Красное пятно II

С началом Первой мировой войны Кандинский покинул Германию и вернулся на родину в Россию через Швейцарию. Его художественная деятельность в основном застопорилась в годы войны и революции, и он стал работать в многочисленных культурно-политических комитетах и учреждениях; «Красное пятно II» знаменует начало нового этапа в его творчестве с фундаментальным изменением форм выражения. Без соприкосновения с русским конструктивизмом, с Казимиром Малевичем, Владимиром Татлиным, Любовью Поповой и другими, немыслимы точные тела и поверхности, геометрическая разбивка элементов картины и плавное нанесение краски. Бурная выразительная сила образов, присущая работам до Первой мировой войны, уступила место холодной, казалось бы, рациональной композиционной схеме чистых индивидуальных форм.

Тем не менее Кандинский всегда дистанцировался от конструктивизма. Отличия от произведений революционных художников можно увидеть и в такой ранней картине, как «Красное пятно II», созданной в России. Кандинский использует геометрические фигуры — треугольники, круги, дуги и линии, — но с мягкими границами и нерегулярными композициями. В частности, в его аддитивном сосуществовании отсутствует логико-конструктивная структура, характерная для конструктивизма.

Мотив круга стал центральным элементом Кандинского во время его работы в Баухаусе. На этом этапе он рассматривал круг как идеальную, наиболее выразительную форму для своих художественных поисков:

Переход к геометрическим формам продолжает его стремление к всё более чистым формам, не вызывающим ассоциаций с предметным миром:

Тот факт, что Кандинский всегда придерживался изображения «фигур» с помощью этой формы абстракции, будь то репрезентативной или абстрактной, отличает его от других художников-абстракционистов эпохи, например, в живописи чистого цветового поля.^[1]

В этой работе геометрические формы окружены неправильными структурами, напоминающими лирическую абстракцию, и характеризуются тщательно выверенным балансом, точкой опоры которого является красное пятно, давшее картине название. В светлом пространстве трапеции с супрематистским значением, изолированной и отделённой от общего фона и в то же время выделяющейся, формы и цвета сходятся в вихре маленьких разноцветных сегментов, цветовых дуг и изогнутых элементов, начиная с пульсирующего красного «сердца» композиции.

Отдельные тёмные круги также впервые появляются как новый геометрический элемент, среди которых выделяется один, окутанный ореолом, почти как бы напоминающий образ чёрной дыры. За пределами этого мира, независимой супрематистской Вселенной, ограниченного белыми трапециевидными формами, на тёмном фоне появляются две овальные фигуры, пронзённые двумя длинными острыми предметами.

Кандинский в этом полотне применяет некоторые ключевые принципы, выраженные в его книге «О духовном в искусстве», связывая яркие цвета, такие как жёлтый, с резкими и глубокими заострёнными формами, а глубокие насыщенные цвета, такие как синий и чёрный, с округлыми формами и пятнами, отождествляя их с тёплыми, интенсивными элементами, выделяя «нервный» красный цвет, «который является результатом действия огромной силы».^[2]