Звезда и смерть Хоакина Мурьеты (рок-опера)

Драматическая кантата Пабло Неруды «Сияние и смерть Хоакина Мурьеты», посвящённая чилийскому разбойнику Хоакину Мурьете, убитому в Калифорнии в 1853 году, чей образ стал народным мифом, была опубликована в 1967 году^[4].

Кантата была переведена Павлом Грушко и в 1968 году опубликована в журнале «Иностранная литература», а в 1971 году — в издательстве «Искусство»^[5]. Грушко адаптировал текст для сценического действия, введя новых персонажей — возлюбленную героя Тересу и персонифицированную Смерть. В оригинальной кантате хоры лишь рассказывали о Мурьете, тогда как для драматического театра требовались живые герои на сцене^[6]. Сюжет, посвящённый чилийскому революционеру-разбойнику, приобрёл дополнительную политическую актуальность после военного переворота в Чили 1973 года и смерти Неруды вскоре после него^[7][8].

В середине 1970-х годов в СССР возник интерес к жанру рок-оперы. В 1971 году на Бродвее состоялась премьера «Иисуса Христа — суперзвезды» Эндрю Ллойд Уэббера, а в 1975 году в СССР была поставлена рок-опера «Орфей и Эвридика» Александра Журбина. Художественный руководитель Ленкома Марк Захаров решил создать собственный спектакль в этом жанре. По рекомендации поэта Юрия Энтина к написанию музыки был приглашён преподаватель Московской консерватории Алексей Рыбников. В 1975 году Захаров заявил, что они с Рыбниковым «поставили перед собой скромную задачу: либо умереть, либо сочинить для драматического театра оперу»^[10].

Композитор определил жанр произведения как «симфо-рок» — сочетание симфонической формы и рок-ритмов. Грушко, адаптируя кантату Неруды, превратил хоровое повествование в драматическое действие с конкретными персонажами и сценами конфликта. Захаров, в свою очередь, внёс в постановку визуальные решения, использовавшие полотнище как парусный корабль и проекцию гравюр Хосе Гваделупе Посады^[7][11][10].

Постановка столкнулась с серьёзными бюрократическими препятствиями. По воспоминаниям Рыбникова, спектакль 11 раз запрещали к показу. По мнению чиновников, постановка не соответствовала представлениям о «комсомольском» спектакле. Для получения разрешения авторы подчёркивали политическую актуальность: постановка посвящена революции в Чили и памяти Неруды. Предлагались компромиссные варианты — повесить портрет Неруды, прочитать политические стихи, — однако режиссёр и композитор отстаивали художественную целостность.

Премьера состоялась в мае 1976 года. Главные роли исполнили Александр Абдулов (Хоакин Мурьета), Любовь Матюшина (Тереса) и Николай Караченцов, который сыграл две роли — Смерть и Главу Рейнджеров. Спектакль получил «оглушительный успех» и стал «самым популярным» в Ленкоме, где за 17 сезонов был сыгран 1050 раз, не считая гастролей и стадионных выступлений^[2][12][13].

Через год после театральной премьеры Рыбников записал и смонтировал диск, пригласив Геннадия Трофимова и Жанну Рождественскую для исполнения главных партий. Композитор рассказывал: «„Хоакин“ был изначально театральным спектаклем, и только когда он уже год шёл на сцене, возникла идея сделать двойной альбом. Начали записывать с актёрами „Ленкома“ — ничего не получилось: на записи их голоса не звучали, без сцены это не работало, нужны были актёры и певцы, чьи голоса создавали бы образы без визуального ряда. И они нашлись: Жанна Рождественская, Геннадий Трофимов, Феликс Иванов — в общем, работа над диском началась только через год после спектакля»^[14].

Действие разворачивается во время золотой лихорадки в Калифорнии. Чилийский юноша Хоакин Мурьета приезжает в США в поисках счастья вместе с друзьями и Тересой, в которую влюбился на корабле. В Америке Хоакин устраивается на золотой прииск, а Тереса, которая ждёт ребёнка, остаётся дома. Местные поселенцы враждебно относятся к иммигрантам. Они врываются в дом и убивают девушку. После убийства Тересы бандитами Мурьета становится мстителем и разбойником, борющимся за справедливость.

В финале герой погибает от рук преследователей, а его отрубленная голова выставляется для всеобщего обозрения. История завершается сценой в ярмарочном балагане, где в клетке выставлена голова Хоакина. Мужчины решают выкрасть её и похоронить на могиле Тересы.

В рок-опере присутствует персонифицированная Смерть, ведущая диалоги с героем и предрекающая его рок. Сюжетная линия включает массовые сцены с хором, отражающие конфликт чилийских переселенцев и американских старателей^[3][7][12].

Музыка Рыбникова сочетает рок-инструментовку с элементами симфонической драматургии, которые определяют жанр как «симфо-рок». Композитор использовал чилийский и американский фольклор, включая контраст между лирическими флейтовыми темами и банджо, фортепиано, ударными в стиле кантри. Светлая инструментовка с акустической гитарой и флейтой характерна для чилийских сцен, тогда как американские эпизоды сопровождаются квартетом медных духовых инструментов, выходящим на авансцену.

