Казанское общество трезвости

Образование Казанского общества трезвости стало частью общероссийского процесса развития трезвеннического движения, восходившего к трезвенническим бунтам конца 1850-х годов и упразднению откупной системы продажи спиртных напитков, после чего в различных губерниях начали стихийно возникать немногочисленные и, как правило, недолговечные объединения «обетчиков» — лиц, дававших обет воздержания от вина на определённый срок (например, общество «Воздержанность», созданное в Ковно в 1858 году); упорядоченный и системный характер деятельность подобных обществ приобрела лишь в 1890-е годы^[6]. Поводом к систематизации трезвеннического движения в общероссийском масштабе послужил циркулярный указ Святейшего Синода от 10 (22) августа 1889, призвавший епархиальных архиереев предложить меры по искоренению пьянства и опиравшийся на статью 45 Правил о раздробительной продаже напитков 1885 года, которая предоставляла обществам трезвости, приходским попечительствам и братствам право заявлять о нарушениях, допускаемых виноторговцами^[6].

Первый официально утверждённый устав общества трезвости в Российской империи был утверждён в 1874 году в селе Дейкаловка Полтавской губернии; в течение 1875—1893 годов министерство внутренних дел утвердило 60 вновь образованных обществ трезвости, однако массовый характер их учреждение на основе устава, правил или условий приобрело лишь с конца 1880-х годов^[7]. Распространению подобных обществ по стране послужило основание в 1890 году Александро-Невского общества трезвости в Санкт-Петербурге; вскоре после этого аналогичные общества возникли в Одессе, Владимире и Ярославле в 1891 году, в Казани — в 1892 году, в Рыбинске и Тобольске — в 1893 году, а в Москве — в 1895 году^[8].

Общество открыло свою деятельность 30 июля (11 августа) 1892; по воспоминаниям его организаторов, оно начало работу «с 10 членами и с десятью рублями»^[1]. Уставной целью общества провозглашалось противодействие «употреблению спиртных напитков среди населения города Казани» и оказание нуждающимся членам помощи «советами, материальными средствами и приисканием занятий», а в расширительном смысле — «отрезвление русского народа, выяснение и указание ему истинного пути жизни»^[1]. Устав общества был утверждён 30 июля (11 августа) 1892 исполняющим обязанности министра внутренних дел, о чём свидетельствовала соответствующая резолюция товарища министра, сенатора, генерал-лейтенанта Н. И. Шебеко^[9].

В отличие от ряда синхронных приходских обществ трезвости (в частности, действовавшего в тот же период Общества трезвости имени Сергия Радонежского в селе Павлово Горбатовского уезда Нижегородской губернии, учреждённого при церковном приходе и возглавлявшегося диаконом), устав Казанского общества трезвости был лишён выраженной религиозно-нравственной риторики: пьянство характеризовалось в нём не как грех, а как социальное явление, требующее практического противодействия, а само общество с самого начала возглавлялось представителем светской губернской интеллигенции — публицистом и издателем А. Т. Соловьёвым^[10]. Устав Казанского общества состоял из 34 параграфов, объединённых в пять разделов и две вводные статьи^[11].

Согласно уставу, обществу для достижения его целей предоставлялось право открывать чайные, столовые, читальни и, по мере возможности, лечебницы для пьяниц, распространять в народе нравственные книги и брошюры, устраивать беседы и увеселения без продажи спиртных напитков, а также организовывать отделы и кружки из лиц, воздерживающихся от употребления крепких напитков (§ 2)^[12]. Членами общества могли быть лица обоего пола всех вероисповеданий, званий и сословий, за исключением владельцев винокуренных, водочных и пивоваренных заводов и лиц, занимавшихся продажей спиртных напитков, а также несовершеннолетних, нижних воинских чинов, юнкеров и лиц, ограниченных в правах по суду (§ 3)^[13]. Члены общества делились на почётных, действительных (вносивших ежегодно один рубль или единовременно двадцать рублей) и соревнователей, содействовавших обществу личным трудом; неимущие могли вступать в общество без уплаты взноса с разрешения Комитета (§ 4)^[13]. Подобное разделение членов на почётных, действительных и соревнователей было характерно и для других светских обществ трезвости Российской империи, при этом доля членов-соревнователей существенно различалась от общества к обществу: например, в Нижнетагильском обществе трезвости соревнователями являлись 67 из 106 членов, в Одесском — 33, в Подольском — 155^[2]. Вступивший в общество был обязан личным примером содействовать его целям, отказавшись от употребления спиртных напитков как средства наслаждения (§ 5)^[13].

