Алла Назимова

Будущая актриса родилась 21 мая (2 июня) 1879 года в Ялте, была третьим ребёнком в еврейской семье — провизора Якова Абрамовича Левентона (1845 — не позднее 1902) и его жены Сары Лейвиевны (Софии Львовны) Горовиц (1856—?), перебравшихся в Ялту с двумя детьми (Анной и Владимиром) из Кишинёва в 1875 году^[6][7][8]. В 1876 году Я. А. Левентон был причислен к купцам второй гильдии; семья жила в специально выстроенном «доме провизора Я. А. Левентона» по Набережной № 191. В 1887 году родители развелись и Марем-Идес осталась жить с отцом, который в том же году женился вторично (в новом браке отца родились ещё три дочери — Эва (1888), Гитель и Геллен, и сын Александр). В 1890—1893 годах Аделаида Левентон училась в Ялтинской женской прогимназии по улице Почтовой (в гимназических документах она фигурирует уже под именем Аделаида Левентон).

По окончании прогимназии в 1893 году переехала к семье матери в Одессу, где поступила в гимназию и одновременно в музыкальные классы Одесского отделения Императорского Русского музыкального общества по классу скрипки К. А. Гаврилова. В Одессе в ней впервые пробудился интерес к сцене — дочери владелицы пансиона, где она поселилась, выступали в местном театре и часто репетировали у неё на глазах. Её брат, к тому времени из-за болезни отца назначенный опекуном сестры, воспротивился её желанию стать актрисой, но в 1896 году уступил, и семнадцатилетняя Аделаида уехала в Москву, где под псевдонимом Алла Назимова стала брать уроки у К. С. Станиславского в школе актёрского мастерства при Московском Художественном театре.

Бросив школу, она начала играть в провинциальном театре. В 1899 году вышла замуж за актёра Сергея Головина. Их брак оказался неудачным, они вскоре стали жить порознь, хотя неизвестно, развелись ли они когда-нибудь официально. Затем вернулась в МХТ, но уже через год, разочаровавшись в манере преподавания Станиславского, навсегда покинула школу и месяцем позже подписала контракт с Кисловодским театром.

В Костроме, куда она приехала со спектаклем, Назимова познакомилась с легендарным актёром тех лет Павлом Орленевым, близким товарищем Чехова^[9] и Горького. Между актёрами вспыхнул бурный роман. В 1904 году в составе театральной труппы они отправились на гастроли в Европу, где с блеском играли на сценах Лондона и Берлина. Публика с восторгом приняла Назимову, и вскоре она стала одной из ведущих театральных прим того времени.

В феврале 1905 года Назимова и Орленев уехали в Америку^[10] и провели на гастролях полтора года, представив публике классические постановки «Царь Федор Иоаннович» по пьесе Толстого, «Евреи» по пьесе Чирикова, спектакли по пьесам Чехова и малоизвестного тогда Ибсена. Менеджером труппы в этом турне была известная анархистка Эмма Гольдман.^[11]

Несмотря на высокие оценки критиков, актёры были сильно стеснены в средствах, так как не ставили коммерческих постановок, и в мае 1906 года Орленев и остальная часть труппы вернулись в Россию. Назимова же осталась в США^[10] и подписала контракт с легендарным театральным продюсером Ли Шубертом. Чтобы добиться признания за океаном, Алле необходимо было выучить язык, и она начала брать уроки английского у Каролины Харрис. Будучи матерью-одиночкой, Харрис часто приводила на занятия своего сына Дикки, будущего актёра Ричарда Бартельмеса. В 1916 году благодаря протекции Назимовой он вместе с нею дебютировал в кино в фильме «Невесты войны».

