Кауфман, Ангелика

Дочь художника Йоганна Йозефа Кауфмана, выросла в Форарльберге, Австрия. Самостоятельно выучила несколько языков, много читала, увлекалась музыкой (соревнование поэзии, музыки и живописи — частый сюжет картин Кауфман). Рисовать начала с шести лет, помогала отцу в мастерской^[8], в одиннадцать лет получила свой первый заказ. C двенадцати лет работала как профессиональный живописец. В 1754 году после смерти матери побывала с отцом в Милане, с 1763 года жила в Риме и Венеции. В 1772 году стала членом Академии изящных искусств Флоренции^[9]. В Риме познакомилась с Иоганном Иоахимом Винкельманом, немецким историком искусства, который стал её первым сторонним учителем и другом. Он отзывался о Кауфман: «Она может быть очень красива, и в пении может соперничать с нашими лучшими виртуозами».

В 1766 году по предложению английского посла и его супруги уехала в Лондон, где прожила пятнадцать лет. В Англии стала единственной женщиной-художницей, которая была принята в члены лондонской Королевской академии искусств. Её портрет написал знаменитый Джошуа Рейнольдс (1766), она в ответ написала портрет Рейнольдса. В его записной книжке её имя значилось как «Мисс Анжелика» или «Мисс ангел». Другой пример её дружеских отношений с Рейнольдсом можно найти в её интерпретации классической темы «Et in Arcadia ego», которую Рейнольдс повторил несколько лет спустя в своем портрете Миссис Бувери и Миссис Крю. В 1767 году Кауфман была соблазнена самозванцем под именем графа Фредерика де Хорна, за которого она вышла замуж, но в следующем году они расстались.

Кауфман была среди основателей Королевской Академии художеств в Лондоне, участвовала в создании росписей собора Св. Павла. Она провела несколько месяцев в Ирландии в 1771 году, в качестве гостя лорда-лейтенанта Ирландии, и выполнила там ряд портретных заказов. Среди её друзей был Жан-Поль Марат, живший тогда в Лондоне и занимавшийся медициной, с которым у неё, возможно, был роман. В 1781 году Ангелика вышла замуж за художника Антонио Дзукки и вернулась в Рим. Дружила со многими известными деятелями культуры своего времени: Винкельманом, Антоном Рафаэлем Менгсом, Иоганном Вольфгангом фон Гёте, Антонио Кановой, Соломоном Гесснером и другими. Её последняя выставка состоялась в Риме в 1797 году. В 1810 году биографию художницы написал итальянский историк Джованни Баттиста де Росси.

Кауфман продолжала время от времени участвовать в деятельности Королевской академии в Лондоне, её последняя выставка состоялась в 1797 году. После этого она работала мало. В 1807 году умерла в Риме, удостоившись пышных похорон. Многие члены Академии Святого Луки, духовные лица и ценители искусства, последовали к её гробнице в римской церкви Сант-Андреа-делле-Фратте. Как и при погребении Рафаэля, две её лучшие картины были пронесены в процессии.

Живописное творчество Ангелики Кауфман — портреты, картины на библейские, исторические, литературные и античные мифологические сюжеты — развивалось в границах эстетики неоклассицизма. Сама художница относила своё творчество прежде всего к исторической живописи, что было необычным для этого жанра, считавшегося в XVIII-м веке исключительно мужским занятием, как, впрочем, и живопись вообще. Историческая живопись особенно почиталась в академическом искусстве того времени, однако под руководством сэра Джошуа Рейнольдса Королевская Академия приложила все усилия, чтобы поддержать энтузиазм художницы в этом направлении. Но несмотря на популярность, которой Кауфман пользовалась в британском обществе, и её успех там как художницы, она была разочарована относительной апатией англичан к исторической живописи. В конце концов ей пришлось покинуть Британию и отправиться на континент, где историческая живопись была лучше известна, пользовалась большим уважением и покровительством меценатов и коллекционеров^[10].

