Дамиани, Лучано

Дамиани вырос в болонском районе Болоньина; он был одним из трёх сыновей почтового служащего. Одним из друзей его юности был будущий известный оперный тенор Джанни Раймонди. После начальной школы Дамиани поступил в Технический институт имени Гульельмо Маркони. Ещё ребёнком в фашистской Италии он получил поддержку для поступления в Художественный лицей благодаря своим рисункам Муссолини и копиям работ Рафаэля.

Позже он получил стипендию и смог посещать Коллегию Вентуроли в Кастельнуово-ди-Гарфаньяна близ Лукки, которая, как и лицей, была учреждением фашистского государства. В 1942 году он был отобран государством для поездки в нацистскую Германию, в ходе которой посетил Филлах, Вену, Зальцбург и Мюнхен. Благодаря учёбе Дамиани поначалу избежал призыва в армию. Позже он всё же был призван, но из-за хаоса в конце войны ему не пришлось участвовать в боевых действиях. Тем не менее, он был арестован за принадлежность к армии Республики Сало и обвинён в фашизме, но впоследствии оправдан.

В 1946 году Дамиани поступил в Академию изящных искусств в родной Болонье, где его учителем был Джорджо Моранди. За одну из картин он получил первую премию и был избран представителем студентов, хотя два профессора выступали против него из-за его предполагаемого фашистского прошлого. Отцу Дамиани удалось прояснить это недоразумение в личной беседе. В это время он начал создавать свои первые декорации для университетского театра, в том числе к пьесам Луиджи Пиранделло и Юджина О’Нила.

Вместе с Джорджо Фуми он основал агентство, занимавшееся дизайном киноплакатов. С 1949 года он руководил агентством самостоятельно, добиваясь всё большего успеха. Одновременно он активизировал работу сценографа в Болонье: в театре «Ла Соффитта», который считался вторым стационарным театром Италии после миланского «Пикколо-театро», а также в театре «Комунале». Там он познакомился с руководителями «Пикколо-театро» Паоло Грасси и Джорджо Стрелером, которые увидели его декорации. Через несколько дней Грасси телеграммой пригласил Дамиани создать сценографию для пьесы Орио Вергани «Хождение по водам», которую ставил Стрелер. В то же время итальянский филиал американской кинокомпании Metro-Goldwyn-Mayer поручил ему разработку рекламы, плакатов и газетных объявлений для фильма «Камо грядеши». За эту работу Дамиани, к тому времени уже женатый и имевший сына, позже получил премию.

Дамиани закрыл своё агентство в Болонье и переехал с женой Сарой и сыном Давиде в Милан, где продолжил создавать декорации для «Пикколо-театро». Он также работал на существовавшей тогда малой сцене театра «Ла Скала» — «Пиккола Скала». В 1955 году он оформил постановку оперы Доменико Чимарозы «Тайный брак» (режиссёр Стрелер), которая позже гастролировала по всей Европе. Свои идеи Дамиани впервые смог наиболее полно реализовать в спектакле «Наш Милан» Бертолацци. Позже, в постановке Стрелера «Платонов и другие» (версия пьесы А. П. Чехова «Платонов»), он впервые выступил и как художник по костюмам. В период с 1959 по 1963 год Дамиани оформил двадцать четыре спектакля.

В 1963 году работа Дамиани над пьесой Бертольта Брехта «Жизнь Галилея» (режиссёр Стрелер) принесла ему международную известность. Следуя идеям Брехта, он представил театр не как машину иллюзий, а как осознанную сценическую игру. Ярко освещённая сцена стала пространством, в которое вдвигались архитектурные модели и элементы зданий, обозначавшие ключевые параметры пьесы.

Интерес также вызвала сценография Дамиани к пьесе Карло Гольдони «Кьоджинские перепалки» (Le baruffe chiozzote). Здесь снова присутствовало небо, меняющееся от дня к ночи, слева и справа — фрагментарно намеченные венецианские фасады, а на горизонте — далёкий пейзаж, туманно проступающий за тюлевой завесой. Особого освещения Дамиани добился с помощью алюминиевой фольги, на которую направлялся прямой свет прожекторов; отражаясь, свет мягко и рассеянно заполнял сцену.