На протяжении следующих нескольких лет Назимова активно играла на подмостках Бродвея и добилась большой популярности. В 1915 году она сыграла главную роль в антивоенном драматическом спектакле «Невесты войны» — истории о женщине, которая, потеряв в Первой мировой войне двоих братьев, стала организовывать антивоенные акции протеста, в результате чего попала в тюрьму и там застрелилась. Талантливая игра актрисы привлекла внимание продюсера Льюиса Селзника. Он захотел снять фильм по мотивам пьесы и предложил актрисе гонорар в 30 тысяч долларов плюс тысячу долларов за каждый съёмочный день сверх графика. Она согласилась и таким образом в 1916 году, когда актрисе было уже тридцать семь лет, состоялся её дебют в кино.

Популярность фильма обеспечила Назимовой пятилетний контракт на невероятно выгодных условиях с Metro Pictures, которая в 1924 году слилась с Goldwyn Pictures и превратилась во всемирно известную студию Metro-Goldwyn-Mayer. Кинокомпания предложила актрисе гонорар в 13 тысяч долларов в неделю — на 3 тысячи больше, чем получала Мэри Пикфорд, — и право самостоятельно выбирать режиссёра, сценарий и партнера для фильмов.

В 1918 году Назимова, не прекращая играть в театре, снялась в главных ролях в мелодрамах «Чудесное явление», «Игрушки судьбы» и «Око за око», и во всех трёх картинах неизменным партнером актрисы становился её любовник Чарльз Бриант, с которым она жила в фактическом браке с 1912 года. В последнем фильме, где она сыграла влюбленную во французского офицера дочь арабского шейха, Назимова помимо прочего выступила в качестве продюсера и сорежиссёра Альбера Капеллани. Два её следующих фильма, драмы 1919 года «Из тумана» и «Красный фонарь», вновь срежиссированные Капеллани, снискали не меньший успех, однако фильм «Непоседа» был принят более прохладно, и актриса впервые почувствовала вкус неудачи.

Назимова продолжала работать и после роли танцовщицы-француженки в мелодраме 1920 года «Сильнее смерти», которая с успехом прошла в кинотеатрах, частично восстановила своё положение. Однако качество её картин понижалось, и в начале 1920-х она скатилась с четвёртого на двадцатое место в рейтинге популярных актёров журнала Photoplay.

В 1920 году на экраны вышла её первая комедия «Миллиарды», снятая по сценарию Брианта. Художником по костюмам и декоратором фильма выступила Наташа Рамбова, подруга Аллы и будущая жена киноидола 1920-х Рудольфа Валентино. В 1921 году Назимова снялась вместе с Валентино в экранизации романа «Дама с камелиями» Александра Дюма.

После мелодрамы 1922 года «Кукольный дом» по пьесе Генрика Ибсена Назимова приняла участие в одном из самых известных своих фильмов — экзотической драме «Саломея» (1923) по пьесе Оскара Уайльда. Режиссёром фильма стал её любовник Бриант, декорациями и костюмами вновь занималась Наташа Рамбова, а Назимова не только исполнила скандальную роль Саломеи, но и сама написала сценарий, спродюсировала и вложила в его производство собственные средства. Все это не спасло фильм от грандиозного провала в прокате, как в Америке, так и в Европе.

Так как репутация Назимовой как киноактрисы была испорчена, она вернулась в театр. Примечательно, что именно её выступление в спектакле по пьесе Ибсена «Привидения» (осень 1936 года) вдохновило Теннесси Уильямса стать писателем^[12] (а тремя десятилетиями ранее её игра восхищала^[13] другого выдающегося драматурга, Юджина О’Нила). Время от времени она продолжала сниматься в кино — в 1924 году появилась в картине «Уличная Мадонна», затем в 1925 году снялась в драме «Мой сын» и низкобюджетном фильме «Искуплённый грех». На сцене театра Алле продолжала сопутствовать слава, а на киноэкраны актриса вернулась только в начале 1940-х, сыграв после пятнадцатилетнего перерыва в пяти картинах.

В 1912 году Назимова познакомилась с актёром Чарльзом Бриантом. Несмотря на то, что её брак с Сергеем Головиным скорее всего не был официально расторгнут, они считались супругами и были вместе до 1925 года. Бриант был партнером Назимовой в десяти фильмах.

