Клавираусцуг

Клавираусцуг начал развиваться после того, как Генерал-бас перестал использоваться в качестве аккордовой основы для музыкальных ансамблей, то есть с середины XVIII века. Клавираусцуги с отдельными системами для вокальных партий известны с 1770-х годов.

До появления звукозаписи клавираусцуг оркестрового произведения был, наряду с другими переложениями (например, для фортепиано в четыре руки, струнного квартета, фортепианного трио или духового ансамбля), основным способом знакомства с произведением в любое время. Так, клавираусцуг оперы Моцарта «Дон Жуан» был издан в Вене уже через две недели после венской премьеры оперы в 1788 году.

С XIX века клавираусцуги стали стремиться к более точной передаче инструментовки. Специфические приёмы клавираусцуга, такие как удвоения в октавах и тремоло, в свою очередь повлияли на стиль письма оригинальных фортепианных композиций.

Технические усовершенствования в нотопечатании и распространение домашнего музицирования с 1830-х годов привели к большим тиражам клавираусцугов. С усложнением фактуры оркестровых произведений во второй половине XIX века клавираусцуги стали менее удобны, так как уже не могли адекватно передавать оркестровую ткань и становились трудными для исполнения. Многие композиторы сами создавали клавираусцуги или клавирные версии своих произведений, например, Рихард Вагнер для оперы «Тангейзер и состязание певцов на Вартбурге», Иоганнес Брамс для «Немецкого реквиема», Макс Регер для «Псалма 100» или Макс Брух для своих скрипичных концертов.

В редких случаях клавираусцуги создавались полностью или частично для четырёх рук или даже для двух фортепиано, если музыкальная структура была особенно сложной. Например, клавираусцуг оперы Альбана Берга «Воццек» содержит некоторые четырёхручные разделы, а клавираусцуг балета Бела Бартока «Чудесный мандарин» написан полностью для двух фортепиано. Исполнение опер в сокращённой версии с двумя фортепиано долгое время было обычной практикой.

С XX века значение клавираусцугов для новых произведений снизилось: в развлекательной музыке и джазе часто используется сокращённая запись аккомпанемента в виде аккордовых символов, а «серьёзная музыка» достигла такой сложности, что её всё труднее было свести к звучанию фортепиано. Тем не менее, для разучивания опер клавираусцуги по-прежнему незаменимы. В хоровых произведениях с инструментальным сопровождением, таких как оратории, оркестровые мессы или хорово-симфонические сочинения, клавираусцуги часто используются как для репетиций, так и для исполнения. Если в прошлые века хоры по экономическим причинам пели по хоровым партиям или партитурам, то сегодня многие хоровые дирижёры и певцы считают клавираусцуг лучшим компромиссом, который, с одной стороны, даёт лучший обзор музыкального материала, а с другой — проще и удобнее в обращении, чем полная партитура.

Клавирная нотация оркестровой фактуры на двух нотных системах сопряжена с определёнными трудностями. Некоторые особенности оркестрового звучания могут быть переданы на фортепиано лишь приблизительно — например, аккорды, охватывающие несколько октав, долго звучащие или нарастающие ноты, перкуссионные звуки без определённой высоты или различие между arco и pizzicato у струнных инструментов.

Традиционные приёмы передачи оркестрового звучания в клавираусцуге включают, например, бас Альберти для повторяющихся аккордов струнных, «очковые басы» для тремоло или ударных инструментов, а также короткие арпеджио-аккорды для пиццикато струнных.

Если попытаться перенести весь нотный текст партитуры, клавираусцуг становится перегруженным и при больших оркестровых составах или сложной фактуре практически неиграбельным. Если же нотный текст сокращается ради удобства исполнения, то это по сути становится интерпретацией, поскольку приходится выделять одни элементы и опускать другие. В современных клавираусцугах значимые побочные голоса, которые перегрузили бы фактуру, иногда обозначаются маленькими нотами.

В XIX веке существовали фортепианные парафразы для концертного исполнения, которые по сути были сложными клавираусцуги. Солистические концертные исполнения клавираусцугов сегодня встречаются крайне редко. В наши дни клавираусцуги используются в основном для разучивания произведений. Практику, при которой клавираусцуг предназначался прежде всего для профессионального разучивания (но при этом продавался и любителям музыки), следует отличать от многочисленных четырёхручных переложений для домашнего музицирования, которые играли огромную роль в истории восприятия музыки и популярность которых начала снижаться только с распространением грампластинок в начале XX века. Для домашнего музицирования существовало множество клавираусцугов солистических концертов и симфоний.

Особенно в хоровой музыке и сегодня встречаются исполнения с фортепиано вместо оркестра. Близким к клавираусцугу является органный аусцуг, когда оркестровая партия переложена для органа; он используется преимущественно для исполнения в богослужении. Сочетание «хор и орган» стало самостоятельным жанром.

Клавираусцуг является важным источником для балетной музыки конца XVIII и всего XIX века. Многие балеты были изданы в виде клавираусцугов. Они служили либо для домашнего музицирования, когда, по аналогии с операми, балеты хотели «переслушивать» дома, либо для разучивания балетов и тогда помечались как «Répétiteur» (корепетиционный клавираусцуг). Часто такие клавираусцуги содержат пометки по хореографии и являются важным источником.

В опере клавираусцуги также используются как режиссёрские книги для ассистентов режиссёра, в которых синхронно с музыкальным течением отмечаются выходы или сценические действия. Также суфлёры работают с клавираусцугом. Для перевода оперных текстов или планирования постановки клавираусцуг часто предпочтительнее оркестровой партитуры, так как вокальные тексты в нём читаются легче и требуется реже перелистывать страницы.

Ещё одной разновидностью клавираусцуга является клавир-дирекция, которая в развлекательной музыке XIX–XX веков (салонные оркестры) продолжала практику генерал-баса, то есть обеспечивала ритмическую и аккордовую основу для поддержания ансамбля и помогала дирижёру-оркестранту, сидящему за фортепиано, ориентироваться в ходе произведения и вступлениях. В XX веке такая выписанная клавир-дирекция перешла в аккордовую цифровку для клавишных инструментов.

В оперетте на дирижёрском пульте чаще всего лежали клавираусцуги вместо партитур. Для венских оперетт «Серебряной эпохи» это до сих пор во многом актуально. Оркестровые партитуры из опасения несанкционированного копирования долгое время не печатались, а для дирижирования использовались клавираусцуги. Лишь с 1990-х годов стали появляться дирижёрские партитуры для оперетт. Хорошо сделанные клавираусцуги этого жанра содержат всю необходимую для дирижирования информацию, хотя эта традиция постепенно уходит.

Обратным процессом — расширением клавирной фактуры до оркестровой — являются клавирные эскизы, которые многие композиторы создавали на этапе подготовки произведения. В партитуре клавирные эскизы встречаются, например, в итальянских операх для партий банда, которые аранжировались на месте для местного духового оркестра. Промежуточной ступенью между клавирным эскизом и партитурой является .

Клавирные эскизы важны и для коллективного производства музыки: при создании киномузыки в студийной системе (например, у Макса Штайнера) музыка сначала записывалась в виде клавирного эскиза или партителлы, а затем оркестровалась специалистами.