Делами общества управлял Комитет из шести членов и четырёх кандидатов к ним, избиравший из своей среды председателя, товарища председателя, секретаря, казначея и сборщика пожертвований и заседавший не менее одного раза в месяц; все десять членов Комитета исполняли обязанности безвозмездно (§ 14—15)^[14]. Для проверки отчётности ежегодно избиралась Ревизионная комиссия из трёх членов и трёх кандидатов (§ 16)^[14]. Средства общества складывались из членских взносов, пожертвований и сумм, вырученных от литературных вечеров, спектаклей, концертов и изданий книг (§ 11)^[14]. Общее собрание считалось состоявшимся при явке не менее четверти членов общества, а для изменения устава требовалось присутствие не менее двух третей членов (§ 30)^[15]. Общество состояло в ведении Министерства внутренних дел и представляло ежегодный отчёт о своей деятельности через Казанского губернатора (§ 32)^[15]. Отдельные правила, утверждённые Общим собранием 6 (18) февраля 1893, регламентировали образование местных отделов общества: отдел учреждался по представлению не менее трёх действительных членов с разрешения Казанского губернатора, действовал самостоятельно на основании устава КОТ, но был обязан направлять в Казанский комитет протоколы своих заседаний, ежемесячные отчёты о суммах и численности членов и годовые отчёты, представлявшиеся Комитетом Министерству внутренних дел^[16].

В январе 1893 года член общества, чиновник В. И. Батурин представил в Комитет обширный проект дополнения к уставу, предполагавший учреждение участковых попечительств и расширение деятельности членов общества, в том числе оказание содействия правоохранительным органам в расследовании преступлений, связанных с пьянством; Комитет, однако, признал ряд параграфов проекта не соответствующими уставу общества и не допустил его к рассмотрению на общем собрании^[17]. В октябре 1893 года в Комитет поступил запрос от канцелярии губернатора с просьбой разъяснить, является ли читальня общества общедоступной; в ответном письме от 5 (17) октября 1893 А. Т. Соловьёв сообщил, что читальня и библиотека предназначаются только для членов общества^[18].

На момент утверждения устава в 1892 году в состав учредителей общества (8 человек) входили шесть мещан, один крестьянин и один дворянин; среди 164 действительных членов и лиц, подававших заявления о вступлении, преобладали мещане (38,4 %) и крестьяне (21,3 %), также были представлены дворяне, купцы, чиновники, цеховые ремесленники, военные чины, почётные граждане, разночинцы, один профессор и один представитель духовенства^[19]. Среди членов общества на момент утверждения устава значительно преобладали мужчины (145 человек, 87,9 %) при 20 женщинах (12,1 %)^[20]. По количеству действительных членов (165 человек) в 1892 году Казанское общество трезвости уступало ряду других казанских обществ, в частности Вспомогательному обществу приказчиков (567 членов) и Обществу взаимного вспомоществования учителям и учительницам (609 членов), но превосходило по численности, например, Казанское общество охоты (32 члена) и Казанский отдел Российского общества покровительства животным (28 членов)^[21]. Общество с первых лет своего существования привлекало в свои ряды не только жителей Казани и губернии: в частности, среди подававших заявления в 1892—1893 годах значились купеческий сын из Фридрихсгама и крестьянин Симбирской губернии П. Г. Баранов^[22].

