Беллини, Джованни

Точная дата рождения Джованни Беллини неизвестна. Его отец Якопо (около 1400—1470 годов) был бывшим учеником Джентиле да Фабриано, одного из великих мастеров венецианской придворной готической живописи, чья мастерская была популярна в городе и чьи многочисленные работы выполнялись по заказам. Джованни родился третьим ребёнком, его сестра — Николозия, которая впоследствии вышла замуж за Андреа Мантеньи, и брат Джентиле, который также стал художником. В отношении матери Джованни существует неопределенность её имя редко упоминается в семейных документах Беллини^[9].

«Когда мальчики подросли, Якопо сам обучил их основам искусства. Вскоре они оба превзошли своего отца. Якопо был очень рад этому, постоянно поощряя их рисовать, как тосканцы, соревноваться, кто лучше другого. Вскоре мальчики стали очень искусными в живописи, сначала Джованни превзошел отца, а затем Джентиле превзошел их обоих». Как и его брат Джованни, он был крещен в мастерской отца^[10].

Джованни Беллини также был поэтом и написал несколько сонетов. В 1453 году в семье Беллини появляется ещё один художник — сестра Джованни и Джентиле Николозия вышла замуж за Андреа Мантеньия, который впоследствии оказывает большое влияние на Джованни. В 1459 году Джованни Беллини уже имел собственную мастерскую в церкви Сан-Лио близ площади Сан-Марко, работая с братом в тесном контакте. В это время он пишет ряд портретов для частных заказчиков. Этот жанр, в котором он достиг большого мастерства, сыграл важную роль в развитии венецианского портрета в следующем столетии^[10].

В 1475—1500 годы живописец в своем творчестве заменил темперу на масляную живопись. Первый серьёзный заказ он получил в 1464 году, написав полиптих для церкви Санти-Джованни-э-Паоло. Около 1470 года Якопо Беллини умер, завещав сыновьям два своих знаменитых этюдника. Вскоре популярность Джованни вышла за пределы Венеции. Султан Мехмед II был под большим впечатлением от работ венецианского живописца. Его брат Джентиле отправляется в Турцию. Венецианский сенат хотел, чтобы Джованни заменил Джентиле в оформлении большой палаты совета Дворца дожей. Годовое вознаграждение Джованни составляло восемнадцать дукатов. Ему была предоставлена своего рода «сенсерия» — привилегия, обеспечивавшая ему немалый постоянный доход^[10].

Он много путешествовал. Из этих поездок возвращался с богатым опытом наблюдения за природой, которая занимала все более важное место в его живописи. В 1483 году Беллини был назначен придворным живописцем Венецианской республики, освобожденным от уплаты налогов в гильдию живописцев. К этому времени в знаменитой мастерской Беллини уже работали молодые художники — Тициан и Джорджоне, которые помогали Беллини в некоторых его работах. В присутствии этих молодых коллег старый мастер проявляет исключительную жизненную энергию и постоянное стремление к самообновлению. Беллини умер в родной Венеции 29 ноября 1516 года. Он был похоронен на кладбище монастыря рядом с церковью Санти-Джованни-э-Паоло^[11].

Искусство Беллини во многом обязано его многочисленным и обширным связям с другими художниками. В 1475 году в Венецию из Сицилии прибыл Антонелло да Мессина, оказавший большое влияние на живописный стиль Беллини. Этот сицилийский художник долгое время изучал фламандских мастеров и в совершенстве владел их излюбленной техникой — масляной живописью. Альбрехт Дюрер путешествовал в Венецию в 1506 году и отзывался о своем венецианском коллеге с большим энтузиазмом и почтением. Беллини перенимал опыт других, чтобы постоянно совершенствоваться в своем мастерстве и идти в ногу с современными веяниями худлжественного искусства Европы. Он поддерживал тесные контакты с художниками Падуи. Большое влияние на его творчество оказывали и современные мыслители. Среди его знакомых был итальянский кардинал Пьетро Бембо (1470—1547), через которого он познакомился с Изабеллой д’Эсте. На творчество Беллини оказали влияние и философские размышления мыслителя-гуманиста Лоренцо Валло (1407—1457)^[12].