Историческая живопись, согласно академической теории искусства, считалась наиболее возвышенным жанром. Её предметом было создание композиций, основанных на темах из истории, мифологии, литературы и текстах Священного Писания. Для этого требовались обширные познания в библейской и классической литературе, теории искусства и практическая подготовка, включавшая изучение пластической анатомии, истории костюма, вооружений и прочих специальных областей. Большинство женщин были лишены доступа к такой подготовке, особенно возможности рисовать с обнажённых моделей; тем не менее Кауфман сумела пересечь гендерную границу, чтобы приобрести необходимые навыки, и достигла репутации успешной художницы исторического жанра^[11].

Ангелика Кауфман относительно скоро приобрела широкую европейскую известность. В 1762 году она стала членом флорентийской Академии искусств, с 1765 — членом Академии Св. Луки в Риме, с 1768 года — Французской и Британской Королевских академий. В 1810 году её биографию написал известный итальянский историк Джованни Баттиста де Росси, с тех пор её жизнь не раз становилась сюжетом популярных романов. Образ художницы послужил прототипом героини популярного романа Жермены де Сталь «Коринна, или Италия» (1807).

Чарльз Уилсон Пил (1741—1827), живописец, патриот и основатель американской художественной династии, назвал свою дочь в честь художницы. Произведения Кауфман воспроизводили и тиражировали в гравюрах Ф. Бартолоцци и его ученик Г. И. Скородумов в технике цветного пунктира, наиболее подходящей для передачи нюансов живописи. Почитателем художницы был Этьен Морис Фальконе. Под влиянием Кауфман сформировалось творчество немецкой художницы Марии Элленридер. Сама Ангелика испытала влияние идей не только Винкельмана, но и Антона Рафаэля Менгса. Тем не менее, слава Ангелики Кауфман не была абсолютной. Несмотря на принадлежность к эпохе неоклассицизма и даже проявлений некоторых тенденций романтизма, в творчестве художницы преобладают качества салонного сентиментализма, которые в то время оценивали положительно как «превосходный римский вкус». Многое, и, прежде всего, критические оценки и обвинения в салонности, сближает творчество Кауфман и другой художницы Э. Виже-Лебрен.

Художница была знаменита и в современной ей России. Оду «К Анжелике Кауфман» (1798) сочинил Г. Р. Державин. В 1774 году, во время работы в Санкт-Петербурге над памятником Петру I, Этьен Морис Фальконе делился с английским путешественником Рэкселлом своими впечатлениями от работ художницы и сообщал, что «является обладателем почти всех её произведений»^[12]. Великая княгиня, а затем императрица Мария Фёдоровна, супруга императора Павла I, писала миниатюры на стекле, используя в качестве оригиналов гравюрные воспроизведения картин художницы.

Гравюры с произведений Кауфман служили образцами для скульптуры. В частности, их использовал скульптор Ф. И. Шубин, работая над серией медальонов для украшения Мраморного зала Мраморного дворца в Санкт-Петербурге.

В петербургском Эрмитаже имеется несколько картин Ангелики Кауфман:

• Автопортрет. Между 1780 и 1785 годами
• Вергилий, читающий «Энеиду» Октавии и Августу. 1788
• Монах из Кале. 1766—1781
• Гектор призывает Париса на битву. 1775
• Детство девы Марии. 1791
• Прощание Абеляра и Элоизы. До 1780 г.
• Безумная Мария. После 1777 г.
• Портрет графини А. С. Протасовой с племянницами. 1788 
• Венера уговаривает Елену любить Париса. 1790

В 2007 году в Шварценберге, Форарльберг (Австрия) был основан Музей Ангелики Кауфман. Ежегодно меняющиеся выставки посвящены различным аспектам и темам её творчества^[13]. На выставке 2019 года «Анжелика Кауфман — неизвестные сокровища из частных коллекций Форарльберга» многие её картины были представлены публике впервые, так как большая часть её произведений принадлежит частным коллекционерам^[14]. Музей расположен в старом фермерском доме («Kleberhaus») в типичном архитектурном стиле региона^[13].

В её честь назван кратер Кауфман на Венере.

• Retrospektive Angelika Kauffmann (270 works), Düsseldorf, Kunstmuseum (Nov. 15th 1998 — Jan. 24th 1999);
• München, Haus der Kunst (Febr. 5th — April 18th 1999);
• Chur, Bündner Kunstmuseum (May 8th — July 11th 1999).

• Briefe einer Malerin. Mainz: Dieterich’sche Verlagsbuchhandlung, 1999.