На первых порах деятельность общества не встречала сочувствия ни со стороны местного общества, ни со стороны печати; согласно протоколу экстренного заседания Комитета от 12 (24) октября 1895, поначалу «были даже насмешки и издевательства», прекратившиеся лишь после того, как общество на практике продемонстрировало последовательность в достижении своей цели^[23]. Из-за отказа Казанской городской думы предоставить обществу помещение не удалась первоначальная попытка открыть в Казани общедоступную «Городскую народную читальню»; впоследствии Городская управа передала обществу полуразрушенный дом на Булаке, где ранее размещалась городская чайная^[24]. В переданном помещении 2 (14) июня 1893 была открыта первая чайно-столовая общества, а 5 (17) марта 1895 — бесплатная народная библиотека-читальня^[25].

Деятельность общества получила поддержку Казанского губернатора П. А. Полторацкого: с его разрешения 7 (19) января 1895 в доме Бочарова на Булаке был открыт первый мужской ночлежный приют общества, а 31 декабря 1895 (12 января 1896) — вторая чайно-столовая на Подлужной улице^[25]. По отчёту Комитета, за первый год существования ночлежного приюта, к 1 (13) января 1896, в нём переночевало 42 439 человек за плату, причём отказа в ночлеге не получал никто из неспособных к труду, обращавшихся в общество^[25]. Согласно отчёту о деятельности общества с 1 (13) сентября 1899 по 1 (14) января 1901, за указанный период в приюте, где ночлег предоставлялся за символическую плату в две копейки, переночевало уже 80 083 человека^[26]. 15 (28) сентября 1901 на Булаке, в доме Бочарова, был открыт приют для женщин, в котором в течение трёх месяцев призревалось 28 человек: способные к труду шили одежду, стирали бельё и мыли полы в учреждениях общества, а престарелые присматривали за детьми работавших женщин^[27].

1 (13) января 1898 общество организовало в Казани приют для безродных детей^[28]. В 1900 году под патронажем КОТ и председательством А. Т. Соловьёва было открыто «Общество Защиты Несчастных Женщин», ставившее целью борьбу с проституцией; Казанское общество трезвости предоставило новому обществу помещение под приют до тех пор, пока то не нашло собственного^[28].

С 1896 года общество начало издавать собственный журнал «Деятель», выходивший в Казани более двадцати лет вплоть до его прекращения новыми властями после революционных событий начала 1917 года^[26]. Программа журнала включала публикацию правительственных распоряжений, статей литературного, экономического, гигиенического, педагогического и медицинского содержания, сведений о деятельности благотворительных учреждений и обществ трезвости в России и за границей, а также протоколов заседаний Комитета; периодичность выхода составляла от одного до четырёх номеров в месяц при подписной цене два рубля в год^[29]. Первым редактором журнала был будущий епископ Чистопольский Анастасий, позднее передавший обязанности редактора А. Т. Соловьёву^[30]. В журнале публиковались научные работы профессоров Императорского Казанского университета, в том числе И. М. Догеля, В. Ф. Залеского, А. В. Нечаева, Е. Ф. Будде, а также многочисленные статьи и библиографические обзоры востоковеда Н. Ф. Катанова^[31]. «Деятель» состоял в обмене с 134 (к 1901 году — 142) отечественными и иностранными периодическими изданиями, рассылавшимися, среди прочего, в Берлин, Лозанну, Нью-Йорк, Париж, Софию и Токио^[31]. Помимо журнала, общество издавало и распространяло по России большими тиражами дешёвые брошюры антиалкогольного и религиозно-нравственного содержания, а также популярные исторические издания, включая книгу К. Ф. Фукса «История Казани»^[32].

27 марта (8 апреля) 1896 общество открыло в Казани первую в России специализированную лечебницу для алкоголиков; главным врачом лечебницы с момента открытия состоял профессор Императорского Казанского университета Л. О. Даркшевич, автор первого в России учебника по нервным болезням^[33]. Открытие лечебницы, размещавшейся в доме, арендованном обществом на Владимирской улице, сопровождалось молебствием архиепископа Казанского и Свияжского Владимира (в миру — И. П. Петрова); на торжестве присутствовали Казанский губернатор П. А. Полторацкий, городской голова С. В. Дьяченко и ректор университета К. В. Ворошилов^[34]. Лечебница, первоначально рассчитанная на девять коек, принимала только мужчин и была устроена по типу лечебницы-приюта с домашней обстановкой; поступление больных было добровольным^[34]. 3 (16) декабря 1900 члены Комитета постановили не принимать в лечебницу платных больных и лечить всех желающих бесплатно, возлагая на них взамен труд по учреждениям общества^[35]. По отчёту о деятельности общества за 1912 год, из более чем 600 больных, прошедших через лечебницу, значительная часть излечилась, а некоторые вступили в члены общества^[28]. Национальный состав пациентов лечебницы был разнороден: помимо русских, в ней лечились татары, чуваши, мордва и черемисы^[28].

