тяжёлого оружия при сохранении «команды ополчения для охраны села численностью 40–45 человек», в противном случае угрожая обстрелами. Часть населения сразу была согласна на условия, но резко против выступали боевики, пришедшие из других населённых пунктов. 6–7 марта по требованию населения отряд пришлых боевиков покинул село, в нём остался только отряд самообороны из 40–50 человек. Часть жителей была недовольна заключённым соглашением, в том числе 10 марта кто-то взорвал здание сельсовета^[6].

После ультиматума, предъявленного генерал-лейтенантом Антоновым, командующим группировкой федеральных войск в Чечне генерал-полковником ВВ МВД Куликовым, а также генерал-лейтенантом Романовым 6 апреля с требованием выдать 265 единицы автоматического оружия и БМП, предположительно имеющегося у жителей Самашек — было выдано только 11 автоматов, более 200 боевиков покинуло Самашки под давлением старейшин деревни, которые хотели, чтобы село не подвергалось обстрелам.

Однако утром 7 апреля возвращающиеся с переговоров старейшины были обстреляны непримиримыми боевиками. Переговоры зашли в тупик, и внутренние войска попросили жителей покинуть село, проводя «фильтрацию» подозрительных личностей. Группа из 12 боевиков сразу покинула село; остатки группы из 40 человек, подбив один танк и два бронетранспортёра (БТР) и понеся потери, покинули село сразу после штурма, перед началом зачистки. Вечером 7 апреля после минометного обстрела начался штурм села в районе железнодорожного вокзала^[2].

По данным командующего группировкой федеральных войск в Чечне генерал-полковника ВВ МВД А. С. Куликова, штурмовой отряд внутренних войск в ночь с 7 на 8 апреля напоролся в Самашках на засаду, был разбит на несколько групп и перешёл к круговой обороне. В ходе выдвижения были подбиты или подорвались на минах четыре БТР и один танк. боевиков.

Утром 8 апреля началась зачистка села. Местные жители утверждали, что силовики избивали их, обстреливали дома^[7]. Однако военнослужащим оказывалось вооруженное сопротивление. По оценкам ВВ МВД, сопротивление федеральным силам в селе оказывали около 300 боевиков^[8].

По словам генерал-лейтенанта Антонова, заместителя командующего силами МВД Чечни: «это была полностью независимая военная операция войск МВД», проведённая силами и средствами 3000^[9] военнослужащих МВД, а именно 21-я отдельная бригада оперативного назначения^[2], ОМОН Московской области и оренбургский СОБР (имеются сообщения о привлечении спецподразделения «Витязь»), в том числе 350 человек составлял штурмовой отряд^[10].

Потери МВД, согласно заявлению федеральных сил, — 16 убитых и 44 раненых^[11]. По заявлению Станислава Говорухина, председателя парламентской комиссии, около 350 российских военнослужащих получили ранения и 16 человек погибли. Капитану милиции Виктору Адамишину было посмертно присвоено звание Героя России^[2].

Со стороны боевиков — 103 человек убито и около 150 подозреваемых задержано^[7][12].

После того, как Лев Пономарёв раздал доклад общества «Мемориал» по ситуации в Самашках, 19 апреля 1995 года на пленарном заседании Государственной Думы выступил руководитель фракции Демократической партии России С. С. Говорухин и сообщил, что этот доклад искажал действительное положение вещей, также он отметил, что Пономарёв признает авторство доклада за обществом «Мемориал» только наполовину^[13]. На том же заседании депутат из фракции «Выбор России» Б. М. Титенко, со ссылкой на депутата Шабада, утверждал, что они приезжали в Самашки раньше Говорухина, и версия общества «Мемориал» — более правдивая. Пономарёв утверждал, что распространил доклад с непроверенными сведениями только среди членов комиссии Говорухина, а не для всеобщего обозрения^[14].