Ещё больший успех и восторженные отзывы публики и критики получило оформление оперы В. А. Моцарта «Похищение из сераля» (1965 год, Зальцбургский фестиваль; режиссёр Стрелер, дирижёр Зубин Мета). Пространство замыкал ослепительно яркий горизонт. Певцы выступали на дощатом настиле, напоминавшем о комедии дель арте; во время музыкальных номеров они словно выходили из действия и на светлом фоне выглядели как силуэты. Слева и справа вдвигались двухмерные расписные элементы, кратко иллюстрировавшие сцены. Эта постановка шла в Зальцбурге до 1975 года, в 1972 году была перенесена в «Ла Скала», в 1980-х годах показана в Париже, а в 2006 году — в театре «Реал» в Мадриде. Для Стрелера и Дамиани этот спектакль стал международным прорывом.

Схожей по сценографической концепции с «Галилеем», «Перепалками» и «Похищением», но развивающей и варьирующей их элементы, стала работа Дамиани над оперой Моцарта «Дон Жуан» в Венской государственной опере в 1967 году (режиссёр Отто Шенк, дирижёр Йозеф Крипс). Постановка вызвала бурную полемику на премьере, но была высоко оценена критиком Frankfurter Allgemeine Zeitung Хильде Шпиль. Спектакль порывал со всеми традициями исполнения: вместо Севильи, обрамлённой сужающим сцену порталом с классицистическими элементами, зрители увидели североитальянскую архитектуру, сгруппированную перед ярко освещённым задником. Действие, включая сцену на кладбище во втором акте, происходило не ночью, а днём, порой при ослепительном свете.

Дамиани обратился к традиционной кулисной сцене, создав постройки нормального размера у рампы, которые дополнялись уменьшающимися элементами в глубине (особенно в уличных сценах). Смена декораций происходила при открытом занавесе и полном освещении. Певцы, как и в Зальцбурге, выступали на дощатом полу в стиле комедии дель арте, а их костюмы отсылали к персонажам этого театра. Оперу Моцарта и Да Понте, ранее трактовавшуюся как мрачная драма, Дамиани представил как гротескно-ироничную итальянскую сказку, чьи бездны лишь подчёркивались оформлением. В финале статуя Командора представала в виде гигантской сицилийской марионетки, чья правая рука поднималась с помощью явно видимого каната. Дон Жуана поглощал огромный красный, бурно развевающийся занавес (адский огонь), который затем поднимался, выбрасывая героя на свободу: миф не мог умереть. Фотографии эскизов этой постановки, шедшей в Венской опере до 1972 года, были опубликованы в журнале Theater heute в июле 1967 года.

В конце 1960-х годов Дамиани начал отдаляться от Стрелера, с которым позже сотрудничал лишь эпизодически. Среди их совместных работ: «Сельская честь» в «Ла Скала» (1966 год, дирижёр Герберт фон Караян); «Вишнёвый сад» А. П. Чехова в «Пикколо-театро» (1974 год), где под свисающим занавесом из вишнёвых листьев на выдвинутой в зал сцене разворачивалась гибель семьи; «Волшебная флейта» Моцарта на Зальцбургском фестивале (1974, дирижёр Караян); «Площадь» Гольдони (1975) и «Буря» Шекспира (1978 год).

Дамиани часто работал с итальянским режиссёром Лукой Ронкони, крупным антиподом Стрелера. Вместе они выпустили значимые спектакли: «Птицы» Аристофана (1975 год, Бургтеатр, Вена) и «Орестея» Эсхила (1976 год). В 1978 году Ронкони и Дамиани создали в «Ла Скала» постановку оперы Верди «Дон Карлос», которая поначалу вызвала споры, но позже получила признание. Драма была представлена как масштабная государственная акция, где точные сценографические элементы выделялись на фоне задника, сияющего меняющимися цветами. В 1980 году они поставили «Макбета» Верди в Немецкой опере в Берлине (дирижёр Джузеппе Синополи); существует видеозапись этого спектакля. В работе с Ронкони Дамиани отошёл от решений, разработанных для Стрелера: преобладали абстрактные, геометрически акцентированные конструкции вне конкретного времени. Сцена трактовалась как постоянно трансформирующаяся машина; в венской «Орестее» использовались даже конвейерные ленты.

В конце 1970-х годов Дамиани, который ещё в начале десятилетия поставил и оформил «Аиду» Верди для Арена-ди-Верона, вернулся к оперной режиссуре (создавая также декорации и костюмы). Он поставил «Идоменея» Моцарта в Немецкой опере в Берлине, «Луизу Миллер» Верди (показана также в Париже и Риме) и «Моисей в Египте» Россини в «Ла Скала» (1979 год, дирижёр Клаудио Аббадо). В 1987 году в театре «Реджо» в Парме он поставил «Макбета» Верди и «Орфея и Эвридику» Глюка.

