Красочная жизнь

Василий Кандинский работал над картиной во время продолжительного пребывания во Франции. В 1906 году он вместе с художницей Габриэле Мюнтер прибыл в Париж, где сначала жил на улице Урсулинок, а затем переехал в соседний Севр. Художник посещал Салон Независимых и Осенний салон, знакомился с парижскими художественными собраниями и французской живописью. В его произведениях этого времени соединились приёмы неоимпрессионизма и фовизма, элементы символизма и модерна, а также мотивы русского фольклора и религиозного искусства^[3].

«Красочная жизнь» стала самым крупным полотном, созданным Кандинским к тому времени. В 1907 году картина экспонировалась в парижском Осеннем салоне. Она принадлежала к группе ранних произведений художника на сказочные и исторические темы, в которых усиливалась самостоятельная выразительная роль цвета^[3][4].

Действие развёрнуто в условном пейзаже с рекой, холмами и расположенным на вершине городом-крепостью. На переднем и среднем планах размещено множество фигур. Среди них различимы паломники, крестьяне, святые, знатные люди, музыканты, матери с детьми, влюблённая пара и играющие дети. Отдельные группы заняты собственными действиями и не объединены последовательным повествованием. Благодаря этому картина воспринимается не как иллюстрация одного события, а как соединение различных состояний и эпизодов человеческой жизни^[3][5].

Композиция построена на сопоставлении тёмной основы и небольших участков чистого жёлтого, красного, синего, зелёного и белого цветов. Темперные мазки образуют прерывистую, напоминающую мозаику поверхность. Цветовые пятна не только обозначают фигуры и предметы, но и связывают разнесённые по холсту группы. Пространство остаётся неглубоким: масштаб персонажей и их размещение подчинены прежде всего общему ритму, а не последовательному воспроизведению линейной перспективы^[4].

Отдельные мотивы «Красочной жизни» исследователи связывали с традицией русского лубка, книжной иллюстрацией и древнерусским искусством. Искусствовед Наташа Нимайер-Вассерер указывала на сходство изображённых Кандинским крепости и избушки на курьих ножках с иллюстрациями Ивана Билибина к сказке «Пёрышко Финиста ясна сокола»^[4]. При этом работы Билибина она считала не непосредственными образцами, а частью круга источников, повлиявших на обращение художника к русским сказочным и мифологическим образам^[4].

К некоторым персонажам картины Кандинский вернулся в рукописи произведения «Сценическая композиция II „Голоса“», созданной в 1908—1909 годах. В ней художник прямо назвал полотно, написанное в Севре, одним из зрительных источников. По интерпретации Нимайер-Вассерер, повторное использование этих фигур показывало, что Кандинский обращался с ними как с самостоятельными образами, которые могли включаться в разные композиционные и смысловые построения.

Историк искусства Ханс Конрад Рётель рассматривал «Красочную жизнь» как обобщённую картину светской и духовной жизни России, соединявшую образы прошлого и современности. Произведение занимало переходное место в творчестве Кандинского: изображённые фигуры и предметы оставались узнаваемыми, но цветовые сочетания, ритм и расположение форм уже играли самостоятельную роль в построении композиции^[5][4].

Около 1919—1920 годов «Красочную жизнь» приобрёл художник и фотограф Поль Ситроен, сотрудничавший в Нидерландах с берлинской галереей Der Sturm. В ноябре 1927 года он продал полотно за 900 нидерландских гульденов амстердамскому предпринимателю Эмануэлю Альберту Левенштейну и его жене Хедвиг Левенштейн-Вейерманн.

После смерти Эмануэля 10 июня 1930 года собрание перешло к его вдове. Согласно нотариальному соглашению от 17 декабря 1931 года, Хедвиг являлась единственной собственницей картины. С 1933 года произведение находилось в Стеделейк-музее в Амстердаме в качестве предоставленного ею займа^[2].

Хедвиг Левенштейн-Вейерманн умерла 20 мая 1937 года. По её завещанию собрание картин и гравюр следовало разделить между детьми Робертом и Вильгельминой, однако сохранившиеся документы не позволяют установить, было ли это распоряжение исполнено.

В декабре 1938 года руководство амстердамских муниципальных музеев подтвердило, что «Красочная жизнь» оставалась в Стеделейк-музее на хранении, но в документе не было указано, кто именно распорядился дальнейшей судьбой произведения^[2].

5 сентября 1940 года, через несколько месяцев после оккупации Нидерландов, сотрудник музея выдал картину посыльному торговца произведениями искусства и реставратора Абрахама Мозеса Керидо.

9 октября полотно выставили на торги амстердамского аукционного дома Frederik Muller & Co. в составе анонимно обозначенного «наследства Л.». Его приобрёл коллекционер Саломон Б. Слейпер за 250 гульденов, или за 275 гульденов с учётом комиссии. После торгов Слейпер вновь передал картину Стеделейк-музею, где её продолжали учитывать как собственность «госпожи Левенштейн»^[2].

После смерти Слейпера в 1971 году его вдова и наследница продала «Красочную жизнь» Баварскому земельному банку. Сделка, заключённая в 1972 году, составила 900 тысяч гульденов. Банк передал произведение в мюнхенскую Городскую галерею в доме Ленбаха в качестве долгосрочного займа. Там произведение экспонировалось до возвращения наследникам семьи Левенштейн в 2023 году^[2][3].

Вопрос о правомерности продажи 1940 года стал предметом реституционного разбирательства.

Наследники семьи Левенштейн связывали утрату картины с преследованием её владельцев во время германской оккупации Нидерландов. Баварский земельный банк, напротив, допускал, что Ирма Левенштейн-Кляйн могла добровольно выставить собрание на торги в связи с бракоразводным процессом. При этом сохранившиеся документы не позволяли установить, кто распорядился провести аукцион и кому поступили вырученные средства^[2].

16 мая 2023 года германская Консультативная комиссия по вопросам возврата культурных ценностей, утраченных вследствие нацистских преследований, рекомендовала вернуть картину наследникам. Документ был опубликован 13 июня. Комиссия признала, что версия о добровольной передаче произведения Ирмой Левенштейн-Кляйн не подтверждалась доступными источниками. При рассмотрении дела она исходила из презумпции недобровольной утраты имущества, если оно принадлежало представителю преследуемой группы и было отчуждено в Нидерландах после начала германской оккупации 10 мая 1940 года. Во внимание также приняли обстоятельства аукциона, на котором продавались произведения из принудительно отчуждённого собрания арт-дилера Жака Гаудстиккера^[2].

По заключению комиссии, совокупность косвенных свидетельств указывала на то, что «Красочная жизнь» была утрачена вследствие нацистского преследования. Баварскому земельному банку рекомендовали передать полотно наследникам Хедвиг Левенштейн-Вейерманн и Ирмы Левенштейн-Кляйн. Баварский земельный банк выполнил рекомендацию, и в июне 2023 года картина была передана наследникам^[2][3].

1 сентября 2026 года аукционный дом Christie's сообщил, что «Красочная жизнь» станет одним из центральных лотов вечерних торгов произведениями искусства XX и XXI веков, назначенных на 14 октября. До торгов Christie’s запланировал показы произведения в Цюрихе, Париже, Нью-Йорке и Гонконге^[3].

Открытие экспозиции в Лондоне запланировано на 8 октября. По данным РБК, стартовую стоимость произведения предварительно оценивали в 30 млн долларов^[6].