Правила образования отделов КОТ вне города Казани, утверждённые Общим собранием 6 (18) февраля 1893, предусматривали, что отдел, сохраняя структуру и устав головного общества, действует самостоятельно, но обязан представлять Казанскому комитету протоколы своих заседаний, ежемесячные сведения о денежных суммах и численности членов, а также согласовывать с ним открытие и закрытие своих учреждений^[16]. К 31 августа (12 сентября) 1896 обществом было выдано 946 членских билетов, а число отделов достигло двадцати одного — в Тетюшах, Лаишеве, Свияжске, Царёвококшайске, ряде сёл и деревень Казанского, Мамадышского, Свияжского и Спасского уездов, а также в Адмиралтейской слободе Казани^[36]. К началу 1901 года число отделов почти утроилось и достигло шестидесяти, а число выданных членских билетов составило 1512^[37]. Согласно отчёту о деятельности общества с 1 (14) января 1907 по 1 (14) января 1908, к тому времени Комитетом было выдано 2729 членских билетов, не считая членов отделов, которым билеты выдавались непосредственно председателями отделов^[37].

Правовой основой для распространения деятельности общества за пределы Казанской губернии послужило разъяснение Министерства внутренних дел, данное в 1906 году в ответ на запрос новгородского губернатора от 31 мая (13 июня) 1906: пункты 18 и 21 указа «О временных правилах об обществах и союзах» от 4 (17) марта 1906 были истолкованы как позволяющие обществам открывать отделения в других губерниях, и этим правом воспользовались наиболее крупные из подобных объединений — Казанское и Александро-Невское общества трезвости^[38].

В дальнейшем общество открыло отделы за пределами Казанской губернии — в Армянском Базаре Таврической губернии, Красноярске, селе Галиевке Волынской губернии, селе Сосновском Томской губернии и в других местах; наибольшим размахом деятельности отличались сибирские отделы, в частности Таурокский отдел Томской губернии, насчитывавший к 1912 году около тысячи членов и располагавший собственными читальней и книжной лавкой^[37]. Общество и его отделы регулярно оказывали помощь пострадавшим от пожаров и неурожаев; так, Старо-Шенталинский отдел общества в Спасском уезде с конца 1898 года по 20 июля (1 августа) 1899 на собственные средства содержал двадцать столовых на 1200 человек и два ясельных приюта^[39]. Точная суммарная численность членов общества и его отделов за весь период его существования не поддаётся установлению ввиду отсутствия сводной статистики: местные организации открывались и закрывались, а сведения об их составе, как правило, не суммировались^[27].

Социальный состав общества отличался пестротой: наряду с крестьянами и чернорабочими его членами являлись, в частности, княгиня Е. П. Крапоткина и графиня Н. Н. Каймо^[40]. Активное участие в деятельности общества принимали профессора Императорского Казанского университета И. М. Догель, Н. П. Загоскин, П. В. Знаменский, Л. О. Даркшевич и Н. Ф. Катанов^[40]. Почётным членом общества состоял протоиерей Кронштадтского Андреевского собора Иоанн (И. И. Сергиев), пожертвовавший на нужды общества 300 рублей; в разное время почётными членами КОТ являлись также архиепископ Волынский и Житомирский Антоний, архиепископы Казанские и Свияжские Владимир, Арсений и Иаков, министр финансов С. Ю. Витте, Казанские губернаторы П. А. Полторацкий, М. В. Стрижевский и П. М. Боярский, член Государственной думы третьего созыва, городской голова Самары М. Д. Челышев, ректор Императорского Казанского университета Г. Ф. Дормидонтов и ряд других общественных и церковных деятелей^[41].

