Якунин, Глеб Павлович

Родился в семье скрипача Павла Ивановича Якунина и Клавдии Иосифовны Здановской. Изучал биологию в Московском пушно-меховом институте, после его закрытия в 1957 году окончил Иркутский сельскохозяйственный институт по специальности «биолог-охотовед». Работал в подмосковном охотничьем хозяйстве. Был джазовым саксофонистом.

В конце 1950-х годов под влиянием Александра Меня обратился к христианству^[1]. В 1958 году поступил в Московскую духовную семинарию, но спустя год был исключён из нее. Служил псаломщиком в московских храмах.

В августе 1962 года рукоположён во священника Русской православной церкви и направлен в Зарайск, а позднее в Дмитров.

В 1965 году вместе со священником Николаем Эшлиманом обратился с открытым письмом к патриарху Алексию I о положении православной церкви в СССР и о нарушении органами государственной власти прав и свобод верующих. Копии письма были направлены священнослужителями председателю Президиума Верховного Совета СССР Николаю Подгорному, председателю Совета министров Алексею Косыгину и генеральному прокурору Роману Руденко, а также всем архиереям Московского патриархата. 13 мая 1966 года руководство Московского патриархата лишило Глеба Якунина священного сана «до полного раскаяния». 23 мая Якунин и Эшлиман обратились в Священный Синод с апелляцией, однако она осталась без удовлетворения.

Это привело к тесному сотрудничеству с Феликсом Карелиным. Им и была проделана бо́льшая часть литературной работы, хотя каждая формулировка обсуждалась и принималась втроём.

В письме Никите Струве 15 ноября 1971 года Глеб Якунин открыто назвал Карелина «третьим автором письма»^[2]. Однако было решено не ставить его подпись, поскольку Карелин имел судимость, и это могло дать церковной власти формальный канонический повод для отказа в рассмотрении обращения. Первоначально предполагалось, что это будет совместное письмо нескольких епископов и священников, в частности, архиепископа Гермогена. Но архиепископ Гермоген затем отказался от участия в проекте, а без него отказались участвовать и все остальные. Через два года Гермоген направил патриарху собственное послание, посвящённое в основном вопросу канонической нелегитимности Поместных соборов, состоящих из епископов, не избранных народом на свои кафедры, но назначенными церковной властью^[3]. Результатом для архиепископа была последовавшая опала: высылка в Жировицкий монастырь, где он впоследствии и скончался. Письмо поддержали также архиепископы Вениамин (Новицкий), Михаил (Воскресенский), Павел (Голышев) и Гавриил (Огородников)^[4].

В письме священники выступали против гонений на Церковь со стороны советской власти. До этого в феврале 1964 года были письменные протесты баптистов против гонений на христианство. В письме перечислялись запреты, установленные властью: запрет на регистрацию крестин, запрет треб на дому и кладбищах, контроль над назначением духовенства и т. д.

Глеб Якунин приводил информацию о гонениях на церковь: «1 января 1958 года было 13 414 храмов, а в 1966-м осталось 7523, из 56 монастырей к 1966 году осталось только 19».

Письмо было размножено в 100 экземплярах и разослано в середине декабря всем правящим архиереям Московского патриархата. Митрополит Сурожский Антоний прислал одобрительную телеграмму.

15 декабря копии письма были направлены Председателю Президиума Верховного Совета СССР Николаю Подгорному, председателю Совета министров СССР Алексею Косыгину и Генеральному прокурору СССР Роману Руденко.

Письмо, датированное 21 ноября 1965 года, вызвало отклик не только в СССР^[5], но и за границей. Так, о письме отозвался в те годы ещё находившийся в СССР Александр Солженицын:

Глеб Якунин опубликовал сотни материалов и документов, свидетельствовавших о нарушениях прав верующих в СССР и имевших широкий резонанс за рубежом. В 1976 году он стал одним из соучредителей общественного «Христианского комитета защиты прав верующих в СССР». Комитет занимался сбором информации о преследованиях верующих и публикацией документов, что получало широкий резонанс за рубежом.