Джованни Беллини открывает новые ренессансные горизонты венецианской живописи. Его творчество оставило след не только в жизни его непосредственных учеников, но и многих других живописцев, пошедших по его стопам. Среди наиболее талантливых представителей нового поколения были такие художники, как Виварини, Джорджоне и Тициан. Наиболее достойным его наследником является Тициан, который после смерти Беллини стал официальным художником Венецианской республики. Влияние Беллини выходит за пределы XVI века. Уверенность его руки видна на некоторых полотнах Делакруа, он вдохновлял импрессионистов, а Дега под влиянием «Священной аллегория» сделал с неё копию^[13].

Со времен Наполеона на стене Пинакотека Брера в Милане висит самая знаменитая картина Беллини «Пьета». Фигуры заполняют почти всю поверхность картины, оставляя лишь несколько небольших участков пространства, которые художник заполняет пейзажем. Нежные облака приобретают вытянутую форму, параллельную линии гроба на переднем плане картины, привлекая внимание зрителя к главной фигуре. Христос изображен вертикально, как бы живым. Его держат на руках Дева Мария и святой Иоанн, которые ведут молчаливый, полный страдания диалог. В написании этих необычайно выразительных рук проявляется совершенство таланта Беллини, возможно, вдохновленного скульптурами Донателло. Очевидно также влияние Мантеньи^[14][15][16].

Картина датируется примерно 1470 годом и написана по заказу Карло Малатеста, главнокомандующего венецианскими войсками. Картина была найдена в ризнице церкви Сан-Франческо в Римини. Ангелы здесь изображены в виде юношей. Они окружают мертвого Христа, но только один из них держит его тело. Остальные стоят в разных позах, погрузившись в раздумья. Беллини представляет здесь сложную трактовку смерти Христа как продолжение «Пьеты». Однако картина в Римини выражает скорее спокойствие и умиротворение, чем страстное волнение. Другое отличие заключается в том, что ноги Христа исчезают с первой плоскости картины, перенося его гробницу в пространство, где находится зритель. Картина хранится в Пинакотеке Римини^[17][16].

Наиболее значительной работой Беллини середины семидесятых годов является картина «Коронация Марии», предназначенная для алтаря церкви Сан-Франциско в Пезаро. Заказ поступил от Алессандро Сфорца, эрцгерцога Пезаро. Особая роль алтаря в Пезаро объясняется двумя причинами. Здесь живописец достигает уровня зрелости, которого не было в его ранних картинах, и это первый алтарь, написанный маслом в таком большом масштабе. В 1475 году эта техника ещё не была широко распространена в Венеции, и именно Беллини придает ей должный статус. Сцена коронации Марии окружена восемью меньшими боковыми сценами, изображающими жизнь святого, а ниже её завершают семь сцен, изображающих жизнь других святых. На одной из семи небольших картин изображены стигматы святого Франциска. Полотно хранится в Муниципальном музее Пезаро^[18][16].

Картина «Преображение Христа», хранящаяся в музее Неаполя, привезена из Виченцы, с алтаря в капелле собора Фьоккардо. Беллини написал несколько картин с изображением меняющего цвет Господа, но до наших дней дошли только три. Художник обращается к византийскому искусству, которое оказало большое влияние на его отца и где сцена смены цвета была очень распространена. В этой картине наблюдается часто используемые Беллини живописные решения, например, цвет одежды трех апостолов соответствует цветам пейзажа, а одежда пророков имеет более яркую окраску, становясь, таким образом, элементами, соединяющими небо и землю. А вот белизна одежд Спасителя необычайно сильна: тщательно проработанные заломы и складки ткани ослепительно передают фон, совпадающий с белизной облаков агнца^[19][16].

Картина «Священная аллегория», которую раньше приписывали Джорджоне, теперь однозначно считается работой Беллини. Вероятно, эта картина была куплена Изабеллой д’Эсте около 1500 года. Она поручила Беллини написать определённый сюжет для своих мантуанских апартаментов, но художник отказался принять заказ. Однако он предлагает «Аллегорию», на которую Изабелла д’Эсте соглашается. Возможно, именно благодаря этой картине Беллини стал одним из величайших мастеров живописи. Художник отказался от классических религиозных сцен, которые до этого доминировали в его выборе сюжетов, и создал картины полностью аллегорические, сложные и личные. Его полотно напоминает картины Джорджоне, с их вызывающим, басенным, двусмысленным смыслом, Полотно написано маслом на дереве, хранится в, Галерея Уффици во Флоренции^[20][21][16].