Значительную роль в деятельности общества играло православное духовенство, часть которого возглавляла отделы КОТ на местах; среди связанных с обществом архиереев были впоследствии причисленные к лику новомучеников Российской Церкви епископ Андрей (в миру — князь А. А. Ухтомский) и архиепископ Иаков (в миру — И. А. Пятницкий)^[42]. В отдельных местностях деятельность отделов общества встречала сочувствие у старообрядцев, а в состав некоторых отделов, в том числе после 1905 года, входили и мусульманские духовные лица, порой занимавшие в них руководящие посты — например, Моркинский отдел общества в Царёвококшайском уезде, в котором состояли семнадцать православных и шесть мусульманских духовных лиц под председательством протоиерея К. В. Преображенского^[43]. Среди благотворителей общества были известные казанские купцы В. Ф. Булыгин, И. К. Крестовников и Я. Ф. Шамов, предприниматель А. С. Баташёв, пожертвовавший на содержание лечебницы для алкоголиков 800 рублей, и председатель Совета министров Российской империи П. А. Столыпин, чей взнос в 100 рублей, по оценке общества, имел для него «знаковый» характер^[44].

15 (28) декабря 1906 общество организовало в Казани бесплатный ночлежный приют, в котором, например, в течение одного лишь 1913 года призревалось 60 852 человека^[45]. 27 апреля (10 мая) 1907 при обществе, на Подлужной улице, был освящён Храм во имя Всемилостивого Спаса, ставший духовным центром казанских трезвенников и связанных с обществом организаций; храм возводился на протяжении почти шести лет на пожертвования, а его освящение совершил епископ Чистопольский Алексий^[45]. В 1907 году общество открыло в Казани лечебницу для больных волчанкой (туберкулёзом кожи) — единственную в своём роде в России; к 1908 году в ней содержалось 36 человек из девяти губерний, а созданный при лечебнице приют получил поддержку в размере 100 рублей от вдовствующей императрицы Марии Фёдоровны^[46].

Помещения общества использовались рядом организаций, связанных с Казанским отделом «Русского Собрания», в том числе Казанским обществом православных русских женщин и Обществом ремесленников строительных работ^[47]. 26 февраля (10 марта) 1912 на средства общества было учреждено «Казанское Общество во имя Всемилостивого Спаса призрения малолетних слабоумных и калек», открывшее приют для детей-инвалидов на Муратовской улице в Суконной слободе^[48]. В 1914 году вдова Казанского губернатора М. В. Стрижевского О. Н. Стрижевская предложила обществу принять на себя содержание приюта для больных трахомой с капиталом в десять тысяч рублей, однако осуществлению этого плана помешало начало Первой мировой войны^[49]. Общество также содержало приют для лиц, готовившихся к сдаче экзамена на учительское звание, ряд ремесленных мастерских и сад в Ягодной слободе Казани, использовавшийся для народных гуляний^[50].

Деятельность общества получила признание не только в России, где оно было удостоено малой серебряной медали Всероссийской гигиенической выставки в Санкт-Петербурге и почётного отзыва выставки Московского комитета грамотности 1909 года, но и за рубежом: на Всемирной промышленной выставке в Турине общество было удостоено высшей награды (grand prix), а его председатель А. Т. Соловьёв — большой серебряной медали^[51]. Идея создания в Казани «Дома трудолюбия» обсуждалась председателем общества ещё в 1895 году: согласно его докладу, опубликованному в журнале «Вестник трезвости», целью подобного учреждения должно было стать приучение к труду лиц, отказавшихся от употребления спиртных напитков, при этом проживавшие в нём получали возможность освоить начальную грамоту^[52]. С первых лет XX века общество вынашивало план создания в Казани «Дома трудолюбия», объединяющего функции биржи труда, работного дома и благотворительно-просветительного учреждения по образцу аналогичных заведений в Кронштадте и Самаре; несмотря на ряд практических шагов, включая начало работ по щипанию пакли и шитью кулей в помещениях приюта общества с 1912 года, проект в полном объёме реализован не был^[53]. Не был осуществлён и план открытия обществом собственной типографии, на приобретение которой Общее собрание КОТ 10 (23) февраля 1913 ассигновало не более пяти тысяч рублей^[54].

