Защита Чубакки

Название «защита Чубакки» происходит из эпизода «Chef Aid» американского анимационного сериала South Park. Эпизод, премьера которого состоялась 7 октября 1998 года, является сатирой на Суд по делу об убийстве О. Дж. Симпсона, в частности на заключительное слово адвоката Джонни Кокрана. В эпизоде вымышленная версия Кокрана строит свою речь на ложной посылке о фильме 1983 года Возвращение джедая. Он спрашивает присяжных, почему вукки вроде Чубакки должен жить на Эндоре с гораздо меньшими эвоками, если «в этом нет смысла». Он утверждает, что если Чубакка живёт на Эндоре — это не имеет смысла, и даже само упоминание Чубакки в деле не имеет смысла — значит, присяжные должны оправдать обвиняемого. В эпизоде персонаж Шеф обращается к руководителю «крупной звукозаписывающей компании», чтобы его имя было указано как автора вымышленного хита Аланис Мориссетт «Stinky Britches». Претензии Шефа подтверждаются 20‑летней записью его исполнения этой песни. Компания отказывается и нанимает Джонни Кокрана, который подаёт на Шефа в суд за домогательство. В суде Кокран прибегает к своей «знаменитой» защите Чубакки, которую, по словам адвоката Шефа Джеральда Брофловски, он «использовал во время процесса Симпсона». Хотя Брофловски использует логику, рассуждения и тот факт, что Шеф правильно зарегистрировал авторские права на свою работу, Кокран парирует следующим образом:

Это высказывание является пародией на заключительные аргументы Кокрана в деле об убийстве О. Дж. Симпсона, где он сказал присяжным: «Если не подходит, вы должны оправдать», имея в виду судебную демонстрацию, в ходе которой Симпсон, казалось, не смог натянуть пару окровавленных кожаных перчаток, найденных на месте преступления, поверх медицинских перчаток, которые он носил^[4].

В меморандуме Кокрану от 28 июня 1995 года Джеральд Уэлмен придумал (и Кокран позже повторил) фразу, которую он использовал в заключительных аргументах: «Если не подходит, вы должны оправдать». В своём меморандуме Уэлмен отметил, что эта фраза относится не только к перчаткам, но и к доказательствам, представленным обвинением:^[5]

В эпизоде защита Кокрана оказывается успешной. Присяжные признают Шефа виновным в «домогательстве к крупному звукозаписывающему лейблу», после чего судья назначает ему наказание — либо штраф в 2 миллиона долларов, который должен быть выплачен в течение 24 часов, либо, в противном случае, четыре года тюрьмы (изначально судья приговаривает его к восьми миллионам лет, прежде чем судебный пристав его поправляет). В итоге организуется благотворительный концерт «Chef Aid», чтобы собрать деньги для Шефа на найм Кокрана для его собственного иска против звукозаписывающей компании. На концерте Кокран меняет своё решение и предлагает представлять интересы Шефа pro bono. Он снова успешно использует защиту Чубакки, на этот раз чтобы победить компанию и заставить её признать авторство Шефа на песню. Во второй раз, используя защиту Чубакки, он завершает выступление, доставая куклу обезьяны и выкрикивая: «Вот, посмотрите на обезьяну. Посмотрите на смешную обезьяну!».

В некрологе Associated Press о Кокране упоминалась пародия на защиту Чубакки как один из способов, которыми адвокат вошёл в поп-культуру^[6]. Криминолог Томас О’Коннор отмечает, что когда ДНК-экспертиза показывает «совпадение» (то есть не оправдывает клиента по исключению из предоставленной ДНК-выборки), «единственное, что можно сделать — это атаковать лабораторию за (отсутствие) контроля качества и тестирования квалификации, или использовать „защиту Чубакки“… и попытаться ослепить присяжных сложностью и запутанностью доказательств или вероятностных оценок другой стороны»^[7]. Судебный эксперт Эрин Киннелли утверждает, что оспаривание цифровых доказательств в суде часто строится на защите Чубакки, когда представляются многочисленные альтернативные объяснения полученных с компьютеров и интернет-провайдеров данных, чтобы запутать присяжных и вызвать разумное сомнение. Киннелли также предлагает методы, которые можно использовать для опровержения защиты Чубакки^[8][9]. Киннелли и её коллега Анджали Свинтон представляли эту тему в судебной системе штата Флорида и на ежегодном собрании Американской академии судебных наук в 2005 году^[10].

Термин получил распространение и в политических комментариях. Эллис Вайнер написал в The Huffington Post в январе 2007 года, что правый комментатор Динеш Д’Соуза использует защиту Чубакки в критике тогдашнего нового спикера Палаты представителей Нэнси Пелоси, определяя это как ситуацию, когда «кто-то утверждает свою позицию, говоря нечто настолько абсурдное, что у слушателя полностью отключается мозг»^[11]. В книге Джея Хайнрихса Thank You for Arguing говорится, что термин «защита Чубакки» «проникает в лексикон» как ещё одно название для логической ошибки ложного следа^[12]. Термин был использован Полом Кругманом, который написал в The New York Times, что Джон Тейлор использует защиту Чубакки как, по-видимому, последний способ защитить свою жёсткую позицию по денежно-кредитной политике после многих лет публичных заявлений о том, что «количественное смягчение приведёт к значительному ускорению инфляции»^[13].

Юрист Джош Гиллиланд отмечает в своём блоге: «Судья, вероятно, сказал бы: „У меня плохое предчувствие“ и, возможно, объявил бы процесс недействительным, если бы такой аргумент был приведён в суде». Гиллиланд продолжает: «Сторона, успешно использующая защиту Чубакки для запутывания присяжных с целью аннулирования приговора в гражданском процессе, рискует тем, что проигравшая сторона выиграет по решению вопреки вердикту присяжных (JNOV). В случае Шефа нарушение авторских прав должно было дать ему право на решение по закону»^[14]. Юрист Девин Стоун перечислил всё, что, по его словам, никогда не случилось бы в реальном деле, и поставил эпизоду оценку «C-» за юридическую достоверность^[15].