Боздаглар
Боздаглар[1] — горный хребет в Малой Азии, в турецких илах Айдын, Маниса и Измир. Тянется от полуострова Чешме на восток, параллельно хребту Айдын (Месогида), с которым соединяется на востоке. Отделяет водораздел между бассейнами рек Гедиз (Герм) на севере и Малый Мендерес (Каистр) на юге. На склонах хребта берёт исток река Пактол (Сарт), левый приток Гедиза[4]. Высочайшая вершина — гора Боздаг (Bozdağ — «Серая гора»[5]) высотой 2156 м над уровнем моря[3][6], которая является 3-й по высоте в Эгейском регионе, уступая горам Хоназ (2571 м[7]) и Мурат (2312 м)[1]. У вершины, к северу от города Одемиш и южнее Салихли находится деревня Боздаг[1][2][8].
Общие сведения
Озеро Гёльджюк
История
В древности гора Боздаг была известна как Тмол[9][6] (др.-греч. Τμῶλος, лат. Tmolus). Упоминается Гомером[10]. Гора Тмол — самая высокая в Лидии. Тмол расположен южнее древнего города Сарды, столицы Лидийского государства[11]. В древности Тмол был известен богатыми запасами золота, которое вымывалось Пактолом[4][6].
Известен был Тмол и своими богатыми виноградниками[4][6]. Нонн Панополитанский называет отпрыском Тмола Ампела, возлюбленного Диониса[12]. Ампел дал своё имя виноградной лозе (греч. άμπελος)[13][14][15].
У Овидия бог горы Тмол выступает в качестве третейского судьи в музыкальном состязании Пана с Аполлоном[16][9][4][6].
На Тмоле лежал город того же имени, разрушенный сильным землетрясением в 17 году при римском императоре Тиберия[11][4] и затем восстановленный. Местонахождение его точно не установлено[6].
Горы Ниф и Маниса. Рельеф в Карабеле
Хребет тянется от города Буджа на западе. У города Кемальпаша (Ниф) расположена вершина Ниф (1505 м). Западнее горы Ниф расположен проход Карабель, ведущий в Торбалы[1]. Проход Карабель известен наскальным хеттским рельефом, упоминаемым Геродотом[17][18]. Из лувийской иероглифической надписи вычитывается имя царя Таркаснавы[19].
К северу от горы Ниф находится гора Маниса (Сипил). Проход между Нифом и Манисой ведёт к городу Измир (Смирна)[1].
Месторождение золота
Природными достопримечательностями, как другие страны, Лидия совсем не обладает, кроме, быть может, золотого песка, приносимого течением реки Тмола.
По легенде бог Дионис наделил царя Фригии Мидаса (VIII век до н. э.) способностью обращать в золото всё, к чему бы он ни прикасался; так как в золото превращалась даже пища, Мидас был вынужден освободиться от этого дара, выкупавшись, по приказу Диониса, в реке Пактол, ставшей после этого золотоносной[21][22].
В архаический период греки привозили золото из Лидии[23]. Бо́льшую часть золота из Лидии получали и персы[24]. В Сардах лидийцы начали чеканить первые статеры из электрума — природного сплава золота и серебра не позднее VII века до н. э.[11][25][26]. По Геродоту[27]:
Первыми из людей они, насколько мы знаем, стали чеканить и ввели в употребление золотую и серебряную монету и первые занялись мелочной торговлей.
Как отмечает В. И. Вернадский[28]:
Приблизительно за семь столетий до нашей эры электрум был найден в довольно значительном количестве в речном песке и аллювии некоторых рек Малой Азии — Тмола, Сипила, Пактола. В Пактоле находили значительные самородки этого металла. Эти месторождения дали начало монете из электрума в Лидийском государстве.
Раиса Викторовна Шмидт (1891—1944) уточняет[29]:
В Лидии золото добывалось как из золотоносных жил гор Тмола и Сипила, так и из золотоносных песчаных россыпей рек Пактола и Герма.
Начало чеканки золотых статеров в первой половине VI века до н. э. связывают с лидийским царём Крёзом[26][30]. По Геродоту[31]:
Крёз вновь отправил посольство в Пифо с дарами всему дельфийскому народу, узнав его численность: каждый дельфиец получил по 2 золотых статера.
В 546 году до н. э. Лидийское царство покорили персы. Дарий I ввёл обращение золотого дарика[32][33][34], первой золотой монеты поступившей в широкое обращение[25]. Как сообщает Геродот[35]:
Дарий велел переплавлять для чеканки монет насколько возможно самое чистое золото.
Лидийские месторождения электрума на горах Тмоле и Сипиле и по рекам Пактолу и Герму эксплуатировались интенсивно и к началу нашей эры были полностью исчерпаны[36]. Страбон называет россыпи на горе Тмоле скудными и истощёнными[37].
Примечания
 |
|---|