Общество и его председатель регулярно привлекались к участию в городских и губернских совещаниях по социальным вопросам: 21 июля (3 августа) 1910, во время эпидемии холеры в Казани, А. Т. Соловьёв участвовал в заседании санитарной комиссии Городской думы по вопросу организации дешёвых чайных и столовых, а 28 марта (10 апреля) 1914 — в Особом совещании по вопросу о борьбе с нетрезвостью под председательством Казанского губернатора П. М. Боярского^[55]. С началом Первой мировой войны в помещениях общества на Большой Проломной улице был устроен приют для неимущих семей призванных на фронт воинов^[56].

Согласно изданному в 1911 году сборнику «Материалы к истории Казанского Общества Трезвости и других обществ», ещё в 1904 году, «видя подготовку к беспорядкам», Комитет общества постановил учредить в Казани отдел «Русского Собрания», а в 1905 году увеличил число выпусков журнала «Деятель» и начал издавать газету «Русь Православная и Самодержавная»^[57]. 30 января (12 февраля) 1905 Общее собрание КОТ решило довести это постановление до сведения императора Николая II, незадолго до того сделавшего на отчёте Казанского губернатора о деятельности общества отметку «полезный пример»^[58]. Официальное открытие Казанского отдела «Русского Собрания» состоялось 6 (19) декабря 1905; его председателем Совета был избран бессменный руководитель КОТ А. Т. Соловьёв^[59][60].

Вовлечение руководства общества в политическую деятельность отразилось на положении рядовых отделов КОТ: по свидетельству отчёта общества за 1912 год, после 1905 года членам общества было объявлено, что они должны состоять либо в «Русском Собрании», либо в «Союзе Русского Народа», а отделы, не подчинившиеся этому постановлению, закрывались, причём их имущество передавалось «Попечительству о народной трезвости»^[61]. В частности, Чистопольский отдел общества, признанный, согласно донесению местного исправника от 28 сентября (11 октября) 1907, состоящим из лиц «крайне левого направления», был закрыт постановлением Комитета КОТ от 15 (28) октября 1907, а в 1908 году прекратил существование окончательно, передав своё имущество городу Чистополю^[62]. Несмотря на отдельные случаи сопротивления политическому курсу руководства на уровне рядовых членов, Казанскому комитету КОТ в целом удалось сохранить влияние на большинство местных отделов; по данным доклада А. Т. Соловьёва Всероссийскому съезду по борьбе с пьянством 1912 года, общество к тому времени имело свыше пятидесяти отделов в Казанской, Волынской и Таврической губерниях, а также в Сибири, значительная часть которых возглавлялась приходскими священниками^[63]. В результате Казанское общество трезвости и Казанский отдел «Русского Собрания» настолько тесно переплелись в своей деятельности, что образовали, по определению исследователя, «своего рода гибрид политической черносотенной организации и религиозно-просветительного общества»^[63].

Председателем Комитета Казанского общества трезвости с момента его основания и на протяжении четверти века оставался А. Т. Соловьёв — коллежский асессор, педагог, общественный деятель и коллекционер, один из лидеров правомонархического движения в Казани и Казанской губернии^[64]. Родившийся в семье обер-офицера, он окончил Тетюшское уездное училище в 1870 году и, выдержав испытание на звание учителя в Нижегородской гимназии, в марте 1874 года был определён учителем Балахнинского Покровского приходского училища^[64]. С октября 1874 по сентябрь 1875 года он был учителем Билярского сельского начального училища, после чего был перемещён на учительскую должность в Казанское 2-е Михайловское начальное училище, а в августе 1876 года — в Казанское 7-е городское начальное училище, получив в том же году благодарность министра народного просвещения за практическое руководство учителями на временных педагогических курсах^[64].