Ещё при жизни актрисы ходили слухи о её гомосексуальности. Так, в числе её любовниц упоминались Таллула Бэнкхед, первая жена Валентино Джин Эккер, Мод Адамс, Эва Ле Галлиенн и поэтесса Мерседес де Акоста, известная своими лесбийскими связями со звёздами Голливуда. В 1960-х Акоста опубликовала мемуары, в которых красочно описывала свою первую встречу с Назимовой в 1916 году^[14]. Тем не менее, прямого указания на то, что между ними была любовная связь, в мемуарах не содержится, а суть их дружбы передаётся в очень завуалированных выражениях^[15].

В 1919 году актриса приобрела за 65 тысяч долларов особняк в испанском стиле по адресу Sunset Boulevard, 8080, и назвала его «Сад Аллы». Напротив входа располагался бассейн, а на территории вокруг дома Назимова разбила обширный парк. В этом доме актриса часто устраивала вечеринки, на которых собирались сливки голливудского киносообщества тех лет — Чарли Чаплин, сестры Дороти и Лиллиан Гиш, Теда Бара, Глория Свенсон, Роско Арбакл и многие другие. В 1928 году, испытывая недостаток в средствах, Алла была вынуждена продать особняк, а после того, как внутри него был устроен отель под названием «Сад Аллаха» (ср. The Garden of Allah и The Garden of Alla), жила в одном из его номеров^[16].

В 1936 году у актрисы был диагностирован рак груди. Последовала мастэктомия, и после операции болезнь, к счастью, не возобновилась^[17]. Алла Назимова скончалась в Лос-Анджелесском госпитале добрых самаритян от тромбоза венечных сосудов 13 июля 1945 года. Актрисе было 66 лет. Её прах покоится рядом с другими звёздами немого кино на кладбище Форест-Лаун в Глендейле (Калифорния).

• Сестра — Анна Яковлевна Гофшнейдер-Левентон (в эмиграции Нина Левентон и Льютон, 1874—1967), переводчик и сценарист, в 1905—1906 годах редактировала ежемесячный журнал еврейской учащейся молодёжи «Молодая Иудея», в котором дебютировал начинающий поэт С. Я. Маршак^[18]; вышла замуж за купца Маркуса Исаевича Гофшнейдера, но этот брак оказался недолговечным; их сын — кинопродюсер, сценарист и писатель Вэл Льютон^[19][20][21].
• Брат — Владимир Яковлевич Левентон (1872—1939), юрист, публицист по экономическим вопросам, сотрудник «Русской мысли», берлинский корреспондент «Утра России» и «Дня»; также использовал псевдоним «В. Назимов».
• Двоюродный брат (сын дяди, старшего врача Кишинёвской еврейской больницы Льва Абрамовича Левентона) — Виктор Львович Левентон (1866—1942), фармацевт, провизор Яренской городской земской больницы, редактор журнала «Химик и фармацевт», автор книг «Сборник законоположений и правительственных постановлений для фармацевтов, владельцев аптек, аптекарских магазинов и предприятий фармацевтической промышленности» (СПб: тип. Кюгельген, Глич и К°, 1911 и Н. К. Мартынов, 1913)^[22], «Латинская грамота для сестёр милосердия» (Пг.: тип. Кюгельген, Глич и К°, 1915)^[23].

• Назимова дружила с актрисой Эдит Лакетт и была крёстной матерью её дочери Нэнси, будущей жены 40-го президента США Рональда Рейгана^[10].
• Публика называла Аллу Назимову Мадам.
• Во время развода Чаплина со своей первой женой Милдред Харрис в качестве обвинения он называл лесбийскую связь супруги с Аллой Назимовой^[24].
• В 1977 году Кен Рассел снял фильм «Валентино» о жизни Рудольфа Валентино, в котором роль Назимовой исполнила актриса Лесли Карон.
• Актриса была удостоена звезды на голливудской «Аллее славы».