В 1982 году Дамиани получил возможность основать в Риме собственный театр — «Teatro di documenti», созданный совместно с Ронкони и Синополи. Там он представлял собственные постановки, впервые обратившись и к драматическому театру (например, «Москета» Рудзанте в 2006 году).

Заказы на сценографию от других театров Дамиани принимал редко. В 1988 году он вернулся в Бургтеатр, чтобы оформить «Вильгельма Телля» Шиллера для режиссёра Клауса Паймана: холодное, освещённое серо-голубым светом зимнее пространство с гигантскими скалами, угрожающе опускающимися с колосников, и большой стеной, разрушение которой приносило швейцарцам свободу. В 1996 году он вновь работал в Зальцбурге над «Травиатой» Верди (дирижёр Риккардо Мути, режиссёр Луис Паскуаль).

Дамиани много лет боролся за права сценографов, требуя признания их авторами своих работ и выплаты соответствующих гонораров. В 1963 году Венская академия изобразительных искусств предложила ему возглавить класс сценографии, став преемником Каспара Неера. Дамиани отказался, сомневаясь в своих педагогических способностях и желая укрепить позиции сценографов в Италии.

Лучано Дамиани считается одним из важнейших сценографов в истории театра. Этому способствовали многочисленные инновации, которые он внедрил. Ему не подходил традиционный подход, когда художник лишь отдаёт эскизы, оставляя исполнение сотрудникам театра; он не хотел видеть на сцене просто увеличенные копии рисунков. Дамиани стремился активнее участвовать в реализации замысла и искал личного контакта с художниками-декораторами и строителями. Он первым начал предоставлять детальные чертежи вместо приблизительных набросков, что позволяло мастерским работать точнее. Кроме того, он лично участвовал в работе в живописном цехе и при монтировке на сцене. Поначалу это встречало сильное сопротивление, особенно в «Пикколо-театро» и «Ла Скала», где начальники цехов чувствовали себя оскорблёнными. В «Ла Скала» и во Флоренции (на постановке «Огненного ангела» Прокофьева в режиссуре Стрелера), где привыкли к традиционной живописной декорации, Дамиани с трудом удавалось воплотить свои идеи реально построенного, а не нарисованного пространства. Сегодня требование Дамиани контролировать исполнение работ и предоставлять точные эскизы стало стандартом для сценографов.

В сценическом освещении Дамиани также ввёл множество новшеств. Для «Кьоджинских перепалок» он смонтировал верхний свет так, чтобы прожекторы светили на металлическую фольгу; свет преломлялся и мягко освещал сцену, имитируя дневной свет. Новаторским стало и использование нетипичных для театра источников света, например, люминесцентных ламп. Проекты Дамиани предусматривали точную световую партитуру с концентрированным использованием верхнего, контрового и бокового света, что подчёркивало трёхмерность пространства. Характерной чертой его декораций часто были светлые горизонты, на фоне которых группировались зоны света и тени. Это позволяло отделять актёров от фона, иногда превращая их в силуэты. Эти приёмы позже адаптировали другие сценографы, такие как Эцио Фриджерио и Роберт Уилсон.

При построении декорации Дамиани следовал идее пространства, открытого слева и закрытого справа. Левая сторона должна была давать перспективу, позволяя зрителю самому достраивать пространство в воображении. Идея поместить спектакль в специально созданный портал, через который зритель смотрит на сцену, также принадлежит Дамиани. Он скептически относился к традиционному театральному занавесу и часто экспериментировал с открытой сценой и сменой декораций на глазах у публики.

Как художник по костюмам Дамиани также отошёл от традиции просто отдавать эскизы в пошивочный цех. Он первым начал фотографировать актёров спереди и в профиль, чтобы на основе этих снимков подгонять костюмы под особенности фигуры исполнителей.

• 1966: Le baruffe chiozzotte (телефильм)
• 1967: Die Entführung aus dem Serail (телефильм)
• 1968: Cavalleria rusticana (телефильм)
• 1972: Человек из Ламанчи (Man of La Mancha)
• 1976: Macbeth (телефильм)
• 1987: Macbeth (телефильм)
• 1990: Wilhelm Tell (телефильм)