Каждый персонаж имеет собственную музыкальную характеристику^[15]. Вокальные партии требовали исключительного диапазона: Жанна Рождественская обладала голосом в четыре октавы, а Геннадий Трофимов исполнял арии басом-профундо, лирическим баритоном и драматическим тенором^[16]. Критики отмечали, что олицетворение Зла имеет выраженную музыкальную характеристику, однако в вокальной партии оно развито преимущественно речитативно. В рецензии газеты «Ленинская смена» отмечалось:

Для композитора предстало очень широкое поле деятельности: чилийский и американский фольклор, темы любви к родине, к любимому человеку, лейтмотив Мечты и Смерти. Олицетворение Зла имеет свою музыкальную характеристику, но, к сожалению, эта тема, основанная на острых, интересных ритмах в аккомпанементе, в вокальной партии развивается незначительно, преимущественно речитативно. Светлая, прозрачная инструментовка, звучание флейты и акустической гитары, характерное для показа чилийской музыки, резко противопоставляется в спектакле шумному американскому стилю кантри. Здесь в первую очередь — банджо, фортепьяно, ударные с бубном, выходящий на авансцену солирующий квартет медных.

"Звезда и смерть Хоакина Мурьеты" стала последней постановкой, в которой принимал участие вокально-инструментальный ансамбль «Аракс». Музыка в спектакле звучала как в живом исполнении, так и в записи^[10].

Исследователи характеризуют рок-оперу как пример «третьего направления» в советской музыке — синтеза академической и популярной музыки, поддержанного Союзом композиторов.

Музыкальная драматургия построена на контрасте между любовной лирикой и трагическим фатумом, где рок-ритмы соседствуют с хоровыми массивами и симфоническими интерлюдиями. Сценографическое решение Захарова, использовавшего полотнище как парус и экран для проекции, создавало визуальную метафору «корабля истории», пересекающего океан от чилийских берегов к калифорнийским золотым приискам^[8][13][11].

Реакция критики и публики на премьеру 1976 года была неоднозначной. Часть официальных рецензентов восприняла спектакль как «комсомольскую постановку о революционном прошлом Чили», тогда как зрители отмечали новизну жанра и энергетику рок-музыки в театре.

Критические упрёки были адресованы и использованию музыки в драматическом спектакле. Рецензент «Московского комсомольца» В. Калиш писал: «Функция вокально-инструментального ансамбля становиться самодовлеющей. Он заставляет актёров существовать в условиях механической точности, отбирая у них возможность сотворить музыку на сцене и жить ею»^[10].

В то же время обозреватель «Театральной жизни» Т. Хазина отмечала: «Музыкальная структура "Звезды… " представляла собой полистилистику, в которой «приёмы рок-музыки и насыщенное звучание симфонического оркестра, джазовые ритмы и фольклор сами по себе служат драматическими приёмами. Аскетизм в оформлении, строгость и лаконизм режиссёрского рисунка — все подчинено одной цели: максимальному тождеству музыкального решения и постановочных принципов»^[10].

В 1978 году двойной альбом «Звезда и смерть Хоакина Мурьеты» занял первое место в отечественных чартах, обойдя все зарубежные записи, с тиражом 2,5 миллиона экземпляров.

В 1979 году Рыбников был признан самым популярным композитором года. Рок-опера заняла особое место в истории советской сцены как одно из первых произведений, легитимизировавших рок-музыку в академическом театре. По оценкам исследователей, спектакль стал важным шагом в развитии жанра рок-оперы в СССР, предвосхитив появление «Юноны и Авось» Алексея Рыбникова и «Игрока» Александра Журбина. Постановка получила национальные театральные премии и British Musical Award.

В 2026 году, к 50-летию премьеры, издание «Вокруг ТВ» отмечало, что спектакль «покорил Ленком» и остаётся «символом эпохи»^[2][13][11].

В 1982 году режиссёр Владимир Грамматиков снял полнометражный фильм «Звезда и смерть Хоакина Мурьеты» с Андреем Харитоновым в роли Хоакина, Алёной Беляк (Тереса) и Александром Филиппенко. Вокальные партии Хоакина Мурьеты и Смерти в фильме исполнил Геннадий Трофимов^[15]. В ролях бандитов в фильме снимались рок-музыкант, клавишник группы «Интеграл» Игорь Сандлер, а также певец и композитор Юрий Лоза^[16].

Это был первый случай, когда российский мюзикл получил воплощение в трёх формах: студийный альбом (1978), театральная постановка (1976) и кинофильм (1982).

Алексей Рыбников не был удовлетворён результатом экранизации и отказался указывать своё имя в титрах. Фильм сохраняет музыкальные номера, но переносит действие в кинематографическую реальность, отличную от театральной условности^[12][8][11].