В ноябре 1979 года был арестован^[6], а 20 августа 1980 года осуждён по обвинению в антисоветской агитации^[6], наказание отбывал в Перми-36^[6] (станция Всесвятская, посёлок Центральный) до 1985 года, затем был сослан на два с половиной года в Якутию. В 1987 году был амнистирован и восстановлен Московской патриархией в священническом служении^[6], после чего служил в Никольской церкви села Жегалова (город Щёлково Московской области) по 1992 год. 18 октября 1991 года реабилитирован постановлением Верховного совета Российской Федерации.

В 1990 году был избран народным депутатом РСФСР по Щёлковскому округу № 11 Московской области, членом Совета Национальностей Верховного Совета РСФСР, заместителем председателя Комитета Верховного Совета по свободе совести, вероисповеданиям, милосердию и благотворительности^[6], членом Комитета Верховного Совета по правам человека. Входил в состав фракции «Демократическая Россия», группы «Российский союз» и депутатского блока федерации независимых профсоюзов России. Принимал активное участие в работе над законом «О свободе вероисповеданий». При его содействии возобновили работу множество закрытых храмов и монастырей.

В ноябре 1993 года был лишён сана священника за «сознательное непослушание Церкви»: за то, что не подчинился запрету Священного Синода на участие священнослужителей в выборах в органы государственной власти. Однако Глеб Якунин не признал решение Синода законным.

В июне-октябре 1993 года Движение «Демократическая Россия» приняло участие в создании избирательного объединения «Выбор России». В декабре 1993 года Глеб Якунин был избран депутатом Государственной думы Федерального собрания РФ первого созыва по списку блока «Выбор России», до 1994 года был членом фракции «Выбор России» (лидер — Егор Гайдар).

В 1994 года часть участников Движения «Демократическая Россия» во главе с Галиной Старовойтовой и Львом Пономарёвым создали Федеральную партию «Демократическая Россия» (ФПДР). В 1995 году Глеб Якунин был избран её сопредседателем.

В 1995 году стал одним из создателей Общественного комитета защиты свободы совести (по защите прав верующих).

Несмотря на лишение сана, Глеб Якунин продолжал носить рясу священника и иерейский крест, за что в 1997 году был отлучён от церкви и предан анафеме.

С 2000 года входил в так называемое «Движение за возрождение российского православия», переименованное впоследствии в Апостольскую православную церковь.

Член Московской Хельсинской группы, занимался правозащитной деятельностью. Был одним из авторов открытого письма о преследовании российских граждан по политическим мотивам (в защиту учёных Игоря Сутягина и Валентина Данилова, предпринимателей Михаила Ходорковского и Платона Лебедева, и др.).

В 2011—2012 годах принимал участие в протестном движении в России. Участвовал в митингах «За честные выборы» на Болотной площади и проспекте Академика Сахарова^[7]. Активно выступал в защиту участниц панк-группы Pussy Riot, в августе 2012 года провёл молебен в их поддержку у Храма Христа Спасителя^[8].

В начале ноября 2014 года, вернувшись из поездки по США, ощутил проблемы со здоровьем, периодически терял сознание. 9 ноября совершил последнюю литургию. 18 ноября был госпитализирован в связи с затруднённым дыханием. 10 декабря был переведён в реанимацию и подключён к аппарату искусственной вентиляции лёгких^[6].

Скончался 25 декабря 2014 года^[6]. 27 декабря в помещении Сахаровского центра на Земляном валу состоялись гражданская панихида и отпевание, которое совершили митрополит Виталий (Кужеватов) со священниками Апостольской православной церкви и священник Яков Кротов, настоятель московской общины Украинской автокефальной православной церкви. Похоронен рядом со своими родителями на Пятницком кладбище Москвы (участок № 19)^[9].

В память о Глебе Якунине в Москве ежегодно проводятся «Якунинские чтения» (4 марта 2023 года состоялись VII чтения^[10]).