Дальнейшая карьера А. Т. Соловьёва оказалась связана с Императорским Казанским университетом: в мае 1880 года он был допущен к исполнению должности университетского экзекутора, в 1882 году — назначен исполняющим должность казначея и временно исполняющим обязанности ктитора университетской Крестовоздвиженской церкви, а в апреле 1884 года — временно исполняющим обязанности начальника типографии университета^[64]. 20 декабря 1884 (1 января 1885) архиепископ Казанский и Свияжский Палладий утвердил его в должности ктитора университетской церкви, а в марте 1885 года А. Т. Соловьёв стал казначеем университета, надолго возглавив также университетскую типографию^[4]. Под его руководством типография была удостоена золотой медали на выставке в Екатеринбурге в 1889 году и высшей степени отличия — почётного отзыва — на выставке в Казани в 1890 году^[60]. К маю 1911 года А. Т. Соловьёв был награждён шестью орденами (Святого Владимира 4-й степени, Святой Анны 2-й и 3-й степени, Святого Станислава 2-й и 3-й степени), серебряной медалью на Александровской ленте в память императора Александра II и знаком Красного Креста, дослужившись до чина коллежского асессора^[60]. 20 декабря 1906 (2 января 1907), защищая казённые деньги во время вооружённого нападения на университет, он был ранен, что впоследствии привело к утрате им профессиональной трудоспособности и увольнению со службы в отставку в апреле 1911 года^[60][65].

Помимо руководства обществом, А. Т. Соловьёв в конце 1904 — начале 1905 года стал инициатором и главным организатором Казанского отдела «Русского Собрания» (КОРС), которым бессменно руководил в качестве председателя Совета с момента его официального открытия 6 (19) декабря 1905 до прекращения деятельности отдела в феврале-марте 1917 года^[60][59]. Он также организовал ряд отделов «Союза Русского Народа» в Казани и Казанской губернии, а в декабре 1906 года вместе с профессором В. Ф. Залеским и А. И. Кукарниковым вошёл в Областную управу Объединённого Русского Народа, ведению которой подлежали губернии Волжско-Камского края^[60]. В период раскола в местном черносотенном движении А. Т. Соловьёв возглавил «Объединённые монархические общества и союзы при Казанском отделе Русского Собрания» и являлся участником общероссийских монархических съездов: 3-го Всероссийского съезда Русских Людей в Киеве (1—7 октября 1906 года) и 4-го Всероссийского съезда Русских Людей в Москве (26 апреля — 1 мая 1907 года)^[60]. Во время раскола в монархическом движении он поддержал А. И. Дубровина и принял участие в 5-м Всероссийском съезде Союза Русского Народа в Москве (21 ноября — 1 декабря 1911 года), на котором был избран товарищем председателя съезда, а по его итогам — кандидатом в члены Главного Совета Всероссийского Дубровинского Союза Русского Народа; он также участвовал в Совещании монархистов в Петрограде 21—23 ноября 1915 года^[66].

Вплоть до 1917 года А. Т. Соловьёв пользовался высоким доверием местных властей, обладая правом делать личные доклады Казанскому губернатору и проводить заседания руководимых им обществ без обязательного разрешения полиции^[67]. Он принимал участие в деятельности органов местного самоуправления и в выборах депутатов Государственной думы различных созывов, состоял членом ряда городских и губернских совещаний и комиссий, а во время Первой мировой войны являлся одним из наиболее активных организаторов помощи раненым воинам и беженцам^[67].

В состав Комитета общества в разное время входили член Судебной палаты Н. Н. Галкин-Врасской, профессора Императорского Казанского университета Л. О. Даркшевич и Н. Ф. Катанов, будущий епископ Чистопольский Анастасий, архимандрит Гурий, игумен Казанского Спасо-Преображенского монастыря Иоасаф, священники П. А. Рождественский, Е. Ф. Сосунцов и Н. М. Троицкий, казанский полицмейстер П. Б. Панфилов, врач М. А. Кулаев, а также Ф. С. Гребеньщиков, Л. И. Лосева и другие^[9].